Сьюзан Деннард – Колдун ветра (страница 66)
А сквозь лес уже неслись лошади с баедидами в седлах. Их хорошо было видно – яркие пятна на фоне серого дыма, что уже стелился между деревьями.
Аэдуан быстро снял Сову со спины и опустил на землю. Стрела вонзилась парню под лопатку, и он, спотыкаясь, стал двигаться вперед, закрывая своим телом Сову.
Ее стрелы не доставали, хоть что-то идет хорошо. Колдун прижал девочку к себе, пока подсчитывал ущерб.
Да, сердце – это проблема, оно будет медленно качать кровь, а без крови, легко бегущей по венам, ведовской дар Аэдуана не мог работать в полную силу. Он ослабеет.
И тут ударила вторая стрела. Прямо в шею. Хлынула кровь.
Всегда так. Где бы Аэдуан ни появился, сразу начинала литься кровь.
Огонь приближался. Дым заполнил горло, щипал глаза. Потекли слезы, и из-за этого все вокруг, включая солдат и всадников, расплывалось.
Река. Если Аэдуан сможет дотащить Сову к Амонре, то они смогут спастись от стены огня.
Он встал и выдернул древко из шеи. До колдуна доносились голоса и запахи крови. Олени, белки и кроты уже неслись прочь.
Не говоря ни слова, Аэдуан взвалил Сову на плечо и возобновил бег. Олень оказался рядом, и парень заставил себя не отставать от него. Повторять его путь между деревьями.
Он ни разу не проверил, как там Сова. Ему пришлось бы развернуться, чтобы взглянуть на нее, а на это просто не было времени. Не сейчас, когда каждый шаг должен быть идеально выверен, а все внимание – отдано тому, чтобы крепко держать девочку в руках.
Наконец парень, Сова и олень вырвались вперед, и рев пламени стих. Но тут же раздался ляг железа. В нос Аэдуану ударил запах крови. В Спорные Земли снова пришла война.
Колдун не дал себе времени передохнуть. Наоборот, он побежал еще быстрее. Сова дрожала, но его хватка – и девочки – оставалась крепкой.
Впереди закончились деревья. Показалась река, но она сплошь была усеяна кораблями, с которых палили пушки.
Олень выскочил на опушку, и в него тут же вонзились стрелы. Животное закричало, и на его шкуре расцвели кровавые цветы.
Аэдуан едва успел притормозить и развернуться. На него уже со свистом неслись стрелы. Две вонзились в левую руку, и парень опустил Сову на землю.
В нее ничего не попало. Она была в безопасности, она была в безопасности.
Аэдуан же нет. Слишком много ран, слишком много крови потеряно, слишком много дыма в легких. Хуже того, он был у реки, но не понимал, куда двигаться дальше.
Аэдуан потащил Сову обратно в чащу. Слишком резко – девочка споткнулась и упала.
Ее глаза, полные паники и слез, встретились с глазами Аэдуана. Сколько ужаса, сколько в них смятения и доверия.
Земля дрожала, двигаясь почти в такт всхлипам Совы. А дальше случилось нечто странное – у Аэдуана подкосились ноги. Он упал, кувырком вылетев из-под деревьев на берег.
Стрелы сыпались на него одна за другой.
Парень повернулся к Сове, чтобы велеть ей
Аэдуан потащился следом. Земля все еще тряслась под ногами, и от каждого удара стрел колдуна шатало. Он не мог вытащить стрелы прямо сейчас, иначе его тело начнет исцеляться, а на это уйдут все силы. И он точно потеряет сознание.
Дыхание сбилось. Изо рта брызнула кровь. Аэдуан едва мог видеть, в глазах темнело. Колдун принюхался, пытаясь учуять кровь Совы. Но он был слишком слаб, его дар ослаб. Парень шел между деревьями покачиваясь. Вокруг носились звери, птицы взлетали в небо, а пламя подкрадывалось все ближе. Но Аэдуан почти не ощущал жара. Сову увезли в этом направлении, значит, туда он и пойдет.
И тут перед колдуном возник силуэт.
Сначала Аэдуан решил, что ему это кажется, что усталость и дым окончательно затуманили ему зрение и он принимает за людей тени между деревьями.
Но силуэт двигался. Вот он вышел вперед и взмахнул руками, как музыкант перед выступлением. Но куда бы ни указывали его пальцы, там вспыхивал огонь. Деревья, кусты, даже птицы – все пожирала огненная смерть.
Аэдуан понимал, что ему следует уйти в сторону, но бежать было некуда. Лес горел, и парень оказался в ловушке.
Колдун огня повернулся, чтобы поджечь березу, и его глаза, светящиеся, как угольки, остановились на Аэдуане.
Человек улыбнулся – белый пепел среди огней, – и Аэдуан узнал его. Это был тот самый колдун. Он уже один раз пытался убить его.
Как только Аэдуан это понял, у парня неизвестно откуда появились силы. Их вполне хватило, чтобы он кинулся вперед. Если у его получится убить колдуна, огонь тоже остановится. В три прыжка, усиленные ведовством, Аэдуан оказался возле колдуна огня и выхватил меч.
Колдун открыл рот, и из него хлынуло пламя.
Парень едва успел отклониться влево, струя огня пронеслась мимо – с таким шумом, что заглушила все остальные звуки. А жар оказался таким сильным, что можно было лишиться чувств. Аэдуан взмахнул мечом, но попал лишь по пламени. Под его ногами начала тлеть трава. Искры и дым ослепляли.
Он снова наклонился влево. Еще больше огня. Он прыгнул вправо – только искры. Он сделал шаг назад и уперся в камень. Скала над ущельем. Спасения нет.
Аэдуан повернулся лицом к колдуну огня, тот продолжал улыбаться своей проклятой улыбкой. Злорадной и ликующей.
Мир дрожал и расплывался. И все же навыки взяли верх. Свободной рукой парень проверил, на месте ли ножи.
Они были готовы к атаке.
Аэдуан принял боевую стойку, поскольку, хотя кровь может гореть, душа его не сгорит.
Колдун огня поднял руки, чтобы разжечь пламя. Даже сквозь дым Аэдуан почувствовал запах крови человека, собирающегося атаковать. Мышцы напряглись, ожидая удобного момента для нападения. Если он хочет перерезать глотку, придется лезть прямо в огонь.
Но атаки так и не последовало. Пока Аэдуан стоял наготове, откуда-то сверху опустилась тень. Сначала он подумал, что это облака закрыли солнце. Но чем дольше парень смотрел, тем больше понимал, что тень исходит от колдуна огня.
По телу мужчины расползались пятна, похожие на чернильные ручейки. Он начал биться в конвульсиях и кричать, расчесывать руки, покрывающиеся волдырями, царапать кожу.
Аэдуан понял, что колдун распадается. Как только эта мысль возникла в его голове, мужчина застыл. Его глаза стали абсолютно черными. А рожденный им огонь начал гаснуть.
Позади колдуна огня возник белый силуэт. Он странно двигался – вытянув руки вперед и высоко подняв голову. Клапан плаща из кожи саламандры скрывал рот и подбородок, а лоб был покрыт пеплом.
Аэдуан не знал, как здесь оказалась ведьма нитей и почему. Он знал только, что не может отвести от нее взгляд.
Девушка шла, мерно отсчитывая шаги, к колдуну огня.
Тот уже почти распался, но, когда она оказалась рядом, с рычанием набросился на нее.
Изольда не выказала ни капли страха. Вообще ничего.
Вместо этого она опустила клапан плаща, широко раскрыла рот и… щелкнула зубами в воздухе.
Колдун огня рухнул. Мертвый.
Глава 36
Вивия вынырнула на поверхность воды на полпути до моста. Сюда морской огонь не добрался. Кораблей тоже не было, и девушка плыла по течению, создаваемому ею самой.
Несмотря на царивший хаос, она разглядела вдалеке военный корабль, который передала Лисицам. При мысли о том, что на борту находятся баедиды, в груди у принцессы вспыхнул жар. Он охватил вены, кожу, легкие.
Принцесса вынырнула из воды, а злость помогла вытолкнуть тело максимально высоко. Пираты сразу заметили Вивию. Они тыкали в нее пальцами и беззвучно разевали рты от удивления. Те, кто посообразительней, побежали за оружием.
Но они были слишком медлительны, а Вивия – слишком разъярена. Она взлетела на главную палубу корабля. Еще в воздухе девушка
Вивия прыгнула на палубу, под ее ногами затрещала древесина. Взмах левой рукой, и приливная волна взметнулась вверх, смывая еще больше людей за борт. Взмах правой – и струи воды, острые, как куски стекла, врезались в человеческую плоть. Перерезали шеи.
Кровь, горячая и чудесная, брызнула на кожу Вивии.
Она едва заметила это, ее внимание уже было приковано к шлангу на корме. До этого дня принцесса никогда не видела морского огня, но легко узнала механизм для подачи. Массивная кожаная труба, шириной со ствол дуба, качала смолу из-под палубы. Ее наконечник представлял собой подобие пушечного ствола, его можно было разворачивать и с его помощью прицеливаться.
Меч взлетел над головой Вивии. Она увернулась. Слишком медленно. Сталь задела левое плечо, сдирая ткань и кожу под ней. В руке начало печь, но девушке было все равно. Она уже была у трубы, и моряки ничего с этим не могли сделать. Левой рукой, из которой хлестала кровь, принцесса развернула ствол и направила его на главную палубу. Потом схватилась за рычаг, отвечающий за напор струи.