Светлана Дениз – Дикая Вербена (страница 13)

Через долю секунды отпрыгнув с постамента, я полюбовно взглянула на преподобную.

- Век вам буду благодарна, что заставили подойти. Злой дух вылетел из меня, как пробка.

Матильда, слегка вернувшись из небытия своих личных миров, несколько раз хлопнула глазами.

- Не видела у тебя никаких духов, Валентина. Мое чувствование не может подвести.

— Это, скорее всего, перебежчик. Утром у меня сложилось впечатление, что это от мадам Марты. Но я могу ошибаться.

Матильда прищурилась, задумчиво кивнув.

- Спасибо, что сказала. Я сразу же поняла, что ты проницательна. Ну иди собери овощей в дорогу.

Повторять второй раз мне было не нужно. Сделав очень низкий поклон преподобной, я с облегчением направилась к грядкам.

Послушницы, горбатящие спины в парниках, посмотрели в мою сторону немного с напряжением, когда я вошла туда с двумя большими корзинами.

Не особо понимая, что я должна набрать, я упросила одну из монахинь, положить всего понемногу, но когда работницы узнали, что я приехала вместе с госпожой Доусон, засучив рукава, стали наполнять корзины шустрее и быстрее, явно зная, кто их содержит и помогает не сгинуть от голода.

- Как вы здесь не мёрзнете? – поинтересовалась я у одной худой как доска монахини, - здесь откровенный дубак.

- Нас греет вера, - блаженно выдала она, и я решила, что разговоры можно заканчивать.

Кое-как вынеся из парников две набитые битком корзины с овощами, я оттащила груз к экипажу, где его помог закрепить Антуан. Супруг моей тетушки монотонно работал пальцами и молчаливо моргал. На долю секунды мы встретились взглядом и в отражении глаз Анутана, я увидела всю мировую скорбь и смирение, к которому пришлось прийти, живя с Нарциссой.

Наконец, госпожа Матильда уселась в экипаж, пребывая в своих мыслях, и блаженно улыбнулась.

- Исповедь так очищает, - выдала она, а я между делом подумала о том, насколько опустели денежные кошели женщины. Здесь не надо было быть семь пядей во лбу, чтобы понять, что преподобная была хитрой и разводила Матильду, искавшую истины во всем и вся. – В следующий раз тебе тоже надо очиститься. Тебе понравилось в приходе?

- Несомненно, очень энергетически чистое место, - брякнула я, а Матильда кивнула, соглашаясь, - конечно, не мое дело, госпожа, но не показалось ли вам, что преподобная очень требовательна во многих вопросах?

- На то она и преподобная, - вздохнула хозяйка, - тем более, в городском совете, она не последнее лицо. Разве такой достопочтенной семье, как наша, повадно считать футы, вложенные в жизнь прихода и города?

Ну, естественно! Изадора мозги промыла знатно!

Соглашаясь, я несколько раз кивнула.

- И спасибо тебе, Вениамина, что сказала мне про Марту. Первым делом я осмотрю управительницу на чистоту пространства.

Выдавив улыбку, я решила промолчать, чтобы не вдаваться в дебаты и не подхлестывать госпожу к новым придумкам. У нее и так был бесконечный список причуд, связанный с непонятными мне делами.

В особняке стояла предобеденная суета. Садовники пытались создать шедевры из кустов, при помощи огромных ножниц, Клод намывал бока лошадям, готовя их прогулке и увидев меня, сто раз подмигнул. Я отвернулась, сделав вид, что слепа на оба глаза и не вижу идиотских ухаживаний.

Голодная, усталая, не выспавшаяся, я ворвалась в особняк и сразу же столкнулась с мадам Мартой. Женщина, словно ждала моего прихода, приготовив список дел, готовых захоронить на половину дня.

- Я еще сегодня не трапезничала, мадам, - с порога, бросила я, - и вообще, лимит моих дел был проделан в первую половину дня. Я съездила в приход с госпожой.

— Это дополнительное обязательство, - вычленила Марта, - и не отменяет генеральную уборку гостиной. Приступай.

- Я не могу работать голодной, иначе у меня случится обморок, а по законодательству королевства, уважаемая мадам, рабочий день должен быть спланирован так, чтобы у человека имелась возможность обеденного перерыва и небольшого отдыха по пятнадцать минут раз в два часа.

— Это все, что ты хотела сказать? – бесцветные глаза Марты нависли надо мной как два прожектора, - отлично, ты можешь приступать, а потом и отобедать. Законный час у тебя будет госпожа!

- Вы очень любезны, мадам.

Покачав головой и понимая, что спорить с этой каменной статуей бесполезно, я отправилась надраивать гостиную, прихватив из подсобки необходимые принадлежности.

Когда я вернулась с ведрами, тряпками, швабрами, то сразу же узрела Леона Доусона, манерно сидящего на парчовой синей софе. Он расслабленно читал какие-то документы, закинув ногу на ногу. Его светлый летний костюм чудесно констатировал с темными волосами, с медным оттенком. Немного длинная челка ниспадала на левую бровь. Выглядел Леон серьезно и задумчиво, даже немного раздраженно.

- Доброго вам дня, господин Доусон. Надеюсь, не потревожу вас уборкой в этот прекрасный день?

Оторвавшись от пустого созерцания строк документа, Леон обратил на меня внимание, прищурившись.

- Тебя не учили правилам? – бросил он, не скрывая раздражения, - ты можешь убрать после того, как я уйду отсюда.

Встав со швабрами, тряпками и ведром, полным воды, я позволила себе дикую улыбку, после которой, обычно посетители трактиров замолкали, прекрасно понимая, что перегибали палку.

- Вы не могли бы переместиться в другое местечко, господин? Дом полон тихих мест для созерцания букв на бумаге, а я бы продолжила свою деятельность, чтобы успеть все закончить до вечера.

Леон поджал губы. Густые темные брови приподнялись в немом удивлении.

- То есть, правилам тебя не учили, - констатировал молодой человек. – Не боишься лишиться места?

Не выдержав, я закатила глаза.

- Не боюсь, - сказала спокойно, - к слову, я просто попросила вас перейти в другое место по-человечески, в виде просьбы.

- Еще бы ты приказывала, Верба, - усмехнулся Леон.

- Очень остроумно, господин Доусон. Что-то заставляет меня думать, что вы иронизируете с моим именем и уж точно его запомнили.

- Липа? – молодой человек еще больше улыбнулся.

- Вишня!

На долю секунды мы схлестнулись взглядом. Его прищур прошелся не только по моему зарозовевшему от негодования лицу, но и по телу, задержавшись на ногах, выглядывавших из-под подола платья.

- Несложно быть такой упрямой, Вишня?

- А вам, господин Доусон, столь упертым?

Решив сделать вид, что очень занята стиранием пыли с предметов мебели, я покосилась на молодого человека. Он заправил волосы за ухо и продолжил на меня пялиться, доставляя дискомфорт.

- Вы так на мне дыру просмотрите, - не выдержала я.

- Ты сама захотела убираться в моем присутствии, так что, старайся сделать все идеально. Кстати, - протянул Доусон, - тебя окончательно взяли на это место или это испытательный срок?

- Окончательно, - спокойно выдала я, - у меня соответствующе рекомендации. Я чудесно выполняю свою работу, разве не видно?

Леон нахмурил брови, продолжая источать иронию.

- Видно, что ты до странного не подходишь на роль тихой и кроткой прислужницы. Скажем, понимания в общении с господами у тебя нет. Язык развязан и не знает берегов, ты выглядишь наглой и больше напоминаешь трактирщицу.

Выглянув из-за кресла, спинку которого я намывала, я позволила себе улыбку.

Сообразительный какой!

- То есть, я не вписываюсь в общественные стандарты вашего понимания, - подытожила я. – Любите покорность. Боюсь, от меня этого сложно дождаться.

- Я это уже понял, - вздохнул Леон, продолжая рассматривать мои различные позы и присядки, пока я протирала мебель. – Так значит ты из небольшого городка Лерон. И чем ты там занималась, помимо службы в другой семье?

- Проживала сельскую, скучную жизнь.

- И наверно, мечтала, как все девушки в мире встретить принца, - сумничал Доусон.

Моих губ коснулась кривоватая ухмылка.

- Только я подумала, что вы видите наперед, но нет. Все не так, как вы предположили. Я исключительно мечтала об учебе и надеюсь, что рано или поздно мечта сбудется.

- Прислужница, хотящая учиться? Занимательно! – сумничал сноб.

- Удивительно, правда? – еле сдерживая желание вцепиться в его глотку, выдала я, - думаете, люди статусом ниже имеют от природы меньшее количество извилин, господин Доусон?

- Нет, я не задумывался об этом, но видя тебя, у меня возникает ощущение, что у тебя с извилинами перебор.

- Очень остроумно! Но, может быть, поговорим о вас?

Я, как раз прошлась по гостинной, подойдя к подоконникам, чтобы их протереть от пыли, прилетевший из открытых окон.