Сьюзан Спанн – Кошачьи когти (страница 10)

Маюри пониже натянула рукава.

— Все нормально. Обожглась, когда зажигала огонь. Слуга сбежал от нас, когда услышал об убийстве… суеверный дурак. Почему, как вы думаете, я сама открываю дверь все утро?

Она бросила быстрый взгляд на дорожку, словно надеясь, что слуга вернется. Когда взгляд Маюри обратился к Хиро, она выдавила улыбку.

— Вы что-то забыли?

Отец Матео поклонился.

— Мы надеялись поговорить с Саюри.

— И с другими женщинами, которые работают в этом доме, — добавил Хиро.

Улыбка Маюри растаяла.

— Никто ничего не видел и не слышал. Я поговорила со всеми сама.

— Значит разговор будет коротким, — сказал Хиро. — Спасибо за вашу услужливость.

— Это займет некоторое время, — сказала Маюри. — Мы не готовились к столь ранним визитам.

— Пока ждем, мы можем поговорить с Саюри. — Хиро мило улыбнулся, понимая, что владелица чайного дома не сможет отказать, не навлекая на себя лишних подозрений.

Когда Маюри поняла, что Хиро не собирается уходить, она склонила голову и повернулась, чтобы провести мужчин в дом. Ее кимоно слегка шуршало, словно мышь в мешке с зерном.

Когда женщина повернулась к ним спиной, Хиро обратил внимание на кусочек бумаги, который торчал из ее кимоно. Конец оби зажал его у самого подола. Хиро молча наклонился и быстро вытащил бумагу из ее наряда, спрятав кусочек в рукав. Культура чайного дома превыше всего ценила аккуратность и красоту. Маюри была бы в ужасе, если бы узнала, что где-то торчит обрезок. Несмотря на то что Хиро было плевать на ее чувства, он не видел смысла в том, чтобы она испытывала ненужную неловкость.

Маюри провела мужчин к первой двери с западной стороны большой комнаты. Опустившись на колени, она сказала:

— Вы можете поговорить с Саюри здесь, но, пожалуйста, не долго. Я позвала священников, чтобы они очистили дом.

Отец Матео вошел в комнату сразу же, как Маюри открыла дверь. Но Хиро задержался, чтобы задать вопрос.

— Вы скажете нам, когда остальные девушки будут готовы?

Губы Маюри сложились в тонкую улыбку.

— Конечно.

Хиро переступил через порог и присоединился к иезуиту.

Комната была такой же, как соседняя, за исключением того, что здесь не было крови и не было трупа. В токонома стояла чистая ваза с гортензиями. Однако в цветочной композиции было больше мастерства, чем в комнате, где произошло убийство. Хиро решил, что это работа хорошего мастера. Там же была, скорее всего, работа ученика.

Саюри стояла на коленях перед нишей, лицом к двери и спиной к вазе с цветами. Она искупалась и переоделась в кимоно из узорчатого шелка. Без косметики она выглядела моложе и гораздо красивее.

Справа от нее на полу лежал сямисэн. Отсутствие всякого рода украшений, говорило о том, что инструмент был тренировочным, чтобы скоротать время.

— Скажи что-нибудь, — сказал на португальском Хиро.

Отец Матео моментально узнал код.

— Что ты хочешь, чтобы я сказал? Мне сказать что-то еще или я уже сказал достаточно? — Он постарался чтобы вопросы прозвучали не как вопросы, а как утверждение.

— Достаточно.

Хиро обернулся. Маюри опустилась на колени в дверном проеме, словно намереваясь там остаться.

— Я прошу прощения за иностранную речь, — сказал Хиро. — Отец Матео не знает правильных слов, чтобы задать свой вопрос.

В его религии существует ритуал, который называется "исповедь". Это когда обвиняемый доверительно говорит со своим священником. Отец Матео просит разрешения на исповедь с Саюри.

Маюри нахмурилась.

— В этом случае требуется конфиденциальность?

Хиро кивнул.

— Переводчик может остаться, но никто больше.

Маюри посмотрела на Саюри. К удивлению Хиро, девушка согласно кивнула.

— Хорошо, — вздохнула Маюри. — У меня в любом случае еще есть дела.

Хиро постоял у двери, чтобы убедиться, что ее тень исчезла.

Как только дверь закрылась, Саюри заплакала.

— Простите меня. Это моя вина. Я бы не послала за вами, если бы знала, что Нобухидэ решит вас убить.

— Не беспокойся, — сказал отец Матео. — Мы с Хиро найдем настоящего убийцу.

Саюри перестала плакать и посмотрела на него сквозь слезы.

— Вы правда думаете, что у вас получится?

Хиро боролся с желанием рассмеяться над ее попыткой манипулировать священником, пока не понял, что это сработало. Это его встревожило.

— Конечно, получится, — сказал отец Матео. — Но нам нужно, чтобы ты сказала нам правду о том, что случилось прошлой ночью.

— Так я уже все рассказала. Я проснулась, а Акеши-сан мертв.

— Не думаю, что это правда. — Неожиданная твердость отца Матео удивила Хиро. Он задался вопросом: неужели священник разгадал представление Саюри? — Ты боишься сказать правду? Кто-то тебя запугал?

— Конечно, нет, — сказала она, слишком быстро для того, чтобы это было правдой. — Наверное, его убил синоби.

— И кому нужна смерть Акеши Хидэёши? — спросил Хиро.

Саюри посмотрела на него, широко открыв глаза.

— Я не знаю. Акеши-сан был хорошим человеком. Маюри сказала, что он всегда исправно платил по счетам.

— Он был богат? — спросил Хиро.

Саюри задумалась.

— Он не покупал мне подарков, как бывает иногда у других девушек. Но он все-таки не был моим покровителем, просто постоянным посетителем.

— А гостей в чайный дом он приводил?

Саюри улыбнулась. Ее глаза сверкнули.

— Он привел своего брата, Хидэтаро.

Хиро нашел любопытным тот факт, что первая искренняя улыбка появилась на лице Саюри при упоминании брата Хидэёши. В правилах чайного дома не существовало запретов на то, чтобы развлекать и самого мужчину, и его родственников. Хотя, если девушка принимала мужчину как своего покровителя, она, как правило, отказывалась от встреч с его братьями или родственниками без его присутствия.

— Кто-нибудь еще? — спросил Хиро.

Саюри уставилась в потолок. Ее лоб прорезали морщинки. — Несколько месяцев назад он представил нам своего кузена. Он не местный. Масухидэ? Нет, но что-то типа того.

— И ты не запомнила? — уточнил Хиро. Гейши специально тренировали память, чтобы запоминать имена. Так гости чувствовали себя особенными во время своих последующих визитов.

— Нет. — Саюри заправила прядь волос за ухо, ее щеки порозовели от смущения. — У меня возникло впечатление, что они встречались всего пару раз. Они, похоже, были не слишком близки. Хидэёши сказал, что кузен здесь по делам. Я решила, что нет необходимости запоминать его имя.

— А как насчет брата Хидэёши… Хидэтаро? Он часто к вам приходил?

— Несколько раз с Хидэёши. — Лучезарная улыбка вернулась, но быстро исчезла. — Хидэтаро не может позволить себе посещение чайного дома. Но он очень приятный.

— Когда ты видела его в последний раз? — спросил Хиро.