taramans – Алагёз (страница 55)

— Но, господа, я же не знаю сути вопроса.

Речь в беседе начальников шла о насущной проблеме всего Отдельного Кавказского корпуса, в том числе и Моздокской линии. В целом, из различных бумаг: рапортов, донесений и прочего, Юрию было известно, что все без исключения воинские подразделения испытывают весьма ощутимую нужду в пополнении офицерского состава. Некомплект командирского звена доходил до тридцати процентов!

— И ведь что совсем непонятно… — сердился фон Засс, — Ведь в частях, расквартированных по всей России, имеется проблема совершенно другого характера — явный избыток офицеров. Различные должностные лица долгими годами, а подчас даже десятилетиями ждут производства в следующий чин! Многие сотни, а то и тысячи офицеров отправляются в резерв или же — в бессрочные отпуска. Но находясь в отпусках этих, они по-прежнему замещают полковые должности, не давая тем самым, расти уже новым, молодым офицерам, выпускникам училищ и корпусов. А у нас в батальонах — по пять-семь, в лучшем случае — до десяти командиров! Куда же это годно, господа?

Веселовский напомнил:

— Давайте все же предоставим слово подпоручику…

«М-да… Вот спасибо, отцы-командиры! Вот уж — удружили! На кой хрен им вообще мое мнение? И что говорить?».

Плещеев почесал затылок:

— Извините, господа, но для того, чтобы сказать хоть что-то и хоть сколь бы то ни было то умное, необходимо обладать всей полнотой информации. А я, как вы сами понимаете, таковой не обладаю. Но если уж так… Мне представляется, что офицеры, проходящие службу в гарнизонах российской части империи, вряд ли горят желанием перевестись в действующие войска, к нам, то бишь. Это же и понятно — здесь как опасность и риск для жизни и здоровья, так и сопутствующие бытовые неудобства: жилья не хватает, снабжение… к-х-м-м… Ну, вы сами знаете. А ведь офицеры к тридцати годам практически все обременены семьями. Куда уж тут везти жену и детей? Где им жить и чем заниматься?

Веселовский поторопил:

— Юрий Александрович! Это мы и сами все понимаем. А какой выход из сложившейся ситуации вы видите?

— Выход? Выход… Опять же, прошу учесть неполноту моих знаний и малый опыт! Мне представляется возможным обдумать и провести следующее: здесь, на местах проверить списки вольноопределяющихся и волонтеров. Таких немного, но они имеются! При соответствии у них образовательного ценза, а также при положительной характеристике, наличию опыта боевых действий, отношения к службе и по ходатайству командира части — провести экзамены на первый подофицерский чин. Субалтернов у нас особая нехватка! По результатам аттестования присвоить звания подпрапорщиков, или зауряд-прапорщиков. Тем самым мы можем закрыть хоть на сколько-то проблему с младшими обер-офицерами.

Одновременно с этим, по согласованию с Военным министерством, провести по военным учебным заведениям некую компанию с выпускающимися юнкерами и кадетами. Агитировать их к написанию рапортов о переводе или выпуске в наш Корпус. Привлечь к таковой компании офицеров-«кавказцев», вышедших в отставку по возрасту или ранению: пусть распишут героику боев и походов, нужность этой службы для Отечества. При этом не забудут указать на повышенные оклады денежного содержания «кавказцев», их надбавки и льготы по зачислению выслуги лет и присвоения званий.

Плещеев, замолчав, обдумывая, что еще можно сказать, а генерал, удивленно хмыкнул и, покачав головой, повернулся к Веселовскому:

— Вы посмотрите, господин полковник, как четко и экстрактно доложил подпоручик. Прямо хоть сейчас в рапорт включай!

Веселовский улыбнулся в ответ:

— А я уже обращал ваше внимание, Григорий Христофорович, на явные задатки подпоручика к штабной работе. Они на пару с поручиком Рузановым год назад такие рапорта и сводки подготовили — не стыдно в штаб Наместника направлять. Да что там — Ставрополь?! И в Министерство направлять впору! А план проверки боеготовности они какой подготовили? Это же — песня! Строевой марш! Только вот не горит желанием подпоручик Плещеев посвятить себя штабной работе, все в горы рвется.

Генерал подкрутил усы и одобрительно крякнул:

— М-да-с… Нужность штабной работы понимаю и отрицать не буду. Но по молодости лет нашего гусара — также имею понимание его нежелания пропадать в душных кабинетах. Сам таковым был!

Потом командующий встал, подошел к Плещееву, похлопал того по плечу:

— Бодро! Бодро, господин подпоручик! Одобряю! Вы, Юрий Александрович, вот что… Изложите-ка все ваши мысли по этому вопросу на бумаге. Рапортец ваш прочитаю, да, глядишь, и отпишу знакомцам в Петербург. Пусть тоже подумают да пошевелятся. Глядишь, что-нибудь толковое и выйдет, сдвинут немного неповоротливую машину нашего министерства. К тому же — к нам по весне или в начале следующего лета кто-то из чинов, близких к Министру, приехать должен. Так, мне обещали при назначении! Пусть наши паркетные вояки посмотрят, как обстоят дела на самом деле.

— С ревизией или проверкой приедут? — чуть напрягся «начштаба».

— Да нет, для ознакомления с делами! — генерал прошелся по кабинету, пожал плечами, — Но нам, как обычно, нужно быть готовыми и представить… Как говорят купцы: представить товар лицом! Потому будем готовиться.

Веселовский остался пить чай в кабинете, а генерал с Плещеевым прошли в спальню, для очередного лечения. Таковое продолжалось недолго: Юрий сейчас больше уделял внимание общему оздоровлению пациента. Приступ малярии он уже давно снял и надеялся, что хоть на сколь-нибудь продолжительный срок.

Фон Засс держал себя уже явно бодрячком, был весел и энергичен:

— Ну что ж, господа… Если мы решили все намеченное, может, тогда — по рюмочке коньяка?

Плещеев поморщился:

— Ваше превосходительство! Только не увлекаясь — я же вас только в порядок привел.

«Да, печень ему только в порядок привел!».

— Ничего, ничего! — потер руки генерал, — Мы только по рюмашке, для аппетита перед обедом!

За обедом, на который оставили и Плещеева, речь опять зашла о его способностях. Но подпоручик уже в который раз только развел руками: дескать, знать не знаю и ведать не ведаю, как такое получается. Феномен природы, однако!

Благо, что начальники быстро переключились и начали вспоминать о необычных случаях из их личного опыта. Правда, случаи были все больше из области военной и носили некий страшноватенький характер: как и кто из знакомых получал, казалось бы, смертельные раны, но по непонятной причине оставался жив. Провидением божьим, не иначе! Вспомнили и графа Кутузова, который после нескольких ран головы выжил и продолжил карьеру, закончив победителем самого Буонапартия!

После обеда Веселовский попросил Плещеева составить ему компанию: планировал «начштаба» посетить недальнюю крепость Горячеводскую.

«А как отказаться?».

Передав поводья своего коня Власу, Юрий уселся в коляску рядом с полковником и с разрешения последнего набил трубку.

— Подпоручик! Вот хотел у вас поинтересоваться… Хоть тема и не совсем удобная, но все-таки! Скажите, а что вас связывает с госпожой Лазаревой?

Подпоручик сморщился: «Пятигорск, блин! Большая деревня!». Но постарался отговориться:

— С Амалией Ивановной меня связывает именно то, что связывает сейчас и генералом фон Зассом. Лечение, господин полковник. Только лечение и ничего более!

Веселовский со скепсисом покосился на Юрия и хмыкнул:

— Ну да, ну да… Но да бог с ней, я сейчас вовсе не о том! Это ваши дела и ваши отношения. О чем я сейчас… О том, что супруг Амалии Ивановны занимает весьма значимое место в снабжении всего Корпуса, и является весомой фигурой в штабе Наместника. А кто у нас Наместник?

Плещеев пожал плечами:

— Наместник у нас — генерал-поручик, граф Воронцов. Или я ошибаюсь и произошла замена?

— Нет, не ошибаетесь, все так и есть. Граф Воронцов. А вы, насколько я понимаю, на короткой ноге со старой графиней Воронцовой, не так ли?

— Ну-у-у… Я бы не сказал, что так уж — на короткой ноге! — пожал плечами подпоручик, — Вхож в ее дом, да. Но не более того!

— Да? А кому она презентовала земельный участок в Пятигорске, где вы сейчас строите дом? — усмехнулся Веселовский, — Так что — не просто вхож в ее дом, непросто. А она, старая графиня, является тетушкой генерал-поручика. Вот ведь совпадение, не так ли?

«Х-м-м… Ну и что из этого? «Ты на что намекаешь, царская морда?».

— Вообще-то, я понятия не имел о степени родства старой графини и Наместника, честно говоря. Воронцовых в России…

«Да-да, как конь… это самое!».

Полковник засмеялся и похлопал Юрия рукой по предплечью:

— Да полно вам, голубчик! Я ведь ни на что не намекаю. Просто мне удивительно… Вот сами подумайте: вы учились с князем Васильчиковым и графом Шаховским. С ними же и… Ладно, не будем о печальном! Вы вместе приехали сюда, на Кавказ. Вынуждено, согласен! Потом знакомитесь с графиней Воронцовой, которая тетя Наместника, входите в ее близкий круг и даже оказываете ей услугу, за которую получаете земельный участок в Пятигорске. Заметьте, Юрий Александрович, очень недешевый участок! Знаете, сколько сейчас может стоить таковой? Нет? Интересно… Даже не поинтересовались? Однако! Вот и к командующему линией сейчас входите в ближний круг.

Веселовский тоже достал трубку и, набив ее, закурил. Продолжил размышления: