Таня Туманная – Принцесса для Тёмных Земель (страница 3)

Теперь этого риска не было. Теперь все те, кто прежде брал на себя труд мне улыбаться, наконец показали своё истинное лицо.

Меня не замечали. Не игнорировали прилюдно, но всеми силами избегали со мной встречаться. Даже на балы больше не приглашали.

- Пёс с ними, — успокаивала я отца, пришедшего в сущее бешенство от подобного хамства, — я всё равно бы туда не поехала.

- Лили, — тяжело дышал он, мёртвой хваткой прижимая меня к груди. Привычка. Матушка, если не держать её во время ссор, перебьёт всю посуду в замке. А потом ещё и отца в этом обвинит, — это твой дом. Что бы ни случилось, тебя всегда здесь примут.

- Да, конечно, — иронично усмехнулась я, — осталось лишь дотянуть до тех пор, пока Рори возмужает достаточно, чтобы меня выкрасть.

Отцу от моих шуток было невесело.

- Милая, я не думаю, что всё будет так плохо. Джархану не нужна твоя смерть. Как мне показалось, он ищет мира.

- Это моего суженого так зовут? — перебила я отца, первый раз услышав имя Тёмного Властелина.

- Да, — подтвердил папа, — Джархан Сильран. Наши шпионы говорят, что единая власть, оставшаяся от теневых демонов, начинает рассыпаться у него в руках. Он занят внутренними проблемами, и война с нами ему не нужна. А я начну войну, если ты пострадаешь.

Я тяжело вздохнула. Утешения отца звучали нелепо даже для меня, далёкой от интриг и политики.

- А разве не была испокон веков война тем клеем, что скрепляет воедино союзы? Рубежных Королевств, например. По твоей логике именно война ему и нужна.

Отец прикусил язык.

- Я не отправил бы тебя, не будь у меня надежды, — сказал он искренне. Как мне показалось.

- Надежда умирает последней, — резюмировала я, — сначала умру я, а потом уже ваша надежда на то, что ваша дочь цела и невредима.

Мать заплакала, и отец выпустил меня из объятий, переключившись на неё.

Именно так — в одиноких прогулках, слезах и «ободряющих» разговорах с родителями или сёстрами проходили мои дни. Хоть какую-то радость я чувствовала только во время прогулок. Гулять долго мне, однако, не позволяли. Матушка развила бурную деятельность по превращению меня в настоящую принцессу.

Времени мне оставили немного: уже через неделю в Блуокс доставили брачный договор, подписанный моим будущим супругом.

Я долго разглядывала документ. Стандартный текст, написанный аккуратными, крупными буквами, и размашистая роспись снизу.

Забавный правовой казус состоял в том, что формально меня отдавали за действующего военного противника — никакого мира с Тёмными Землями подписано не было. После трагедии с принцессой Стеей Королевства Рубежа отказались от идеи, будто с тёмными можно вести дипломатию. Она невозможна была с демонами — если верить книгам по истории, то создания Бездны принципиально не понимали концепта договорённостей с людьми. Теперь мы также воспринимали их наследников. Не люди — чудовища. Не государство, а логово монстров. Какая уж здесь дипломатия?

Отец клялся, будто последние годы тёмные сами проявляют инициативу и ищут с нами общения. Убеждал меня, что верит в возможность настоящего мира.

Я была уверена, что моей жизнью лишь покупают спокойные годы на подготовку к войне.

Матушка говорила, что я рассуждаю чересчур мрачно.

В любом случае все мы помнили, что общаемся с врагами. Не было ни сватовства, ни бала. Ни Тёмный Властелин, ни его доверенные слуги не решились посетить нашу столицу. Договор передали птицей, и я подписала его с тяжёлым сердцем.

Матушка пыталась уговорить отца провести скромную церемонию только для нас, но угомонилась, когда я клятвенно пообещала на неё не приходить.

Мама очень старалась быть полезной. Не в силах повлиять на решение Совета, она взялась обрабатывать меня. Моей матушке упорно казалось: если в Тёмные Земли приедет достаточно миленькая девочка, то даже злобные потомки демонов не посмеют её тронуть. От подобной наивности тошнило, но я старалась спорить с матерью поменьше. Не так много времени нам оставалось, чтобы тратить его на споры.

Платьев — роскошных, богато вышитых платьев мне сшили больше, чем было во всём остальном замке. Мама пригласила всех швей, которых только сумела найти, перетряхнула свой гардероб и гардероб моей старшей сестры, потребовала что-то у моих тёток и даже сама взялась за иглу. Отец икал и морщился, слыша о суммах, которые она требовала на моё приданое. Но не спорил. В конце концов, к принцессе и в самом деле должны были прилагаться наряды, даже если она и не планирует носить их иначе, чем через скандалы.

Кроме того, надо мной часами издевались парикмахерши. Эти женщины пытались не то завить мои волосы так, чтобы волнистыми они остались на всю жизнь, не то обучить меня своему искусству. Первый вариант, откровенно говоря, был реалистичнее.

От краски для лица я сумела отмахаться так же, как и от туфель на каблуках. Хоть в чём-то моя родительница пошла мне навстречу.

Ожесточённые споры разгорелись вокруг необходимости отправить со мной свиту. Я никогда не пользовалась услугами фрейлин. Не в деревню же на выпас овец мне их тащить? Десяток миловидных знатных дам числились моими помощницами сугубо для протокола. Я не знала, согласится ли хоть одна из них поехать со мной в Тёмные Земли, но была совершенно уверена, что мне самой такой подарочек не нужен. Я в Блуоксе-то предпочитала игнорировать их существование, чего ради тащить несчастных насмерть?

Матушка считала, что с компанией мне будет проще.

Я ругалась, что в Бездне видела такую компанию.

Отец тактично замечал, что отправить меня совсем одну будет неприлично для моего статуса.

Я ехидно спрашивала, не плевать ли ему, что подумает о нашем «приличии» Тёмный Властелин?

После долгих споров родители смирились. К Тёмным я поеду одна. В качестве ответной уступки от меня потребовали хотя бы попытаться изобразить воспитанную принцессу. Книги по этикету пришлось зазубрить наизусть. Я злилась, но терпела, чтобы не огорчать мать. С чего она вообще взяла, что этикет тёмных соответствует нашему? Я не была в этом уверена.

Весна, понимающая, что творится что-то ужасное, не отпускала меня ни на минуту. Стоило мне закрыться от неё в своей комнате, как моя девочка устраивала вой на половину замка. Я могла бы спать под него, но мои злые сёстры приходили ругаться. А Сара даже пыталась побить меня веником.

С Весной вообще было тяжелее всего.

Я не планировала забирать с собой животных. Хотелось верить, что мой будущий супруг и в самом деле решил заключить с нами мир. Но не верилось. Рисковать было нельзя. Я ничего не могла сделать с тем, что ожидает в Тёмных Землях меня, но я могла оставить в безопасности своих питомцев.

Крысы, конечно же, будут скучать, но как-нибудь с этим справятся. Мои девки — последний пасюк умер два месяца назад — жили большой и дружной семьёй, им было кого любить и с кем общаться. Весна же была только моей. Ни с сёстрами, ни с братом, ни с матерью волчица по-настоящему не ладила. Терпела Сару и пару девчонок из деревенских, но только пока я была рядом. Как она будет жить без меня?

Я не представляла.

Но и брать её к тёмным я категорически не хотела.

Сара, моя младшая и самая бойкая сестрёнка, с энтузиазмом отнеслась к идее унаследовать мою волчицу. Я таскала их обеих с собой, пытаясь хоть немного подружить за оставшееся нам время.

Весна, словно предчувствуя беду, вредничала больше обычного.

Чуть меньше чем через три недели мы загрузились во множество телег и экипажей. Отец, мать и Рори ехали в одной карете. Я, Весна, Сара и её гувернантка в другой. Несколько друидов и один священник следовали за нами в третьем экипаже. Найли осталась дома — если всё это какая-то ловушка, то старшая принцесса не может погибнуть вместе с королевской четой.

На телегах позади ехало моё приданое.

Окружали нас, конечно же, солдаты. Путь был неблизким, но куда короче, чем мне бы хотелось.

Мать, чувствуя то же самое, что и я, вечно пыталась затормозить процессию. То умыться ей нужно, то на закат посмотреть, то Рори как-то подурнело.

«Перед смертью не надышишься», — мрачно пошутила я во время вечерней прогулки с родителями. За спиной шумели солдаты — кололи дрова, перекрикивались и кормили лошадей. Мать вела за руку сонного Рори.

- Уложи его, пожалуйста, — попросил отец и кивнул части своих телохранителей, чтобы те проводили мать.

Она не стала спорить.

Сопровождение шло позади достаточно далеко, чтобы наш с отцом разговор оставался приватным, если, конечно же, не повышать тона.

Отец взял меня за руку и сказал тихо, тоскливо.

- Милая, ты ведь знаешь, как много лет Союзу Рубежа?

Я кивнула, осознав, что услышу сейчас очередные оправдания. От них было тошно, но я молчала вежливо. Пусть отцу станет легче.

- Мы долго спорили. Монархи Эвии и Эсвуса стояли на своём. Виола в конечном счёте согласилась с их мнением. Я не мог отказаться от решения, принятого большинством. Клятвы, действующие столько поколений, не будут разрушены при мне, понимаешь?

Я кивнула снова.

- Я сказал, что… в худшем случае… не оставлю твою смерть неотомщённой, и Союз уверил меня в своей поддержке. Они тоже не думают, что дойдёт до войны. И Властелину глупо было бы нас провоцировать. Всё будет хорошо, Лили.

Я тяжело вздохнула. Будь отец уверен в своих словах и произносил бы их иным тоном. А он просто утешал меня, да и себя, вполне возможно, тоже.