Таня Некрасова – Исцеляющий миры. На расколе миров (страница 3)
Если бы Габриэль могла отвести глаза и посмотреть вниз, она бы увидела, что плащ, достигая земли, растекается по ней, словно вода в холодной темной пещере.
Странное создание продолжало безразлично сквозить взглядом через стекло, пронизывая и будоража душу. Оно ощущалось как что-то, чем обычно пугаешься и восхищаешься одновременно. И Габриэль в тот миг действительно и испугалась, и восхитилась, будто увидела страшный фокус.
– П…профессор! – с придыханием воскликнула она.
– Да-да? – весело отозвался старик, не отвлекаясь от своей гастрономической дилеммы.
– Взгляните! – Габриэль бессовестно захлопнула перед ним книжку меню. – Видите? – Её палец указывал в сторону окна.
– Что? – повиновался тот. – Что я должен увидеть?
Но черного силуэта за окном уже не было.
– Ничего… Наверное, привиделось.
Старик многозначительно хмыкнул:
– О, дорогая, в такой день, как этот, не стоит недооценивать видения!
Он снова уткнулся носом в меню, позволив своей спутнице удалиться из кафе в задумчивом молчании, с привкусом тайны, куда более обжигающей, чем утренний кофе.
Глава 2. Случайная встреча
Земля – местечко недружелюбное. Так думают многие пришельцы, уж поверьте мне! А они довольно часто посещают нашу планету, хоть это и не совсем законно… Им с легкостью удается скрываться среди нас, потому что «homo-sapiens» слишком заняты поеданием бургеров и звонками ворчливых тетушек, чтобы заметить пару-тройку инопланетян с красными глазами или дополнительными конечностями и головами. «Белая горячка!» – поставят диагноз врачи исключительному наблюдателю, даже если он трезв как стеклышко. А может, стоит проверить зрение?
Да, Земля – местечко недружелюбное. Но если вас утешит – сама Вселенная по своей сути недружелюбна. А связано это с тем, что инстинктивно все живые существа страшатся всего нового и неизведанного. Их естественной реакцией на химический процесс в организме, вызывающий страх, становится нападение.
К счастью, Габриэль за это утро успела порядочно попугаться и была абсолютно убеждена, что заработала пожизненный иммунитет. Так что нападать на пришельцев она не думала. Оставалось только надеяться, что у тех денек задался не лучше.
Лес горел. Вертолеты сотрясали воздух над местом крушения НЛО, пока пешие службы что-то выкрикивали друг другу через рупоры. Серпантин пепла кружился над Уиллоубруком, и Габриэль почуяла дым еще задолго до того, как на дороге встретилась первая пожарная машина.
– Я ищу инопланетян! – сказала она вслух, с трудом веря в свои собственные слова.
Девушка немного сбавила скорость, продолжая вертеть головой по сторонам и вглядываться в пространство вокруг. Простое наблюдение казалось проблематичным. Дым протискивался между стволами и с каждым метром сгущался вдоль дороги, ухудшая общую видимость.
Вскоре дым стал еще плотнее и проворливее. Он заструился через щели в окнах и поздоровался с водителем. В ответ Габриэль зажмурилась и закашляла, что было не очень-то вежливо с ее стороны! На какой-то момент она отвлеклась от дороги, как вдруг что-то бросилось под колеса и ударилось о бампер. Девушка непроизвольно вскрикнула, с силой нажала на тормоз и пополнила лексикон своего языка совершенно новыми словами. В толковых словарях такого точно не пишут.
Первой приличной фразой было:
– Господь милостивый, я сбила человека!
Мысленно Габриэль уже обдумывала какую татуировку сделает себе в тюрьме. Может, дракона? Нет, слишком банально. А может, инопланетную тарелку? Будет потом всем рассказывать, что убила человека, пока искала в Станвелле инопланетян!
– Боже, боже, боже! – Она опомнилась и вылетела из машины на трясущихся ногах.
На дороге перед слегка помятым «Фольксвагеном» распластался человек. Он корчился от боли, а его грязная и подкопченная одежда была запачкана свежей кровью.
– Вы…вы… э-э-э… Ради бога, только не умирайте! Я не хочу за решетку! – взмолилась Габриэль, помогая мужчине подняться. – Давайте я отведу вас в больницу! Только прошу, прошу вас! Не… не обращайтесь в суд, если выживите! Да и если не выживите – тоже не обращайтесь! Я заплачу! И даже закрою глаза на помятый бампер. – Лицо Габриэль озарила самая натянутая, самая кривая улыбка из всех, на которые была способна ее мимика.
Затолкав пострадавшего на заднее сиденье, девушка поспешила захлопнуть дверцу. Однако раненый пешеход не позволил этого сделать, выставив из транспорта ногу.
– Я пытаюсь помочь! – перешла на писк незадачливая спасительница. – Я даже не стану говорить о том, что вы пачкаете мой салон! Моя машина – одна из тех редких вещиц, что не изменились сегодня!
После упорных попыток противостоять упорству мужчины, Габриэль оставила дверцу в покое.
– Ну что? Что не так?!
Человек молчал, продолжая издавать болезненные стоны.
Девушка осмотрелась в поисках проблемы и увидела на обочине зеленый чемодан, заметенный дорожной пылью.
– Чемодан? Он ваш? – догадалась она.
Мужчина одобрительно закивал головой.
– Я с ума чуть не сошла из-за этого дурацкого чемодана! – закричала Габриэль. – Чего вы сразу не сказали?
Тишина.
Габриэль со вздохом подобрала собственность сбитого пешехода, из-за которого было столько паники.
– Довольны?
Согласное молчание.
«Фольксваген» издал свой привычный рев.
– Я только разверну машину и поедем в больницу, – спокойно пояснила девушка, поправляя водительское зеркало.
Человек внимательно посмотрел на нее.
– Вы вообще говорить умеете?
Габриэль присмотрелась к пассажиру. Большие глаза и низко посаженные густые (всего оттенком темнее странно-серебристых, почти белых, волос) брови – вызывали доверие. Пропорции лица были не то чтобы идеальны, но ровно очерченной линией носа и широким подбородком с прелестной ямочкой мужчина сочетал в себе смазливую наружность современных секс-символов и некое первобытное мужество, которое восхвалял в своих романах Джек Лондон.
Улучив момент, когда водитель перевел взор на дорогу, мужчина поднял рукав и набрал какой-то код на устройстве, напоминающем электронные часы.
А Габриэль всё продолжала бурчать:
– Ваше молчание уже начинает действовать на нервы.
Пока из бессовестных уст её звучала речь, пострадавший терпеливо удерживал указательным пальцем левой руки какую-то кнопку на странно-удивительном высокотехнологичном браслете. Он одарил информацию, выскочившую на голографическом экране, изучающим взором и провел рукой по круглому датчику, скрытому под странно-серебристого цвета волосами на правом виске.
– Эй! – тревожно напомнила о себе Габриэль. – Вы что там делаете?
«Соединение установлено, – раздался электронный голос. – Язык объекта определен как: «Международный Земной Английский». Чтобы узнать подробную информацию о языках планеты – нажмите один. Информацию о координатах планеты, о ее климатических особенностях – нажмите два. Найти ближайший общепит – нажмите три. Чтобы связаться с оператором – нажмите ноль или дождитесь окончания гудка: Пип-пип-пи…»
– Что это? – полюбопытствовала Габриэль.
– Э-э-э…
– О, постойте, я знаю! Смарт-часы? Моя одноклассница состояние на них угрохала! Ну как состояние! Для нее – это «пфф», а для кого-то, конечно, «ого-го». Никогда не понимала этого. Зачем часы, если есть телефон? Как считаете? Хотя о чем это я? Вы же себе такие прикупили… Ах, забудьте, – досадно закончила она. – Эм… Вы что-то хотели сказать? Простите, я вас перебила?
– Э-э-э, все в порядке!
– О, так вы все-таки говорящий! Чудно! – радостно воскликнула Габриэль. – Как ваши раны? Выглядите уже лучше.
– Неплохо…
– Правда?
– Разве что вы сломали мне плечо и пару ребер… – спокойно подметил мужчина. – Вы сломали мне плечо и пару ребер! Где вы учились водить корабль?! – опомнился пострадавший, вновь ощутив тупую боль.
– Корабль? – не поняла та. – Ох, сильно же вас торкнуло!
– «Торкнул-О»?
– Ну ладно, ладно, «торкнул-А». Каюсь, – виновато отвернулась девушка.
– Куда вы меня везете?
– Я же сказала – в больницу.
– Нет, поворачивайте! – приказал пассажир.
– Вот надо же быть таким ворчуном! Хуже моей тетушки!
– Поворачивайте!