Светлана Дроздова – Легенда о Зеркальном Королевстве. Книга 10 (страница 16)

**Сцена 8. Тактика новой войны**

На следующее утро, когда отряд продолжил марш, Эйнар собрал военный совет. Кроме постоянных членов — Ворна, Лис, Рагнара — он пригласил лучших десятников из числа ветеранов.

— Вчера мы столкнулись с врагом, которого нельзя убить мечом, — начал он без предисловий, чертя острием кинжала схему на песке. — Их магия работает на принципах отражения и преломления. Они создают зоны нестабильной материи. Чтобы победить, нам нужны контрмеры.

Он нарисовал прямую линию, обозначающую ущелье.

— Они атакуют с высоты. Преимущество позиции. Решение: Лис и Лира остаются нашей главной ударной силой. Ваша задача — не вступать в открытый бой, а уничтожать носителей магии. Тихо. Быстро. Пока они не успели сплести заклятие.

Затем он начертил круг.

— Их атаки имеют физический вектор. Сферы, лучи. Это значит, что их можно отразить или отклонить. Нам нужны щиты, но не простые. Кузнецы должны успеть до вечера сделать экспериментальные образцы. Основа — полированная сталь, но с добавлением... — он задумался, — ...осколков этих зеркал. Лис говорит, они реагируют на магию. Возможно, они смогут рассеивать энергию удара.

— А если не сработает? — спросил угрюмый десятник Ульф, ветеран с лицом, испещрённым шрамами от скверны.

— Тогда металл расплавится вместе с вашими руками, — спокойно ответил Эйнар. — Но это лучше, чем быть распылённым на атомы. Вопросы?

Вопросов не было. Армия верила своему командиру, даже если его методы граничили с безумием.

**Сцена 9. Испытание**

Испытание новых щитов состоялось вечером того же дня. Кузнецам удалось изготовить четыре прототипа: два больших ростовых и два малых, круглых. Материал представлял собой стальной лист, инкрустированный мелкой мозаикой из осколков чёрного и прозрачного стекла.

Эйнар лично вызвался испытать большой щит. Он встал в тридцати шагах от добровольца, державшего малый щит. Лис отошла в сторону, готовая вмешаться.

— Готов? — спросил Эйнар.

Воин кивнул, судорожно сжимая рукоять.

Эйнар сконцентрировался. Это было сложнее, чем призывать волну разрушения. Ему нужно было не выпустить силу, а удержать её, сформировать в плотный, управляемый поток. Он вытянул правую руку вперед, целясь в центр малого щита. Между пальцами начало формироваться облачко тьмы, которое постепенно сжималось в маленькую, вращающуюся сферу размером с яблоко.

— Давай! — крикнул он.

Воин выставил щит перед собой, зажмурившись. Эйнар выпустил заряд. Сфера тьмы ударила в центр щита. Раздался звук, похожий на звон хрустального бокала. Вспышка была ослепительной. Энергия скверны встретилась с магией зеркал, встроенных в сталь.

Когда дым рассеялся, воин стоял на ногах. Он был бледен, его трясло, но он был жив. Щит в его руках дымился. Центр щита, принявший основной удар, почернел и оплавился, превратившись в бесформенную массу. Но края остались целы. Стеклянная мозаика раскрошилась в пыль, но она приняла на себя основную мощь удара, не позволив энергии пройти дальше.

— Работает, — выдохнул воин, опуская щит. — Чувствую себя так, будто лошадь лягнула в грудь, но... работает.

Эйнар позволил себе лёгкую улыбку. Впервые за долгое время.

— Отлично, — сказал он. — Делайте ещё. Сколько успеете до рассвета. Завтра мы пойдём в гости к нашим друзьям-чародеям, и я хочу, чтобы у каждого второго бойца был такой щит.

---

#### АКТ IV. Штурм Алтаря

**Сцена 10. Логово врага**

Два дня спустя отряд достиг места, указанного на карте. Это была глубокая котловина в кольце неприступных скал. В центре котловины возвышалась циклопическая конструкция — «Алтарь Истинного Зеркала». Это была пирамида из цельных, идеально подогнанных друг к другу зеркал высотой с крепостную башню. Грань каждого зеркала была размером с дом. Поверхность конструкции не просто отражала свет — она искажала реальность. Глядя на неё, начинала кружиться голова, а очертания предметов вокруг плыли, словно смотришь на мир сквозь толщу воды.

У подножия пирамиды суетились фигуры в балахонах. Десятки магов-отступников. Они проводили какой-то ритуал: водили руками по поверхности зеркал, и те отзывались низким, вибрирующим гулом. В воздухе над алтарём формировалось нечто огромное и неправильное — зародыш какого-то чудовищного существа, сотканного из чистого света и искажённого пространства.

Эйнар наблюдал за этим с вершины соседнего утеса в зрительную трубу Ворна.

— Вот почему они собирали осколки, — прошептал он. — Они строят не просто крепость. Они строят портал. Или... нового бога.

— Нам нужен план получше, чем «побежали», — проворчал Ворн, разглядывая открытое пространство перед пирамидой. Там не было никакого укрытия на сотни метров.

— План есть, — Эйнар убрал трубу и повернулся к своим офицерам. Его глаза горели решимостью. — Мы разделимся. Основная масса под командованием Ворна создаст видимость штурма в лоб. Пусть они думают, что мы идиоты. Ваша задача — продержаться минуту. Заставить их поверить, что победа близка.

— А мы? — спросила Лис.

— А мы, — Эйнар посмотрел на неё, затем на Рагнара, чей взгляд был туманным из-за поднимающейся скверны, — мы пойдём другим путём. Лис, ты знаешь эти горы. Проведи нас через западный гребень. Зайдём им в тыл. Моя сила и ваши клинки — этого должно хватить, чтобы снести основание этой штуковины.

— Это самоубийство, — констатировал Рагнар, но в его голосе не было страха, только фатальная обречённость.

— Вся наша жизнь — самоубийство, брат, — похлопал его по здоровому плечу Эйнар. — Вопрос лишь в том, ради чего мы умираем. Я предпочту умереть, остановив это, чем жить в мире, где такие зеркала смотрят на солнце.

**Сцена 11. Танец теней и света**

Штурм начался на закате. Сотня бойцов Ворна с боевым кличем ринулась вниз по склону в котловину. Они бежали открыто, не прячась. В их руках блестели новые, экспериментальные щиты. Маги на вершине пирамиды заметили их не сразу, увлечённые ритуалом.

А затем грянул гром. С верхних граней зеркал сорвались десятки смертоносных сфер. Они падали на бегущих людей, превращая камень в стекло и иссушая плоть. Но результат был иным, чем в прошлый раз. Сферы ударяли в щиты, вызывая ослепительные вспышки и расходящиеся круги искажений, но щиты выдерживали. Да, они трескались, плавились, несколько воинов упали с переломанными рёбрами от отдачи, но основная масса достигла подножия пирамиды.

Этого момента и ждал Эйнар.

Пока всё внимание магов было приковано к основному фронту, небольшая группа из пяти человек карабкалась по практически отвесной западной стене котловины. Впереди шла Лис, находя невидимые глазу выступы и трещины. За ней лез Эйнар, чьи пальцы, казалось, намертво впивались в камень. Замыкали группу Рагнар, Лира и двое самых опытных скалолазов из Домена Щита.

Подъём был адским. Ветер пытался сбросить их со скалы, мелкие камни сыпались из-под ног. Рагнар дважды поскользнулся, и только нечеловеческая реакция Эйнара, успевшего схватить брата за шиворот, спасла его от падения в пропасть.

Наконец, спустя вечность, они перевалили через край площадки на верхнем ярусе пирамиды. Здесь никого не было — все защитники сосредоточились на отражении атаки снизу.

— Действуем быстро, — шепнула Лис. — У нас минута, пока они не поймут, что их обошли.

Группа ринулась по узкому парапету, опоясывающему грань пирамиды. Им навстречу выбежал одинокий часовой-маг. Он успел поднять посох, но Лис оказалась быстрее. Блеснул нож, и часовой захлебнулся кровью, падая на зеркальную поверхность.

Они оказались на крыше основания пирамиды. Прямо под ними, этажом ниже, находился эпицентр ритуала. Около десятка высших магов стояли в кругу, взявшись за руки. Они раскачивались в трансе, их голоса сливались в низком, гипнотическом песнопении. Над их головами в воздухе висела гигантская, кошмарная форма — эмбрион существа из чистого света, которое корчилось и пульсировало, высасывая жизнь из окружающего мира.

Эйнар почувствовал, как скверна внутри него отзывается на зов этого создания. Они были родственными душами, обе — порождения пустоты и искажения.

— Нет времени на церемонии, — процедил Эйнар.

Он прыгнул вниз, приземлившись в центр круга магов. Ударная волна сырой, неконтролируемой скверны разлетелась во все стороны, сбивая чародеев с ног и прерывая их связь.

Начался хаос. Лира и Лис ворвались в ряды дезориентированных магов, работая ножами с хирургической точностью. Рагнар, рыча от ярости и боли (скверна добралась до его ключицы), рубил мечом направо и налево, круша кости и древки посохов.

Эйнар остался один на один с главным архимагом — высоким стариком с пронзительными голубыми глазами, в которых не было зрачков, только слепящий свет. Архимаг не испугался. Он лишь криво усмехнулся.

— Глупец, — прогремел его голос. — Ты думаешь остановить неизбежное? Мы служим Истине. Зеркало показывает лишь то, что есть. А суть вашего мира — это пустота и страдание. Мы лишь ускоряем финал!

Архимаг вскинул руки. Из его ладоней ударил не луч, а целое торнадо из чистого, режущего света. Эйнар встретил его грудью. Он не стал уворачиваться. Он расставил руки, позволяя силе течь сквозь себя. Скверна внутри него взревела, сплетаясь с энергией архимага в тугой узел противоречий.

Пространство между ними сгустилось, образовав сферу абсолютного ничто, где свет и тьма аннигилировали друг друга. Эйнар чувствовал, как его тело начинает распадаться на молекулы. Это было хуже тысячи смертей. Каждая клетка кричала от боли.