Тальяна Орлова – Дракон, демон и другие учебные проблемы (страница 31)

Вот только резко отказать у меня язык не повернулся – все же артефакты стали моей главной мечтой. Потому решила ответить неопределенно:

– Благодарю за предложение, уважаемый Грант, я подумаю.

Услышала сразу несколько разочарованных выдохов – даже парни мой выбор не понимали. Но темные глаза Абеля стали непроницаемо черными, а в интонации появился знакомый холодок:

– Теперь оставьте нас. Мне нужно поговорить с Элеей наедине.

Друзья тотчас сорвались с места, забыв даже попрощаться. Но отступали спинами вперед, зачем-то продолжая кланяться – и так до самого выхода из столовой. И снова эта несостыковка. Кьяра, вообще-то, опасаются куда сильнее Гранта, но при нем те же самые друзья вели себя куда расслабленнее. Или дело в том, что демон заранее дал согласие на содействие – и это само по себе давало право присесть к его столику и говорить свободнее? Ну так и Абель никакого негатива к ним не выражал. Видимо, все же драконов уважают куда больше, а демонов скорее опасаются, чем искренне уважают. После общения с обоими я эту точку зрения полностью разделить не могла.

– Итак, ты хотел поговорить, – напомнила я, но сердце уже сдавило – ведь понятно, что речь снова пойдет о том же самом. А чем закончится – руганью или очередным насильным поцелуем – уже не от меня зависит.

Но Грант меня удивил, заведя совсем другую тему:

– Я получил анонимную записку о тебе и твоей семье, Элея. Отправлять шпионов для слежки за родней своей женщины считаю низким поступком, поэтому спрошу прямо – это правда?

Я поморщилась. Инэтта все же сделала, что обещала! Почему-то не разнесла на всю округу, а сообщила только ему, да еще и анонимно. Вполне вероятно, она все же опасалась его гнева. Грант, может, и отвернется от меня, но и доносчице прилетит за то, что обижает «его женщину». Или же… на самом деле герцогиня испугалась очередной мести Кьяра. Она ведь уверена, что мы любовники, мало ли что демону в голову взбредет – оголением в людных местах она уже может не отделаться. Или же, что вернее всего, она учла обе эти возможности и лишь поэтому повела себя так осторожно. Наверное, следует считать, что повезло.

А мне, похоже, придется за что-то оправдываться – знать бы конкретные пункты:

– Зависит от того, что там было написано.

Пронзительный взгляд неотрывно блуждал по моему лицу – от глаз к губам, на прядь волос и обратно к глазам. Абель все же объяснил:

– Очень неприятные вещи, Элея. Например, ты не родная дочь барона – тебя нагуляла его сестра от какого-то заезжего циркача. После ее смерти Феррино исправил твои документы, таким образом ты формально стала баронессой.

– Правда, – признала я, не видя никакого смысла скрывать.

– Допустим, – продолжил дракон монотонно. – В конце концов, это не запрещено законом, а ты ему родная племянница. Но на этом проблемы только начинаются. Твое поместье находится слишком далеко от столицы, чтобы до нас доходили все грязные слухи. Семья Феррино в своих краях славится дурной репутацией. Барон – заядлый картежник, почти все земли уже в залоге. Твои сестры отличаются своей невоспитанностью и пытаются хоть какого-нибудь жениха захомутать. Да только пройдохи ими пользуются, а перед венцом благополучно уносят ноги. Возможно, они отправили тебя в замок Абель с одной надеждой – если ты все-таки победишь, то я буду вынужден выплатить все их долги и хоть немного улучшить положение. Понятное дело, что от меня все это скрыли, иначе ты ни за что не была бы допущена на отбор, а никому ведь и в голову не пришло тщательно проверять титулованную фамилию, ведь среди благородных людей такие отбросы – большая редкость.

– Возможно, – отчасти согласилась я и с этим. На самом деле о планах «родни» я и сама имела слабое представление. Однако, вполне вероятно, Инэтта оказала мне большую услугу, которой я и собралась воспользоваться. Но так, чтобы не закопаться еще глубже: – Грант, теперь ты все знаешь! Дома меня не любили и отправили к тебе с меркантильной целью. Но когда ты выбрал меня, то я решила не продолжать это бесчестие. По этой причине отказала тебе в спальне, а потом и сбежала. Правду сказать побоялась, но всеми силами старалась освободить тебя от обязательств. И сейчас в очередной раз настаиваю – ты ничего мне не должен, ведь был обманут! Да знай ты сразу, меня и на пушечный выстрел к тебе не подпустили бы.

Взгляд черных глаз наконец отлип от моего лица и направился куда-то в сторону. После размышлений Абель заговорил тихо:

– После твоего побега я допросил слуг в замке о тебе. Ты действительно приехала на отбор жалкой и зареванной. Да ведь я и сам на состязаниях видел твое опухшее от слез лицо – списывал на чрезмерное волнение. У тебя в гардеробе было всего два приличных платья, ты их чередовала. Но все мои люди, которые с тобой общались, подтвердили, что ты была чрезвычайно тихой, скромной и вежливой. Забитой, как выразился один из охранников. И потому несложно поверить, что ты на самом деле оказалась единственным честным человеком из семейства Феррино. Элея, семья обходилась с тобой жестоко? Расскажи – и тогда они получат от меня такую компенсацию, что вовек не забудут.

А мне-то откуда знать? Мирта как-то в подробности не вдавалась. Наверное, достаточно будет и того, что планируемых богатств от моей победы они так и не дождутся. Я высказалась нейтрально:

– Не нужно мстить. В конце концов, они дали мне законное имя, вырастили и выучили меня. А сейчас, через цепочку событий, я живу именно той жизнью, о которой мечтала! Плевать на них. Главное, что и ты в силу открывшихся обстоятельств свободен от…

Он прервал меня таким голосом, что я вмиг в теплом помещении замерзла:

– Снова за меня решаешь?! Феррино тебя, может, и выучили, но манеры не привили! – внезапно его голос смягчился и стал теплее: – Как раз сейчас я хочу заботиться о тебе сильнее, чем раньше. И, может, начинаю понимать твой дикий характер. Откуда мне знать, в каком аду ты выросла? Но по поводу мести подумай еще раз – ты, кажется, не слишком хорошо поразмыслила. Если никто не верил в твою победу – да я сам в нее не верил до того, как разглядел в тебе нечто необычное – то с чего вдруг твоя семья делала такую ставку?

Я пожала плечами. Служанка ведь тоже говорила, что «батюшка» не сомневался в моем проигрыше. Так зачем они потратились на дорогу, комплект украшений и целых два платья? Просто наугад?

Абель продолжил тихим и серьезным голосом:

– И отравление, о котором ты упоминала. Я допросил каждого. Ничего. Другие девушки вообще тебя в расчет не брали, как и сотню других таких же. Почему отравить пытались именно тебя? Неужели тебе ни разу эта мысль в голову не пришла? Или ты не знаешь об этом правиле – если некая конкурсантка погибает во время отбора, то ее семья получает огромную компенсацию от дракона в качестве извинений. Богатые фамилии ради такой суммы рисковать не станут, но вот твоя…

Я застыла. Нет, я действительно о подобном не слышала, и вроде бы все в этой теории теперь складывалось, кроме…

– Но как?! – воскликнула я в ужасе. – Ладно, предположим, что мотив у них был, для того и отправляли. Но как бы мой отец это провернул в чужом доме? Вряд ли у него есть хоть какое-то влияние в столице или твоем замке! Да у него, скорее всего, даже в родных землях никакого влияния нет при такой-то репутации. И денег не найдется, чтобы подкупить какого-нибудь отмороженного демона.

– Не знаю, – признался Абель. – Если поставить себя на место преступника, то я снарядил бы с тобой верного человека – слугу, который не подведет и все выполнит, но который вызывает меньше всего подозрений. Поэтому еще раз хорошенько подумай, Элея, заслуживает ли твоя семья хоть какого-то ответного удара. Я бы сделал это и без твоего дозволения, но если ты к ним привязана и благодарна за то, что они тебе дали, то мне не хотелось бы испортить тебе настроение – пусть даже ты мне кажешься слишком мягкосердечной.

Он меня так и оставил в одиночестве – с разинутым ртом. Да, Абель от меня и сейчас не отказался – даже такой удачный трюк Инэтты не сработал. Но потрясение мое было вызвано другим. Если настоящую Элею действительно отравил папаша Феррино, то выполнить это могла только Мирта! Ни одного слуги больше из поместья в столицу не отправили. Но ведь это немыслимо и совершенно не вяжется с характером и поступками! Служанка ради меня из кожи вон лезет, да у нее обожание в каждом взгляде – даже если бы ей и отдали такой приказ, то заставить себя она бы не сумела… Интересно, а когда Кьяр сказал, что его предположение мне не понравится, он не до того же вывода дошел?

Глава 20

Я не усомнилась в Мирте, но притом от самого мелькнувшего на секунду подозрения что-то изменилось. Будто бы разум теперь сам выискивал доказательства и опровержения. Вопросы всплывали сами собой:

– Мирта, а ты почему такая услужливая? Не из-за чувства ли вины?

– Какой еще вины? – нахмурилась служанка, а потом всплеснула руками: – Госпожа, вы все-таки заметили, что я купила вам сорочку не из чистого шелка? Простите меня, простите! Я очень стараюсь экономить деньги и клянусь, что пыталась сторговаться, но за чистый шелк меньше серебряного не берут!

Нет, похоже, она всегда такая была. Вот сколько Элее служит, столько и стелется перед ней. Я зашла с другой стороны: