Такаббир Кебади – Белая Кость (страница 87)

Рэн обратил взгляд на главу семьи:

— Вы уже договорились с кем-нибудь о месте для своего сына?

Донте оттолкнул слуг и вцепился в кафтан:

— Нет, мой король. Не успел. Только собираюсь.

— Присылайте Олира в мой замок. Он пройдёт закалку у королевских гвардейцев. — Заподозрив, что дворянин сейчас кинется к нему и упадёт на колени, чтобы поцеловать королевский сапог, Рэн вскинул руку. — Не надо благодарностей, лорд Донте.

Развернул коня и, проезжая мимо Янары, подмигнул ей. Процессия тронулась в путь.

Справа и слева от тракта проплывали холмы, леса, деревни и поля. Чем ближе становился Алауд, тем чаще встречались подводы коробейников и обозы купцов, гружённые тюками и ящиками. Редко кто из торговцев отваживался ездить за товаром в дальние края. Рискованное путешествие в другую страну могли себе позволить лишь те, кто был способен оплатить надёжную охрану, кто хорошо знал нравы чужеземцев и имел связи в тамошних торговых кругах.

Погода радовала. Под ярким солнцем оседали сугробы, на полях оголялась земля. Когда на горизонте показался город мастеров, полозья кибиток скользили уже не по снегу, а по грязи.

Алауд встретил путников шумом, характерным для поселений, где все жители заняты делом. Визжали пилы и надсадно крякали топоры. О наковальню бились молоты, лязгал и звенел металл, шипела, исходя паром, вода.

Колонна, сопровождаемая командиром городской стражи, влилась в поток фургонов, телег и всадников. Проехала по прямой и достаточно широкой улице и оказалась на площади, окружённой тавернами, постоялыми дворами и общественными конюшнями. Рэн дождался, когда Янаре выделят самые лучшие комнаты и перенесут её вещи. Удостоверился, что безопасности королевы ничто не угрожает. Отдал указания охране и, не желая тратить время, отправился на поиски людей, которые воплотят его мечту в жизнь.

Старинные города, как правило, не разрастались вширь — их рост сдерживала городская стена. Алауд был очень старым городом, об этом говорили жилые этажи, возведённые в разное время над цехами и мастерскими. Широкие улицы перемежались узкими, так же замысловато переплетались запахи обожжённой глины, раскалённого железа, красителей для тканей, эфирных масел…

— Кто именно вам нужен, ваше величество? — поинтересовался командир городской стражи и придержал лошадь, пропуская на перекрёстке водовозов. — У нас много мастеров-строителей. Но они почти всё время в разъездах. В Алауде строить нечего, разве что ещё один этаж над цехом. Этим занимаются подмастерья или наёмные работники, но не мастера.

— Нужен самый талантливый зодчий.

— Желаете построить крепость?

— Храм.

— Храм, храм… — повторил командир задумчиво. — Знаю я одного. Видел в его мастерской чертёж особняка. Но вот храм… Вы уж простите меня за невежество, ваше величество. У нас на слуху чаще оружейные мастера, они востребованы больше. А всё остальное — это так, баловство, лишь бы руки чем-то занять.

— Заглянем к вашему знакомому, — подал голос сэр Ардий. — Он должен знать своих.

— Знать-то знает, но скажет ли? Между мастерами серьёзное соперничество. Спрашиваешь, кто шьёт меховые рукавицы, а тебе втюхивают сапоги. Говоришь, что нужен походный котелок, а тебя убеждают, что тебе нужен не котелок, а чан. А на хрена мне чан? Ну, поставил я его во дворе, дети в дождевой водичке щепки пускают. А я как топил снег в старом котелке, так и топлю. Это они у купцов научились в уши заливать и мозги дурманить. Зато у оружейных мастеров разговор короткий. Знают, что, если испортят заказ, этим заказом их и прикончат.

— Неужели королю ничего не скажут? — усомнился сэр Ардий.

— Чего ж не скажут? Скажут… что королю нужна беседка в парке или пристройка к замку, но никак не храм. — Командир оглянулся на хмурых рыцарей, которые ехали позади. — Возможно, я ошибаюсь.

На улице, где обитали строители, дома стояли так близко один к другому, что можно было высунуться из окна и пожать руку соседу, живущему напротив. Телеги и фургоны здесь не ездили, купцы сюда не заглядывали, а заказчики подолгу не задерживались. В мастерских, расположенных на первых этажах, ученики обтачивали камни, что-то чертили мелом на чёрных досках или, оставшись без присмотра мáстера, сражались на «мечах» — только вместо оружия использовали длинные линейки. Рэн видел учеников и подмастерьев через окна или через распахнутые двери, больше похожие на ворота.

Наконец командир остановился возле двухэтажного дома. Слез с лошади и подёргал дверь:

— Закрыто… — Побарабанил в створку. — Гаор!

Отошёл на пару шагов и, запрокинув голову, проорал:

— Гаор! Ты дома? Гаор!

Дверь бесшумно приоткрылась, в щели показалась лохматая голова мальчишки.

— Хозяина нет дома.

Командир подскочил на месте:

— Ох, чёрт! Напугал, гадёныш… — Зыркнув на Рэна, прочистил горло. — Где он?

— Ушёл.

— Куда?

— К какому-то господину. Амбар строить.

Рэн посмотрел вперёд и послал коня рысью.

— Подождите! — крикнул командир. — Я у соседей спрошу.

Но конь уже нёс Рэна к самой высокой на этой улице постройке. Однако и тут хозяина не оказалось дома. Худощавый молодой человек сказал, что мастер Араш уже два года строит храм где-то на севере королевства.

Рэн с досадой посмотрел на герб, украшающий двери-ворота: крепость с тремя башнями. Фамильный знак могли себе позволить не все умельцы, а только те, у кого поистине золотые руки.

— А что вы хотели, милорд? — спросил юноша.

— Перед тобой… — начал командир стражи.

Рэн вскинул руку и не дал ему закончить фразу:

— Хочу построить храм. Не подскажешь, кто сделает это лучше всех?

Молодой человек улыбнулся:

— Только мой отец. Он лучший.

— Значит, ты сын мастера.

— Так и есть.

— В зодчестве разбираешься?

Рэн спросил первое, что пришло в голову. Он намеревался расположить к себе юношу, выведать, кого тот считает конкурентом своего отца, а потом отправиться к их сопернику.

Сын хозяина распахнул двери:

— Проходите, если не торопитесь.

В просторной мастерской было холоднее, чем снаружи. Присев к длинному столу, Рэн запахнул плащ и осмотрелся. Камин давно не разжигали. В углах тёмные разводы. На полках свитки, не представляющие никакой ценности, иначе их хранили бы в сухом помещении. На стенах написаны непонятные формулы, нарисованы арки, колонны разных стилей, фрагменты фасадов зданий.

Юноша вернулся со второго этажа, куда ушёл без всякого предупреждения, и положил перед Рэном стопку листов пергамента:

— Это мои работы: усадьбы, беседки, молельни. А это крепость. Отец построил её лорду Бризу по моему чертежу. Но больше всего я люблю рисовать базилики. Колонны в два или четыре ряда. Окна под крышей. Мне нравится, что внизу мягкий полумрак, а вверху много света. Рисунки храмов показать не могу: они принадлежат отцу.

Рэн выбрал несколько чертежей и разложил их веером:

— Это базилики?

Юношу удивлённо поджал губы:

— Верно. Вы разбираетесь в зодчестве?

— Ты же сам сказал: колонны, окна. — Рэн пробежался взглядом по рисункам. Вытащил из веера один лист. — Как тебя зовут?

— Корша, милорд.

— Корша, сколько потребуется времени на строительство такого храма?

— Это не храм. В храме глухие стены. Он должен выглядеть величественно и устрашающе. Это базилика. Она… более воздушная что ли.

— Я хочу построить храм Души. Сколько уйдёт на это времени?

— Храм Души… Красиво! — Корша сел напротив Рэна, развернул чертёж к себе. — Тогда здесь надо…

— Сколько? — спросил Рэн, повысив голос.

— От трёх до четырёх лет. Добавьте ещё год. Мой отец освободится только следующей осенью, а зимой строить никто не начинает. Но это просто разговоры. Я не знаю, есть ли у отца ещё заказчики. Его многие спрашивают и уезжают. Может, они к нему поехали. Договариваться.

— Я тебя нанимаю.

Корша рассмеялся: