Таня Некрасова – Исцеляющий миры. На расколе миров (страница 4)

– У вас вся рубашка в чертовой крови! – захлопала глазами Габриэль.

– Я в порядке!

– А кости?

– Срастаются…

Габриэль скептически хмыкнула.

– «ОГСПССИРЕО-Терра» позаботились о том, чтобы спонсировать внедрение «рега-ботов» в своих работников, – объяснил мужчина.

– А?

– «Объединенная Галактическая Служба По Спасению, Сохранению И Распространению Единичных Особей – Терра». Это организация, которая занимается…

– Дайте угадаю… Спасением, сохранением и распространением?..

– Да, – согласился пострадавший, – …единичных особей…

– Единичных?

– Да.

– Типа… э-э-э… «Гринпис?»

– Эм… наверное…

– Это в Америке? – предположила Габриэль.

– Почему в Америке?

– Сейчас всё самое крутое у американцев. А что за «нано-боты»? – зацепилась та за другой непонятный термин.

– «Рега-боты», – поправил тот, – это миниатюрные роботы, которые вживляются в организм с целью ускорения регенерационных процессов.

– О… Значит, Япония?

– Почему Япония?

– Технологическая… держава?

После новых пяти минут бессмысленного диалога и сотен высказанных пострадавшим контраргументов к идее посещения больницы, серебристый автомобиль неуклюже поехал в пригород Станвелла.

Распалившейся огонь выпаривал всю влагу в салоне, отчего в нос бил резкий металлический запах крови вперемешку с ароматами костра. Габриэль отдала последние капли воды жертве её вождения, и сейчас вся жадно изнывала по живительной влаге. Жалкого подобия кислорода не хватало даже, чтобы издать отчаянный вздох.

Затуманенное сознание путников потревожил писк свистка полицейского.

– Попрошу ваши документы, – сурово потребовал полноватый человек в форме и с усиками Чарли Чаплина.

– Извините, – выглянуло из приоткрытого окна страдальческое нечто, которое когда-то было лицом Габриэль, – где я опять наложа…то есть… что я нарушила?

– Не переживайте, мисс. Обычная проверка. Меры безопасности. Вы ведь в курсе про инопланетян?

Габриэль вяло кивнула.

– Что с ними?

– Они… Эм, они есть, – тупо моргнул полицейский. – Нам велели проверять всех, кто въезжает или покидает охраняемую зону. – Он противно хрюкнул. – Ох, хах, смех да и только! Представляете, они считают, что инопланетяне могут маскироваться под людей или даже выглядеть, как мы! Разве не глупо? Человек создан по образу и подобию Божьему, а пришельцы – маленькие зеленые уродцы с антенками! Это даже ребенку известно! – Полицейский прохихикался, а потом вдруг состроил серьезную гримасу и молча помолился, сложив обе руки в молебном жесте. Только после этого он вернул права водителю и обратился к пассажиру на заднем сиденье.

– Сэр…

Завидев кровь, он часто заморгал и еще раз помолился – то ли за здоровье ближнего своего, то ли за собственное – психическое.

– Он… он, – очнулась Габриэль, – он косплеер! Мы с фестиваля. Из Лондона. Ну… заблудились… немного, – заикаясь, пояснила она. – Он косплеит зомби!

– Понятно, – опасливо ответил тот. – Очень… похоже. Но я бы для реалистичности добавил белил на лицо и побольше кровоподтёков.

– Простите, а почему вы охраняете место крушения? – осмелился заговорить спутник Габриэль.

Полицейский гордо расправил плечи:

– Полиция Британии охраняет человечество от вторжения!

– Почему вы решили, что это вторжение?

Полицейский погладил усы и задумался:

– Хм… Потому что это очень… в духе инопланетян?

Габриэль захихикала, но, поймав на себе недоверчивый взгляд служащего полиции, тут же взяла себя в руки и извинилась:

– Простите.

– И что вы будете с ними делать, когда найдете? – спросил спутник Габриэль.

– О! – оживился полицейский. – Арестуем и отправим на опыты, разумеется!

Пассажир «Фольксвагена» скривился:

– А если инопланетяне не… плохие? – с улыбкой надежды уточнил он у него.

– Не бывает неплохих инопланетян! – уверенно отозвался тот и засуетился: – Что ж, проезжайте дальше, миссис Феннис…

– Мисс! – резко поправила Габриэль.

– Ох, мисс Феннис, простите и… мистер… – Человек в форме многозначительно уставился на мужчину в кровавых одеждах.

– Имя… Скажи ему имя, – подсказывала Габриэль с дурацкой улыбкой и румянцем на щеках.

Пассажир встрепенулся. Его странно-фиолетовые глаза в панике забегали по салону и остановились на бейджике, что висел на груди у полицейского.

– Э-э… Адам Дэвисон… – неуверенно выдал он и невинно улыбнулся.

– Боже! – возрадовался тот и уступил дорогу. – Какое совпадение! Меня тоже зовут Адам Дэвисон! Это хороший знак!

Так, под развесёлые напевы уверовавшего в благое знамение судьбы полицейского, «Фольксваген» с двумя пассажирами благополучно покинул задымленный Уиллоубрук.

Глава 3. Розетт Смит

Пенни Уоткинс, родом из Сассекса, была девушкой красивой, но очень самокритичной. С работой у нее никогда не ладилось. И дело не в том, что она слыла неумехой или дурочкой. Все было намного-намного сложней…

Работодателям Пенни нравилась, особенно – мужского пола. Они ее обожали! За доброту, милое личико и пышные округлости там, где они были к месту. Но куда бы она не устроилась, через неделю-две ее стабильно ожидало увольнение.

Как так вышло?

Поскольку Пенни, как было упомянуто выше, особа самокритичная, так случалось, что на очередной новой работе она не переставала критиковать себя – критиковать за малейшую осечку, за собственную неловкость и неточно высказанное слово. Она врывалась в кабинет начальства с красными от слез глазами и отчаянными воплями: «Я не заслуживаю здесь работать! Увольте меня!»

На все попытки успокоить сотрудницу – та только сильнее начинала рыдать, и ни чем её было не успокоить. Владельцу компании приходилось выполнять не укладывающиеся в его голове условия, и отправлять девушку, так сказать, восвояси – наперекор своим эротическим фантазиям.

Пенни Уоткинс возвращалась домой и долго плакалась матери о несправедливости мира. А потом звонила на новое место трудоустройства, и там все начиналось по-новой.

После многолетних попыток найти себя, девушке предложили поработать официанткой в одном прокуренном баре.

Была не была – сказала себе Пенни и не ошиблась. Новую служащую приняли на ура. Впрочем, как и всегда. Грузные потные мужчины в кожаных куртках постоянно хвалили ее, говорили комплименты. И никто из них ни разу не сделал ей замечание, потому что после пары пинт крепкого алкоголя все посетители «Вялой кобылы» – так называлась эта дыра – обычно лежали лицом в своей собственной блевотине, не способные сказать что-либо членораздельное. Пенни была счастлива.

На славу отработав очередной день, девушка поспешила в каморку для работников, чтобы переодеться и собрать вещи.

Она поправляла макияж, когда в дверь постучали.