Светлана Чвертко – Райтер хаус (страница 8)
– Рада приветствовать первую участницу! Расскажи нашим зрителям, что ты писала в конкурсном эссе!
Лора удивленно посмотрела по сторонам. Кроме нее и Юлаи, вокруг никого не было. Та ухмыльнулась, будто бы прочитав Лорины мысли, и продолжила:
– Тебе еще нужно привыкнуть к жизни демонстратора. У каждого твоего действия, даже самого личного или постыдного, будут зрители. Такова цена!
«Точно! Какая же я глупая!» – Лора вспомнила, что сочетание слов «такова цена» повторял каждый демонстратор. Просто раньше она совсем не понимала, что те имели в виду, а теперь до нее начало доходить.
«Значит, каждое действие… Звучит как испытание!» – Лора улыбнулась Юлае и решила подражать Раме, своей любимой героине.
– Вышайше приветствую вас, дорогие и не очень зрители! Меня зовут Лора Энд, и я пришла сюда, чтобы стать самой известной и самой лучшей складывательницей слов! С момента взросления я начала любить буки. Но не те буки, которые мы изучаем в младенчестве, чтобы получить научную степень. Нет, мне нравились выдуманные буки. Истории пиплов, таких же, как я – и совсем других. Когда я их читаю, мне кажется, что я больше не Лора из потребителей, у которой не очень много бульонных кубиков и муж-ставочник. Я – Рама из рода Маргариновых, графиня и жена самого богатого и самого золотого из Драконов!
Лорины легкие возмущенно застонали, требуя дать им немного воздуха. Пришлось прервать речь.
– Рада приветствовать тебя, Лора Энд, участница номер один! – Юлая щелкнула языком. – Или, может, стоит называть тебя «ваше графейшество»?
Щеки Лоры стали такого же цвета, как свекла, которую она ела на завтрак.
– Я предпочитаю собственный нейм. Просто Лора.
– Ну хорошо, «просто Лора»! Давай поприветствуем участницу номер два!
Лора широко распахнула глаза чтобы как можно лучше рассмотреть первую из своих соперников. Та была маленькая и невысокая, в серой потребительской занавеске и зеленой вязаной шапке. А главное – чем-то совершенно смутным и отдаленным напоминала саму Юлаю.
– Итак, участница номер два! – закричала Юлая так громко, что у Лоры в ушах тут же образовались пробки. – Поприветствуем Сияну Даркер!
Конечно, Сияну не могли не выбрать в список участников, не зря же она поглотила так много буков. Они сами диктовали, что писать в том эссе, оставалось только доставать из себя цитаты и связывать их между собой, как веревочки для развития моторики у взрослых.
Как только Сияна отправила заявку на конкурс, она занялась поисками няньки для родителей, чтобы не оставлять их надолго одних. Она перерыла все анонимные комнаты со сплетнями, но так и не обнаружила внятных условий участия. Сколько длится отбор, где проходят испытания, как выберут победителя – все это оставалось тайной. В комнатах говорили, что так задумано специально, чтобы привлечь потребителей интригой. Но Сияне это не нравилось. Как она поймет, сколько свеклы купить про запас и с какой няней договориться? Хорошо, жила она экономно и могла оплатить услуги соседки-подростка. Та еще не выжила из ума, но уже потихоньку забывала слова и спотыкалась о домашнюю мебель. Сияна заплатила ей аванс и пообещала набросить сверху, если та будет проверять соседнюю квартиру, пока календарь не перевернется.
И очень вовремя! На следующий день после отправки эссе за ней приехал странный бот, похожий на человека в костюме. Интересно, кто проектировал их? Наверняка какой-нибудь девятнадцатилетний балбес, который не съел ни одного бука.
Сияна пробежалась по квартире, настроила противопролежневую комнату так, чтобы она включалась, когда в спальню вкатывают родителей, сунула соседке ключи и выскочила за ботом. Тот равнодушно катился вперед на самокате, напевая:
– Единичка, нолик, нолик, единичка, единичка, единичка-а-а-а. Нолик-нолик-нолик!
«Какой глупый бот! – подумала Сияна. – Хоть бы в него встроили “Узкое радио”». Песни про нули и единички навевали тоску, будто это была не музыка, а плохие буки.
Сияне пришлось бежать – миниатюрная и невысокая, она не могла пересекать дороги широкими шагами и нервно семенила, разбрызгивая во все стороны ругательства.
Катящийся вперед бот периодически замедлялся, чтобы дождаться Сияны, и, когда слышал ее выкрики, начинал противно хихикать. Как будто хотдожик поймал лохматого комарика и сжимает, сжимает, сжимает… Пока тот не лопнет. Хи-хи-хи-ха-а-а-а-бум! И нет комарика.
«Вот и этого бота надо туда же…» – Сиянины мысли прервала сокращалка ППП, под которой была написана не добавляющая ясности расшифровка: путь пешком под. «А куда?» – только и успела она подумать, как вдруг из люка в полу выскочила огромная левая нога с вытатуированной на щиколотке пантерой и выписала ей болючего кика.
Сияна полетела. Зад грустно заплакал, ведь никто не подложил под него даже небольшие пушистые подушечки. Все тело странно дернулось, выкинув вперед руки и ноги, а затем она влетела в какую-то плотную розовую пленку. Скользкая жижа залила глаза, ноздри, попала в уши и рот. Сияна задыхалась, умирала, видела тоннель с черным светом в конце и пыталась что-то шептать – то ли молитву, то ли покаяние. Вдруг ее окатила гигантская соленая волна. Она смыла слизь, прочистила рот и ноздри. «Лунтик, я родился!» – закричала Сияна, сама не зная, почему. И расхохоталась, когда теплый ветер мгновенно высушил ее.
Так она попала в пузырь номер два.
Первыми ей в глаза упали лысые комары.
– Я не лысый, я теперь экстримли гладкий! – пропищал один из малышей и показал язык. Сияна заморгала. Второй комарик присел ей на ресницы. То ли устал летать и решил дать отдых крылышкам, то ли ему просто нравилось слизывать глазной пот.
– Йа! – крикнула Сияна и для убедительности махнула рукой. Комарик обиженно надул бока и улетел.
– За мной, – велел бот-организатор, у которого вода не смыла розовую слизь возле уха.
Сияна послушно засеменила за ним. Некогда тут разбираться с комарами! Ей нужно победить!
Пузырь номер два был таким ярким и кукольным, словно его создавали для двадцатилетних потребителей. Демонстраторы старались привлечь внимание, надевая что ни попадя – от розовых кирзовых сапог до перьев сами знаете где. Ну, на голове. Вместо волос. Пересадка такая есть. Когда едешь на метро по красной ветке, а тебе надо дождаться нужной станции и пересесть на синюю.
Сияна тряхнула головой. Перелет через барьер между пузырями дался ей непросто, как и говорили в анонимных комнатах. Чем там можно заразиться? Чужими воспоминаниями? Или ее просто так растрясло, что из желудка лезет непереваренный бук? Что там было в последнем? Что-то про любовь, где сначала все ожили, а потом умерли.
– Мы прибыли, – сообщил бот, когда Сияна уже в третий раз извинилась перед своими короткими ножками, которые никогда столько не бегали. Жаль, через буки нельзя заразиться высоким ростом!
Она подняла голову на огромный серый арам-зам-замок, который возвышался над ней так же, как демонстраторы над воркерами. И тут же его возненавидела со всеми этими каменными башнями, башенками и подбашенками. Ух, он! Такой большой и такой равнодушный. И ладно, наплевать. Она еще докажет всем, что достойна жить здесь вместе с родителями.
Сияна залезла за пазуху, достала карманный бук, вырвала страницу и запихнула ее в рот. Этот ритуал успокаивал, отвлекал от шипов, больно коловших голые ноги. В одном старом буке героиня тоже шла вперед по острым предметам – и ни разу не пожаловалась. Потому что свобода и независимость стоят пары уколов. Как же ее звали?.. Кажется, Килька.
Возле входа в арам-зам-замок стояла Юлая Кружится и улыбалась во все свои девяносто девять остро заточенных зубов. Рядом с ней тряслась от волнения длинноногая девушка с дримной улыбкой.
Сияна напрягла уши, чтобы не пропустить ничего важного.
«Лора энд… Маргарин рама… Рамамбахару…». Глупости какие-то. Сияна презрительно фыркнула: «И как эта дура вообще попала на конкурс?».
– Итак, участница номер два! Поприветствуем Сияну Даркер! – заорала Юлая так громко, что Сияна, стараясь не сбежать в панике, хлопнула себя по ногам. Это не сильно помогло. Чтобы окончательно успокоиться, она сунула в рот страницу бука и проглотила, не жуя. Бумага больно царапнула горло.
– Всем добрый сезон! – захрипела Сияна, пытаясь переорать Юлаю, но поцарапанное горло отказывалось работать правильно. – Очень рада всех вас чувствовать! Как дела?
Воображаемая бублика заулюлюкала в ответ.
– Вот и я о том же! – Сияна улыбнулась шире, подражая акульей манере Юлаи. – Но не буду тратить ваше время и расскажу о себе! Я родилась среди потребителей, но никогда не чувствовала себя там дома. Когда другие дети привычно писали диссертацию за диссертацией, я упоенно читала буки. Самые разные буки, без разбора и надзора. Были только я и они.
Сияна помолчала. Нужно было дать воображаемой бублике время на предвкушение.
– И тогда я поняла, в чем мое призвание. Я – складыватель слов, которому не повезло попасть в касту потребителей. Моя главная задача – вдохновлять вас, поучать вас, навязывать вам мое мнение. И я с этим справлюсь!
Сияна закончила и присела в реверансе. Контраст между яростной речью и ее невысоким ростом всегда производил нужный эффект.
Воображаемая бублика уже должна была порваться в экстазе. «Я молодец! Такая молодец! Родители бы мною гордились!», – решила Сияна и позволила своим ногам вытанцовывать несложные па, которым ее научили в свеклотоке – комнате внутри умнофона с короткими смешными роликами.