Светлана Калинина – Путь к трону. Книга 1. Ультарисы. Том 1 (страница 8)

– Мой великий предок Ультарис не боялся – и что с ним стало? Убит собственным сыном.

– Несмотря на это, он дал жизнь сильной династии.

Генри улыбнулся, потому что почувствовал, что головная боль отступает.

– Да, и внебрачных детей у него не было. Не смею обвинять отца, но в отличие от него я рождения бастарда не допустил бы.

– Дети рождаются от любви. И чем сильнее любовь, тем прекрасней ребёнок, – покачала головой фрейлина и подмигнула принцу. – Когда уже и вы порадуете наш двор наследниками?

– Для начала меня нужно женить, – усмехнулся Генри и мысленно подумал о чём-то несбыточном.

– И Эвелин мне так же отвечает. Взбалмошный ребёнок, – засмеялась Астра. – Надеюсь, вы оба найдёте настоящую любовь.

Принц повеселел, чувствуя, что голова прошла окончательно, и теперь мог снова шутить:

– Наколдуйте нам любовь.

– Какую же наколдовать вам обоим любовь? – задумчиво протянула Астра и, сделав несколько шагов в сторону, пока её глаза не зацепились за совсем небольшой и неприметный цветок. – У моего народа о нём есть старое поверье: природой создано, людьми почти уничтожено, а хранителями спасено и увековечено.

Фрейлина аккуратно сорвала его и не спеша опустила в чистый прозрачный флакончик, улыбаясь цветку, словно чему-то живому.

– Эти цветы растут только в двух местах: на острове, где жили мои предки, и в моём саду, – она закрыла его крышкой и вернулась назад к парню. – Они редкие и очень ценные для нас, но их ценность знаем только мы, а теперь и вы, – фрейлина протянула флакончик Генри. – Подарите этот цветок той девушке, которую хотите приворожить, и она не сможет остаться равнодушной. Если хотите его увековечить, перед этим сделайте из него украшение. Только никому не рассказывайте, а то все дворянки и молодые господа сбегутся сюда, и от моего сада останутся только прутья, – тихо засмеялась фрейлина.

Молодой человек взял цветок и отчего-то тяжело вздохнул.

– Той, которой я хотел бы подарить этот цветок, я хочу оставить право самой выбирать суженого. Я не вправе её принуждать.

– Тогда никому его не отдавайте. И если будете хорошо с ним обходиться, он исполнит ваше желание. Только спрячьте хорошенько, а когда исполнится желание – поблагодарите и верните в сад.

– Мои желания слишком туманны в данный момент. Отдали бы лучше Эвелин. Может, она загадает, чтобы принцесса Александра стала жабой – и желание исполнится.

– Если нужно будет, чтобы я лично отдала ей их – она придёт. За неё не волнуйтесь. А вашу сестру в жабу уж не нужно превращать, – тепло засмеялась колдунья.

– А жаль. Матушке бы это понравилось, – принц сделал вид, что всерьёз задумался над этим превращением, но женщина уже догадалась: за весельем наследник вновь прячет волнение перед встречей.

У колдуньи еле заметно сверкнули глаза, и она протянула молодому господину ещё один пузырёк – тот был в два раза меньше предыдущего.

– Если выпьете это, сможете повернуть сегодня удачу на свою сторону. Только об этом никому не говорите, даже Кирсиану. Выпейте наедине, пока никто не будет видеть.

– Астра, ты – моя спасительница! Чтобы я без тебя делал? – открыто улыбнулся принц и поторопился спрятать пузырёк. – Спасибо.

– Приходите почаще, а то мне бывает одной достаточно грустно, мой принц, – тепло улыбнулась женщина.

– Хорошо, – кивнул молодой человек и, попрощавшись, отправился во дворец.

Пробираясь среди зарослей, наследник в очередной раз удивился, как королева Филисия разрешила колдунье запустить эту часть сада для её миниатюрного лесочка. Но, зная о привязанности матери к своей фрейлине, он этому удивлялся всё реже.

Выйдя на открытое место ухоженного дворцового сада, старший принц тут же заметил Кирсиана: тот увлечённо болтал с фрейлинами и, по всей видимости, совсем забыл, что должен искать господина.

– Вы так свежи этим утром, что я не могу понять, где именно у нас в саду цветы, – обольстительно улыбнулся парень.

Фрейлины захихикали, одаривая его улыбками.

– Кирсиан, мы вчера вас так долго ждали в зале, а вы так и не пришли, – глядя из-под ресниц, улыбалась одна из младших фрейлин королевы.

– И позавчера тоже вас не видели, – надула губки девушка рядом.

– Я так занят в последние дни, – состроив щенячьи глазки, опустил голову слуга.

– Не увидите и последующие вечера, если этот прохвост и дальше будет отлынивать от своих обязанностей, – шутливо произнёс принц. – Доброе утро, девушки.

Генри подошёл ближе и слегка скривил улыбку.

– Доброе утро, Ваше Высочество, – девушки тут же перестали кокетничать и присели в реверансе.

– Мои вечера столь дороги, что Его Высочество пытается завладеть каждым из них. Я ведь прав, мой принц? – хитро улыбнулся Кирсиан.

– Мой возлюбленный Кирсиан, вы столь незаменимы в моих забавах, что я хочу видеть вас и днём, и ночью. Пойдёмте же скорее в мои покои, – принц пытался изобразить блеск в глазах, но взгляд, который уже бегал по фрейлинам, выдавал его истинные намерения.

Заметив вожделенные взоры наследника, слуга тут же ухватил его под руку и улыбнулся девушкам:

– Дамы, Его Высочеству ещё столько дел нужно успеть сделать, а времени совсем нет. Мой принц, нам пора, – с натянутой улыбкой слуга потянул Генри в сторону замка.

– До вечера, – только и успел кинуть через плечо принц и повернулся к Кирсиану. – Ну и где ты пропадал?

– Это вы куда пропали?! Я целое утро как угорелый ношусь по замку! – возразил Кирсиан.

– Это я вышел от отца, а тебя и след простыл, – буркнул обиженно Генри и прибавил шаг.

– Да, я отошёл на секунду, а вы тут же пропали! – громче возмущался Кирсиан, плетясь рядом.

Принц лишь отмахнулся и направился к дворцу.

Эвелин, погружённая в мрачные мысли, вернулась на второй этаж и направилась к главному балкону, где недавно беседовала с Генриеттой. Ей не хотелось идти в будущие покои принцессы, но графиня не могла пренебречь просьбой отца – в её силах было лишь отложить исполнение поручения. Эвелин всё проверит, непременно, но чуть позже.

Она была бы рада встретить кого-то из немногочисленных друзей – лучше всего Кирсиана, друга с раннего детства, а ныне слугу Генри. Принца-наследника, чью ехидную улыбку она сейчас точно не желала видеть. А ведь Кирсиан постоянно рядом с ним, не отходит надолго, поэтому встретить друга и не пересечься с принцем почти невозможно, к сожалению.

Печально вздохнув, Эвелин остановилась в холле перед главным балконом, погрузившись в размышления. Миледи словно провалилась вглубь себя и даже не услышала шагов позади. Девушка чудом избежала неприятной встречи с наследником: в отличие от неё принц заблаговременно увидел Бовино у своих комнат. Генри надеялся, что Эвелин пойдёт дальше, в сторону своих покоев, но резко остановившаяся девушка его напугала. Молодой человек тоже не горел желанием встречаться с графиней Бовино – по крайней мере, сейчас.

Наследник заметил, что миледи поворачивается к балкону, и, поняв, что встречи не избежать, схватил слугу за руку и утащил в подсобное помещение при своих покоях – прежде чем девушка успела их увидеть.

– Что вы делаете? – удивился слуга и тут же широко ухмыльнулся. – А, Вашему Высочеству надоели фрейлины, и захотелось чего-то новенького?

– Ты её видел? – торопливо прошептал принц.

– Кого? – переспросил Кирсиан.

– Леди Эвелин, – пояснил наследник. – Не хочу ей сейчас под руку попадаться. Уверен, она меня ругает на чём свет стоит.

– С чего бы? Что вы ей сделали?

– Ей наверняка уже сказали, что она станет фрейлиной моей дражайшей сестрёнки. Эвелин не из свиты моей матери, и Филисия без сожаления отдаст её незаконнорождённой, не иначе как на растерзание.

– А вы-то тут при чём?!

Генри только махнул рукой:

– Ты этого не поймёшь… Нам с графиней суждено всегда быть крайними.

– Ну нет… – Кирсиан упрямо покачал головой. – Я знаю её и знаю вас. Вы не скандала боитесь, нет! Она-то и слова в вашу сторону не промолвит, не то чтобы закричать. А вы… Вы, как я вижу, готовы искать себе любое оправдание, любой повод, чтобы не говорить с ней по-человечески. Я же вижу, что она вам совсем не безразлична. Так в чём же дело?

– Совершенно ни в чём, что за вздор! – удивился Генри.

– Тогда зачем вы её избегаете? Из-за вашей молчаливой вражды даже Ричард с нами перестал проводить время! – возмущённо прошипел слуга, размахивая руками.

– Вражды? – удивился Генри. – Ну что ты, дружок, какая вражда? И графиню я вовсе не избегаю. Просто её отец – первый советник короля, и я не хочу ссориться с ним. А Ричард – затворник, он всегда прятался от нас по подсобкам и библиотекам.

Генри осторожно выглянул из подсобки и увидел, что миледи Эвелин не ушла и по-прежнему стоит в центре холла.

– Проклятье. Она уйдёт оттуда? – принц прикрыл дверь и взглянул на слугу. – Отец велел мне сходить к Ричарду, а она стоит на пути.

– Так поздоровайтесь и пройдите мимо, – пожал слуга плечами.

– А объяснять ей, что мы с тобой делаем в столь уединённом месте, ты будешь? – пошутил наследник и почти взмолился. – Успокой её. Я уверен, она не в восторге от нового назначения. Ко всему прочему Александру поселили в тех комнатах напротив покоев Ричарда. Двери покоев принцессы, как и мои, выходят в холл к главному балкону. Ты понимаешь? К моему балкону…

– Да он ведь не ваш, Ваше Высочество. Он общий. Знаете, что значит слово «общий»? Несмотря на то, что Ричард велел переделать выход из своих комнат не в холл, а в другую сторону, этот балкон не стал вашим. Его Высочество просто не хочет встречаться с вами или вашими фаворитками.