Светлана Калинина – Восстание. Книга 1. Жрец Смерти (страница 1)

Светлана Калинина

Восстание. Книга 1. Жрец Смерти

Пролог.

Тысячу лет назад Бог Тьмы Варлао был низвергнут с небесного престола и заточен в сердце Демоновой Пасти — месте, где скалы чернели, словно поглощая сам свет. Его божественная сущность обратилась в источник силы, питавшийся тёмной энергией этого проклятого края. Колодец стал сердцем Мрачного мира и вечной тюрьмой некогда могущественного божества.

Четыре столетия колодец Варлао набирал мощь, не расходуя силы, — и постепенно превратился в соблазн для обитателей Тёмного мира. К источнику потянулись просители: сперва обычные демоны, жаждавшие редких способностей, затем — алчные создания, мечтавшие захватить власть, прежде им недоступную. Так источник даровал бездушным существам шанс стать прародителями архидемонов. Возникли новые кланы, возникло разделение на низших и высших. Установилась жестокая иерархия: старшие особи задрали нос, а низших стали считать расходным материалом. В бесчисленных битвах эти демоны служили лишь орудием войны. Высшие же обзавелись гаремами, и никого уже не удивляло, что у архидемона может быть десяток суккуб, преданных только ему.

Ещё триста лет спустя Тёмный Король Тзарок, чьи рога отбрасывали длинные тени на стены его чёрного замка, возжелал не просто править демонами — он замыслил покорить мир людей. Обратившись к источнику Варлао, он решил выпить его силу до дна. Но цена божественной мощи оказалась непосильной для смертного существа. Архидемон пал, сраженный духом, жаждущим вернуть былую мощь и облик. Поглощённый колодцем, могучий представитель своей расы дал новые силы «заключённому в вечной тюрьме». Варлао обрёл свободу воли, но не тело — лишь сознание, витающее над источником, тень бывшего Бога.

Одной свободы ему было мало. Варлао жаждал возрождения в плоти и крови, и для этого ему требовался продолжатель рода — дитя, рождённое от его духа. Он обратился к Лаурит, старшей суккубе покойного короля, чья мудрость и сила удерживали Царство теней после смерти Тзарока.

— Выноси моего наследника, — прошептало эхо Варлао в её разум, — и твой род будет править вечно.

Лаурит, чья верность королю была сильнее страха, отвергла предложение.

— Ты убил моего повелителя, — ответила она, и её голос звучал как приговор. — Ни одна из моих сестёр не даст жизнь убийце Тзарока.

Высшая наложила запрет на демониц кланов: под страхом изгнания никто не должен был приближаться к источнику.

Ярость Варлао обрела форму и обрушилась на обитательниц чёрных земель.

— Раз вы отказываетесь дать мне жизнь, — проклятьем звучал его глас, — то ни одна из вас не познает материнства. Ваше чрево станет пустыней, а надежда — пеплом.

С тех пор ни одна демоница не смогла выносить дитя. Королевство погрузилось в тихое отчаяние, а тень бесплодия нависла над миром хаоса.

Всё изменила зависть.

Рилайна — вторая суккуба Тзарока, высшая демоница у Тёмного трона, — сгорала от этого чувства. Ей казалось несправедливым, что её соперница управляет демонами, словно правительница, незаконно занимая трон короля. И пусть ей не хватило бы сил на открытую борьбу, она мечтала заполучить власть для своего будущего наследника.

Тайно, в ночь, когда две красные луны скрылись за тучами, Рилайна прокралась к колодцу свергнутого Бога. Источник Варлао встретил её молчанием, полным древней ненависти и голода.

— Что ты предлагаешь? — прошептала суккуба, боясь не получить ответа.

— То, чего ты желаешь, — ответил сладкий и ядовитый голос в её голове. — Наследника? Силу? Место Лаурит? Дай мне плоть, и я дам тебе Царство.

Сделка была заключена без слов. Рилайна прикоснулась к мерцающим водам источника, и холодное пламя пронзило её насквозь.

Через положенное время, втайне ото всех, она родила сына. Мальчика, которого назвала Крейтом. Он был полукровкой: кожа его отливала лёгкой лазурью демонов, но глаза были человеческими — без вертикальных зрачков, глубокие и напуганные. От Варлао ему достались пряди волос цвета воронова крыла и тихий, недетский холод в душе. От матери — острые, изящные черты суккубы и жажда, которую он пока не мог осознать.

Когда тайное стало явным, в Тёмном мире разразился скандал. Лаурит собрала совет, и было принято решение навсегда изгнать полукровку-правителя из Демоновой Пасти.

— Этот отродок — плод предательства и тёмной сделки, — провозгласила Лаурит на Великом Соборе. — В его жилах течёт кровь убийцы и сила, погубившая Тзарока. Он не может быть нашим.

Крейта и его мать разлучили навсегда. Семилетнего мальчика, чьё единственное преступление заключалось в его рождении, изгнали через разлом в мир людей. Последнее, что он увидел, — не ненавидящие взгляды демонов, а холодные, полные презрения глаза Лаурит.

С тех давних времён прошло триста лет. Крейт, выживший в мире людей, научился скрывать свою сущность и пользоваться даром подчинять чужое сознание. Страх быть узнанным заставлял его подселяться в других, и он скитался, собирая союзников для своей тайной мечты — однажды вернуться домой, занять Тёмный трон, а затем подчинить себе мир людей.

Крейт поселился недалеко от древнего поместья герцогов Ридсторнов — магов королевства, имевших доступ к колодцам нынешних Богов и бывших единственными жрецами, стоявшими на пути прорывов, ведущих в Демонову Пасть, — и стал ждать.

Однажды, когда голос бывшего Бога Тьмы перестал быть простым шумом ветра и обрёл тихий шёпот, Крейт услышал голос отца:

— Сын мой, — шептал Варлао, — сила в крови. Мощь в гневе. Трон ждёт того, кто осмелится взять. Сломай печати. Освободи меня… и мы будем править вместе.

Крейт не знал, какая цена ждёт его в конце этого пути. Не знал, что стать владыкой двух миров может означать уничтожить оба. Он знал только ярость изгнанника и холодную, неумолимую жажду быть дома, которая горела в нём ярче любого проклятия. И его история — история восстания против судьбы и кровавого возвращения — была впереди…

Глава 1. Смерть хранительницы

Комната, в которой неподвижно сидел мужчина в чёрном, погрузилась во тьму. Колл Ридсторн находился здесь с самых похорон жены и не мог перестать плакать. Вспоминая приятные моменты их жизни, герцог не понимал, почему она его покинула так рано. Лена, его жена, была так юна и вполне здорова. Неужели какая-то простуда так повлияла на сердце, что оно перестало биться? Но именно такой диагноз озвучил друг семьи — доктор Харис.

Колл вновь вспомнил их свадьбу и рождение старшего сына. Как он был счастлив! Казалось, вся жизнь впереди. И действительно, эти девятнадцать лет были целой жизнью — счастливыми девятнадцатью годами. Теперь же всё погрузилось во тьму, и зловещая тишина наполнила дом.

— Ты гад! Отдай! Это мой жезл!

— Не дорос ты ещё до него.

— Отдай, гад! Убью!

В комнату ввалились двое мальчишек. Тот, что помладше, буквально висел на шее старшего.

— Удушишь, придурок, — парень с лёгкостью отбросил нападающего и добавил ему подзатыльник.

Младший не отступал: он набросился с кулаками — и наконец его атака прошла. Удар пришёлся по лицу обидчика, и из рассечённой губы пошла кровь.

— Как же ты бесишь, Зак. Сам напросился.

Старший замахнулся. Если бы не окрик отца, он бы поставил мальчишке синяк.

— Не смей!

Дети остановились и вгляделись в темноту. Свет из коридора не позволял увидеть ничего, кроме тёмного силуэта.

— Атантэ! — крикнул мужчина, и в комнате разом вспыхнули все свечи. Стало светло, словно днём. — Что вы устроили?

Мальчики опустили головы, чувствуя гнев отца.

— Вэл, уверен, что это ты зачинщик! В подвал на сутки!

— Почему я? Ты хоть разобрался бы!

— Вон с глаз! Вашу мать сегодня похоронили, а вы скачете, как черти, словно других дел нет.

— Колл, этот придурок пытался Тонана вызвать и жезл матери взял! — начал защищаться старший.

— Это мой жезл, гад! Мама мне его отдала!

— Это не значит, что ты должен взывать к Богу Смерти, идиот!

Мальчишки вновь сцепились. Разнять их отец решил уже силой, оттянув старшего от брата.

— У меня твой жезл побудет! — словно дразня, продолжил Вэл.

— Получишь сейчас, гад! — младший вновь бросился драться.

— Я, кажется, просил прекратить! — крикнул отец и зло посмотрел на парня, которого всё ещё держал за шкирку. — Трое суток!

— Колл!

— Я тебе не Колл! Я твой отец! — закричал мужчина. — И жезл отдай.

Он протянул руку к артефакту.

— Этому придурку не отдавай только, — кивнул Вэл на брата.

Валентайн вложил жезл в руку отца и, злобно улыбнувшись, пошагал к лестнице в подвал.

— А ты иди в комнату, Закари, — обратился Колл к младшему.

Мальчик перевёл взгляд на артефакт в руке отца, и глаза его наполнились слезами.

— Можно я его возьму? Мама мне его оставила.

— Если то, что сказал Валентайн, правда, то нет. Вызов Тонана — плохая идея.

— Этот гад всё врёт! Он может сам хотел его вызвать?! Я что, не понимаю, чем это грозит?

— Я не знаю, кто из вас врёт. Вы пользуетесь тем, что я не могу это прочитать, поэтому наказание такое: три дня сидишь в своей комнате.

— Как скажешь, отец, — покоряясь воле родителя, спокойно ответил мальчик и пошёл к себе.