Святослав Атаманов – Золотой лепрекон (страница 31)

Оказалось, что женой Ивана была вовсе не хрупкая азиатка, а высокая дородная русская баба, с необъятных размеров грудью и бёдрами.

– Вот, познакомьтесь. Это моя жена, Зоя. – сказал Иван.

– Очччень пррриятно… – сказал заикаясь Фёдор, глядя на Зою.

Увидев замешательство Фёдора, Иван прямо-таки покатился со смеху:

– Ахахаха, что, не ожидали? Вы наверняка думали, что моя жена похожа на меня, да?

– Эээээ…да, честно признаться, я так и думал. – ответил Фёдор. Ему было немного неприятно, что Иван вывел его «на чистую воду», однако добродушие Ивана – сглаживало все острые углы.

– Все так думают. – снова весело сказал Иван. – Ну да ладно, садитесь за стол.

– За стол? – переспросила его Катя. – Но вы же просто хотели показать нам своё жилище.

– Конечно за стол, а то как же! Надо же встретить товарищей с дороги! – ответил Иван. – А ничего не сказал я вам об этом потому, что боялся вашего отказа.

Идя к Ивану, Фёдор думал о том, что придётся сидеть в юрте на циновках, то есть – практически на полу, как часто бывает в Азии. Но теперь он увидел, что таких неудобств им испытывать не придётся. Посреди юрты стоял большой деревянный стол, а вокруг него стояли табуретки.

Зоя подошла к Кате и сказала:

– Положите ребёнка вон туда, там колыбелька есть. – и она показала Кате рукой.

Оказалось, что в юрте действительно есть колыбелька. Катя уложила в неё маленького Стёпу и тот сразу уснул. В юрте, все тут же стали говорить тише, чтобы не разбудить ребёнка.

– Это от моего младшенького осталась. – сказала Зоя указывая на колыбельку. – Он уже вырос из неё. Мы хотели сначала друзьям колыбель отдать, да потом оставили, ведь у нас самих ещё дети могут быть, пригодится.

– А сколько у Вас детей? – спросила Катя у Зои.

– Пока только четверо. – сказала Зоя. – Но думаю будут ещё.

«Пока только…» – подметила про себя Катя и пошла к столу. Наконец, Фёдор, Катя и Иван уселись за стол, а Зоя стала подавать обед.

Обед был праздничный и поистине интернациональный. Сначала Зоя налила в тарелки суп. Суп был вкусный, но довольно необычный. Ни Фёдор, ни Катя никогда не ели ничего подобного. Иван объяснил им, что это – вьетнамский суп Фо-Бо. А вместо хлеба, на столе дымилась большая тарелка блинов. Фёдор и Катя ели вьетнамский суп, заедая его русскими блинами. После супа – ели гречневую кашу с тушёнкой, заедая её всё теми же блинами. А в конце, пили чай с яблочным пирогом «Шарлотка». Такая трапеза, для нищего XXIV века – была поистине царским пиром.

Фёдор и Катя наелись до отвала. Фёдор даже не совсем понимал, почему эти, почти незнакомые люди, оказывают им такое гостеприимство.

Когда обед был завершён – Фёдор и Катя от всей души поблагодарили хозяев дома – и пошли к себе в юрту. Они уложили Стёпу спать, и сами легли на грубо сколоченный топчан.

– Ну что, как тебе в трущобах? – спросила Катя, прижавшись к мужу.

– Ну не дворец султана, конечно, но ничего, и тут люди живут. – сказал Фёдор.

– Главное, что мы вместе, правда? – спросила Катя.

– Конечно. – ответил Фёдор и поцеловал жену.

Так началась их тяжёлая жизнь в трущобах. Фёдор нашёл работу в Новосибирске и каждый день ездил туда на автобусе. О том, чтобы, живя в таких условиях работала и Катя – не могло быть и речи. Катя оставалась на хозяйстве – готовила еду на открытом огне, убиралась, таскала воду, стирала вещи в корыте и естественно –занималась ребёнком. Кате это очень не нравилось, но она молчала. Она всегда вспоминала слова Фёдора – «И тут люди живут». И они жили.

Разумеется, им помогали, особенно на первых порах. Катя сдружилась с несколькими женщинами из трущоб, и они помогали друг другу по мере возможности. А семья Ивана – так и вовсе стала для них почти родной.

Не забывал Фёдор и вести агитационную работу в трущобах и сколотил тут небольшой книжный клуб. Несколько местных жителей уже ходили в него.

Кате становилось тяжело так жить, но она молчала и день ото дня продолжала выполнять свои обязанности. В душе Кати теплилась мысль – «Надеюсь, мы тут ненадолго. Не можем же мы всю жизнь в таких условиях прожить?».

Но они прожили в трущобах полтора года. Однако, Катя была права – «сколь верёвочке не виться…». И однажды, Фёдор, придя с работы, прямо-таки ворвался в юрту с улыбкой до ушей. Он был прямо-таки нагружен пакетами с едой. Он достал мясо, колбасу, сыр, фрукты, сладости, водку, шампанское.

Катя удивлённо смотрела на него:

– Чего это ты, Федя? Праздник что ли какой?

– Праздник, Катюша, ещё какой праздник! – радостно сказал Фёдор.

– Тебе дали премию? – спросила Катя с улыбкой. Веселье мужа, начало мало-помалу передаваться и ей.

– Премию? Лучше, Катя, гораздо лучше!

– Так что же?

– Мы уезжаем, Катя!

– Ой, правда? Куда же? – Катя очень обрадовалась.

– Со мной сегодня связался Николай. Он сказал, что товарищи нашли нам жильё в одном городе. Квартира маленькая, но зато своя, и там есть всё – свет, отопление, газ, канализация, горячая вода. Совсем скоро мы уедем отсюда, Катя!

Катя порывисто кинулась к Фёдору и обняла его. Наконец-то! Наконец-то! Скоро у них будет нормальное жильё! Что квартира маленькая – это не важно! Главное – скоро ей не придётся стирать вещи в корыте и готовить еду на костре! Скоро у них будут нормальные, человеческие условия для жизни!

Катя поцеловала мужа, но всё же решила уточнить:

– Так куда же мы всё-таки едем, Федя?

Фёдор посмотрел на неё, и сказал лишь одно слово:

– Вуктыл.

– Эээ…что? – не поняла Катя.

– Вуктыл. – повторил Фёдор.

– Что такое «Вуктыл»? Это название города такое? – до сих пор, Кате не приходилось сталкиваться с подобным топонимом.

– Да, так город называется – «Вуктыл».

– Где же этот город находится?

– В Республике Коми.

– Оооооо….

Катя была слегка разочарована. Она-то думала, что они будут жить либо в каком-нибудь крупном городе, или хотя бы – где-нибудь там, где тепло. А тут – придётся ехать в какой-то Вуктыл, который мало того – что маленький город, так ещё и не севере. Кроме того – Катя примерно представляла себе, где находится Республика Коми, и знала, что это – очень далеко от Новосибирска, на другом краю страны. Поэтому – Кате было решительно непонятно, как они будут до этого самого Вуктыла добираться, да ещё и с маленьким ребёнком на руках.

Катя решила спросить об этом напрямую:

– И как же мы туда добираться будем из Новосибирска?

– Николай сказал, что достанет нам билеты. – ответил Фёдор.

– Билеты докуда? – спросила Катя.

Вопрос был резонный. Как уже было сказано, маршрутов в «золотом веке» было мало, в силу «нерентабельности». Поезда пускали через всю Россию, однако – поезда эти шли либо в центральные, либо в южные регионы. При этом – оставалось много направлений, которые были в стороне от основных железнодорожных магистралей. Поезда туда приходили тоже, однако – ждать их надо было иногда неделями. И Республика Коми – была как раз одним из таких «непопулярных» направлений.

Фёдор, в свою очередь, сказал:

– Я уже немного прикинул, как нам ехать. Смотри, что я купил.

И Фёдор достал из кармана, сложенную в несколько раз карту России. Фёдор подошёл к столу, развернул карту и положил на стол. Потом он сказал Кате:

– Иди сюда, смотри. – и стал, указывая на карту объяснять. – Вот здесь мы сейчас, вот она – Новосибирская область. А Республика Коми – вот где. – и он показал пальцем на другой конец России.

– Ой, как далеко! – ужаснулась Катя.

– Да, далеко. А что делать? Не сидеть же до конца жизни в этих трущобах под Новосибирском? Там хоть в квартире будем жить.

– Ну да… – неопределённо согласилась Катя.

– Так вот. – продолжал Фёдор. – Добираться туда придётся через Кировскую область. Вот она на карте, смотри. Кировская область находится севернее основных направлений, поэтому придётся ехать с пересадками, возможно даже с несколькими.

– Час от часу не легче! – всплеснула руками Катя.