Светлана Подклетнова – Тайны Великой Эрдинии: Запретные земли (страница 16)

– Крим? – голос Арона отвлёк Крима от мыслей.

– Это гвейны! – ровным тоном сообщил бывший послушник.

– Гвейны? – Арон явно не понимал его хода мыслей.

– Они подсасывают тебя до сих пор, – пояснил Крим. – Например, когда ты смеёшься. Они забирают твой дух.

– Гвейны… – Арон задумался. В рассуждениях Крима было что-то похожее на правду.

– Я должен найти их, – Крим взял Арона за руку. – Нужно найти способ разорвать связь между тобой и птицами.

– Ты не можешь… – Арон грустно покачал головой. – У тебя попросту не получится.

Мальчик оглядывал комнату, в которую попал. Она была площадью около шести квадратных метров, но хозяева как-то умудрились поместить в неё две двери, одна из которых была за изголовьем кровати Арона, а другая – с противоположной стороны. Сама же кровать стояла возле большого окна. Арон назвал бы это помещение верандой, но расположение дверей сбивало с толку. На верандах обычно двери расположены не так. Стены были выкрашены светло-голубой краской, потолок выбелен.

– Почему не получится? – Крима немного задело то, что Арон не верит в него.

В конце концов, хранители обучали его довольно долго и очень неплохо. Даже в этом возрасте он считался чуть ли не самым образованным из тех, кто обитал в храме, во всяком случае до того, как Крим был вынужден покинуть обитель. Да и воинскому искусству Крим обучен довольно хорошо. Не так, конечно, как Кип, всё же тот – воин церкви. Но, однако, многим лучше, чем даже выученные стражи этой крепости. Карил, например, вряд ли способен с ним справиться в бою.

– Эти птицы – гвейны – они хищники, – начал объяснять Арон.

– Ну и что? Ты хочешь сказать, я не справлюсь со стаей птиц? Ты не смог, потому что у тебя руки были связаны, – Крим передвинулся по полу, сев напротив кровати Арона и прислонившись спиной к стене. Так ему было лучше видно лицо друга.

Арон поднялся, сев на постели. Движением плеч мальчик размял затёкшую спину. Чувствовал он себя сейчас сносно.

– Я долго проспал? – спросил он Крима.

– Недолго. Около получаса, – ответил тот.

Арон подумал, что на этот раз ему понадобилось меньше времени на восстановление сил, и это обрадовало мальчика.

– Так как насчёт гвейнов? – напомнил Арону Крим.

– Гвейны? – Арон вздохнул. – Ты не справишься и с одним из них. Они громадные, очень подвижные, быстрые, как стрелы, пущенные из лука. Их клювы настолько жёсткие, что способны раздробить кости. У тебя не будет ни единого шанса. Эти птицы словно специально выведены для того, чтобы охотиться на людей. Да к тому же они налетают стаей.

– Как ты уцелел? – Крим с сочувствием смотрел на Арона. Сейчас перед его глазами стояла живая картина того, как эти птицы набросились на привязанного к скале мальчика. Но тревога за избранного, преследовавшая Крима, пока Арона не было рядом, сейчас уже притупилась. Всё уже было позади, хотя отголоски снедающего во время отсутствия Арона ужаса, ещё до конца не оставили бывшего послушника.

– Начав меня клевать, они быстро сообразили, что для них я несъедобен, – пожал плечами Арон. – Видимо, они могут как-то передавать информацию друг другу, потому что гвейны потеряли всякий интерес ко вкусу моего тела. Те, что прилетели позже, больше не прикасались ко мне. Зато во мне они нашли другое лакомство. Они словно высасывали мои силы, становясь при этом всё стремительнее и быстрее…

– Мы не можем оставить им то, что они украли у тебя! Я должен…

– Ничего ты не должен! – раздражённо прервал друга Арон. – Это моя задача – вернуть отнятое. И я, кажется, знаю, где это можно сделать.

– Но Арон! – попытался возразить Крим.

– Только я должен подумать, как это сделать, не подвергая меня самого опасности, – не слушая Крима, продолжил свою мысль Арон. – Вы четверо больше не должны страдать из-за меня. А потом я должен изыскать способ освободить вас от себя.

– Что? – Крим вскочил на ноги.

– Вы не должны страдать каждый раз, когда судьба преподносит мне очередное испытание! – уверенно произнёс Арон.

– Мы не должны страдать? – лицо Крима вспыхнуло, окрасившись багрянцем. – Да когда же ты научишься слушать не только самого себя, а и тех, кто находится возле тебя?

– О чём ты? – вскинул брови Арон.

– Кто вбил тебе в голову, что мы страдаем?

– Я видел Нику, – тихо ответил Арон. – И Вилона… Они страдали!

– Они страдали! – согласился с другом Крим. – Они страдали от того, что страдал человек, которого они любят всем сердцем, которому они преданы всей душой. От этого они страдали! Не знаю, что у тебя в душе, но мы все… Ни один из нас… – Крим запнулся, сглатывая ком, затем, взяв себя в руки, продолжил: – Ни один из нас не согласился бы добровольно расстаться с той любовью, что поселил ты в наших сердцах. И в горе, и в радости мы хотим находиться подле тебя.

– Ну… – Арон смотрел в глаза друга, не находя возражений, но всё же решился продолжить. – Мне, конечно, льстит, что ты так относишься ко мне. Но умирать вместе со мной… Это уже слишком!

– Почему? – запальчиво воскликнул Крим. – Я – смертный. Рано или поздно я уйду в мир, где обитают духи. И если тобой будет выбран путь духа, я хочу находиться подле тебя, а не искать тебя веками в бесконечной пустыне за гранью бытия. Моя душа жаждет твоего света. Она хочет греться от огня твоего духа. Почему ты ставишь во главе угла потребности моего тела, которое тленно? Это всего лишь вместилище духа. Это – не я!

– Любая жизнь священна, – ответил Арон. – Разве не этому учили тебя хранители?

– Да! Верно! Священна… – Крим опустил голову. – Но разве есть жизнь там, где нет любви?

– Любовь вокруг, – Арон улыбнулся, и моментально почувствовав, как силы вновь уходят от него, погасил самопроизвольно возникшее излияние чувств. – Оглянись, Крим! Любовь вокруг тебя. Ты повзрослеешь и найдёшь свою любовь!

– Ты так ничего и не понял… – плечи Крима бессильно опустились.

– Чего я не понял? – терпеливо спросил Арон.

– Не один ты способен любить, – ответил Крим. – Ты любишь меня, брата Марка, Нику, Кипа, Вилона, даже этого стража, который отдал тебя на съедение птицам-людоедам, – Крим понизил голос и повторил: – Даже его! Так почему же ты не можешь предположить, что остальные тоже могут любить? – последнюю фразу Крим почти прокричал, желая вложить в свои интонации все чувства, которые сейчас бушевали в его груди.

– Тише… Тише! – Арон покачал головой, прицокнув языком. – Я превосходно слышу тебя!

– Нет! – Крим быстро переметнулся ближе к кровати, заглядывая в глаза Арона снизу вверх. – Ты слышишь звуки, но не можешь понять сердца!

– Просто я не хочу, чтобы кто-то из вас страдал, когда, например, великий дракон решит очередной раз поджарить меня или разорвать своими когтями, – Арон протянул руку и схватил ладонь Крима. – Пойми же меня!

– А ты попытайся понять меня! – потребовал Крим. – В этих страданиях заключена моя жизнь, моя душа. Отними их у меня, и мир станет неполным. Такой мир мне не нужен! Я хочу радоваться и страдать вместе с тобой… – Крим чуть было не добавил «господин», но вовремя остановился. Это слово только подлило бы масло в огонь, ещё сильнее уверив Арона в необходимости снять заклятье с друзей. Древние легенды гласили, что это заклятье снять практически невозможно. Но за время их дружбы Крим очень хорошо изучил Арона. Для него не было ничего невозможного. И Крим верил, что тот нашёл бы выход и из этой ситуации.

– Так чего же ты хочешь от меня? – Арон почувствовал, что не может больше бороться с другом, сейчас он готов был сдаться. Возможно, когда-нибудь позже он и сможет убедить его в том, что главным для человека является свобода. Но сейчас… Сейчас у него просто не было на это сил.

– Оставь всё как есть! – с жаром произнёс Крим. – Пообещай мне, что ничего не будешь менять. Во всяком случае, пока.

Это «пока» и убедило Арона окончательно. Главное – он понял, что от его жизни зависят и жизни тех, кто последовал за ним. А значит, он будет осторожен, очень осторожен. Пока…

– Хорошо! – согласился Арон. – А сейчас, я думаю, мне пора предстать перед хозяином этого дома.

– Ты же его только что видел, – удивился Крим.

– Я был немного не в том состоянии, чтобы решать с ним глобальные вопросы, – расплывчатый ответ Арона заинтриговал Крима.

– Какие-какие вопросы?

Прочтя недоверие во взгляде друга, Арон вздохнул. Как рассказать Криму, на какую сделку он пошёл ради всех них? Как объяснить это теперь, когда он узнал о проблемах, свалившихся на плечи его друзей, когда он по неведению своему решил отдать самого себя ради их безопасности.

– Объясни-ка мне поначалу, как действует та сила, которую я распространил на вас! – потребовал Арон, решив, что лучше сначала полностью овладеть информацией, а лишь потом принимать какие бы то ни было решения.

– Ну уж нет! – Крим, встав, попятился от Арона. – Теперь ты не заставишь меня.

– Я не хочу тебя заставлять что-либо делать, Крим! – мягко ответил Арон. – Тем более, сейчас это и невозможно. Гвейны удерживают меня. Я просто хочу уяснить для себя, что я сам могу делать, а чего мне делать не следует. Я уже пообещал тебе, что пока ничего не буду менять в наших с тобой отношениях. Разве я хотя бы раз нарушил слово, данное тебе?

– Мне – нет! – ответил Крим. – Но однажды ты нарушил обещание, данное Вилону!