Сьюзан Деннард – Колдун ветра (страница 68)

– Зови ее обратно. Там что-то есть.

– Что… – начал Кейден.

Неправильно, неправильно! Сафи пронеслась мимо него.

– Лив! Вернись!

– Сейчас! – послышался ответ откуда-то издалека. – Я вижу что-то…

Слова оборвались, и раздался вопль, от которого лопались барабанные перепонки.

В конце туннеля вспыхнул оранжевый свет, и голос Лив разнесся по туннелю:

– Огненный ястреб! У них есть огненный ястреб! Бежим!

– Проклятие, – выругался Кейден.

А может, это был кто-то из команды. А может, Сафи сама сказала это. Точно подумала, когда развернулась и побежала так, словно за ней гнались демоны Пустоты.

Огненные ястребы. Демоны. Слишком близко.

Позади нарастал шум – точнее, рев, словно стремительно приближался водопад. Но это точно был не водопад. Ведь водопады не заставляют землю дрожать и не превращают тьму в день.

Потом девушку догнала волна жара. Она почувствовала, как он обжигает, щиплет за плечи, задолго до того, как ее настигло огненное сияние.

А когда сияние настигло ее… Святые врата, Сафи никогда в жизни не бегала так быстро. Она обогнала моряков, рабов, Кейдена и Зандера, и вдруг рядом с ней оказалась императрица, только что шагнувшая в залитый светом туннель.

– Бежим! – закричала Сафи.

Она поравнялась с Ванессой и вытянула руку. Изо всех сил толкнула ее в дверной проем, утаскивая с пути, по которому несся ястреб.

Вот только выбранный Сафи выход оказался ненамного лучше. Они оказались на арене.

На усыпанной гравием площадке бушевала Бойня Бейл. Шаровая молния угодила Сафи в щеку, и тут же за ее спиной вырос сталагмит. Колдун грозы сражается с колдуном земли. Отлично.

Сафи прыгнула влево, едва избежав обстрела ледяными осколками, которые быстро растаяли в стене огня. Вокруг все убивали всех. Не было разницы между друзьями и врагами, рабами и рабовладельцами, Красными Парусами и Пиратами Баедида. Каждый из них сражался. Каждый трижды проклятый человек, оказавшийся на этой арене, сражался – клинок на клинок, ведовство на ведовство.

Не обошлось и без огненного ястреба. Он добрался до арены и как раз вылетал из туннеля в облаке пламени.

Слава богам, мышцы Сафи оказались умнее мозгов, потому что при первом же взгляде на чудовище – сгусток огня длиной с галеон и крыльями в два раза шире – она бы наверняка застыла на месте от потрясения.

Однако ее ноги хотели двигаться. Девушка нырнула за сталагмит, но он рассыпался, как только она спряталась за ним. Проклятие! Ей нужно укрытие. Ястреб уже кружил над ведьмой и пронзительно кричал.

А потом он сложил крылья и спикировал. Прямо на Сафи.

Она пыталась увернуться, резко броситься в сторону, но, даже действуя, девушка понимала, что это не то существо, от которого можно убежать, полагаясь лишь на скорость.

Шум крыльев оглушил ее, а пламя ослепило. Спасения не будет. Не в этот раз.

Сзади в ведьму врезалось тело. Она упала на землю, сильно ударилась подбородком о гравий.

Раздался голос Кейдена:

– Закрой глаза!

Сафи закрыла глаза. Ястреб атаковал.

Старая жизнь закончилась.

Когда она была ребенком, Габим рассказывал ей, что марстокийцы считают, что ястребы – это духи жизни. Рождения. Встретить огненного ястреба и выжить означало получить второй шанс. Новое начало. Чистую страницу.

Сейчас Сафи верила в это, потому что в промежутке между одним ударом сердца и следующим, пока над ней парило существо, состоящее из света и пламени, в ее мозгу билась всего одна мысль. Всего одно пронзительно ясное воспоминание.

«Если бы ты захотела, Сафия, – когда-то сказал ей дядя, – ты могла бы менять миры. Ты для этого отлично подготовлена, уж об этом я позаботился. Но, к счастью или нет, похоже, тебе не хватает амбиций».

И сейчас Сафи сочла его слова полной ерундой. Это ей-то не хватает амбиций? Да она воплощение амбиций!

Начала – заканчивай.

Сейчас она была готова изменить этот мир. Готова сломать его.

И с этой мыслью началась новая жизнь.

Мимо с криком пролетел ястреб. Кейден сполз со спины Сафи. Ее волосы были сожжены наполовину. А на платье девушки зияли огромные дыры.

Кейден поднял руку. Как и прежде, его почерневшие шрамы вызывали в ней ощущение чего-то неправильного. Зрачки мужчины расширились до предела.

– В следующий раз, – выдохнул он, и изо рта у него при каждом слове вырывалось темное облачко, – когда увидишь ястреба, попробуй не стоять у него на пути.

Кейден повернулся, собираясь зашагать прочь.

Но Сафи вцепилась в него руками. Нашарила на шее ожерелье и притянула к себе.

– Что ты такое?

Пока она произносила это, темные пятна становились бледнее, зрачки приняли привычный вид, а изо рта больше не клубился дым.

– Если мы выберемся отсюда живыми, – сказал он, снова став похожим на Хитрого Хлыща, – напомни мне рассказать об этом. А пока, донья, нам надо двигаться дальше.

Глава 37

Мерику был знаком этот шторм. Он пережил похожий в Лейне, где пришлось противостоять такому же ведовскому ветру, пытаясь добраться до сердца бури. До источника.

И сегодня, когда принц нашел его, им оказался тот же человек, что и в прошлый раз.

Сегодня Каллен не рухнул вниз, а завис. Застыл, как будто стоял на горной вершине.

Когда-то, в детстве, в одном из домов на землях Нихар случился пожар. Жившие там люди спаслись, а их собака нет. Блестящий обугленный труп животного среди обломков навсегда запечатлелся в памяти Мерика.

Теперь он словно снова оказался там и смотрел на труп. На останки. Ужасающие, но узнаваемые, хотя разум шептал: «Перестань видеть только то, что хочешь увидеть».

Каллен заметил Мерика. Молния сверкнула, осветив его лицо. Губы растянулись в улыбке, которая была до боли знакомой и при этом стала совершенно нечеловеческой. За спиной Каллена бесконечно кружились черные ветры, неся с собой мусор, осенние листья и шалфей.

– Никаких приветственных слов, братец?

– Ты – не он. – Мерик сам удивился тому, как ровно звучал его голос. – Я видел, как мой повязанный брат умер.

– Ты видел, как я распадаюсь. – Каллен раскинул руки, и из кончиков его пальцев вырвались молнии. – Распад не всегда становится концом.

– Кто ты?

– Ты знаешь ответ на этот вопрос. Я – месть. Я – справедливость. Я – Гнев.

При этих словах холод и ярость вонзились когтями в грудь Мерика. И все же он понимал, что эти чувства не его собственные.

– Я просил тебя убить меня, – продолжал Каллен. Он подлетел ближе. Еще ближе, пока не стало видно, как по его коже двигаются темные пятна. Как тени затягивают его глаза и в них отражаются вспышки молний. – Помнишь это, Мерик? В Лейне я попросил, чтобы ты покончил со мной своим ведовским ветром. Но ты, слава Нодену, отказался. И хорошо, иначе никто из нас не оказался бы здесь сегодня. Ты был бы мертв, я был бы мертв, и мы оба танцевали бы вальс с миксинами Нодена.

Мерик попытался что-то ответить, но слова не шли. Ничего, кроме: «Ты был бы мертв, я был бы мертв».

Каллен рассмеялся:

– «И только через смерть они смогут понять жизнь. И только через жизнь они изменят мир». – Он постучал себя по голове, и неестественная ухмылка стала еще шире. Улыбка, которая не чувствовалась во взгляде. – Воспоминания Гнева всегда были здесь, Мерик. Я просто должен был умереть, чтобы они вышли наружу. Теперь я сделаю тебя королем! – От Каллена исходил холод. И сила, жаждущая, чтобы ее применили. – Вместе мы сможем захватить этот город! Захватить весь мир!

– Нет. – Мерик покачал головой. По его щекам потекли слезы. – Я не хочу этого, Каллен! Я не хочу быть королем…

– Тогда… – Не успел Мерик моргнуть или оказать сопротивление, как Каллен схватил его за шею. Он высасывал воздух прямо из легких Мерика. – Если ты не присоединишься ко мне, повязанный брат, я стану считать тебя врагом. И помни, что я острее любого клинка.

– Прошу тебя, Каллен. – Мерик сжал руки друга. – Это не ты!