Светлана Чвертко – Райтер хаус (страница 4)

Конечно, могло быть и хуже. Кеглин бывший работал на Ферме для потребителей. Мало того, что нужно было покинуть собственный пузырь, так еще и приходилось ехать на окраину потребительского, чтобы влезть в прыгательную машинку. Простая конструкция: ты прыгаешь, машинка запускает противопролежневую программу. Но попробуй так делать целых четыре часа! Никакой брюквы не хватит.

Говорят, раньше там прыгали боты, но они не дураки, быстро смекнули, что к чему, и организовали профсоюз. Пиплы из табуретов, которые, как говорил Механизм, управляют всем, почесались, погудели и решили, что дешевле будет использовать мясных ботов. И ничего «эти ваши» умные машины не получили. Правда, никто не знает, куда они делись – то ли покинули нашу планету, то ли отселились в Сиберию, чтобы достичь там просветления и минусовой температуры. А как быть простым воркерам? Ты не можешь сделать профсоюз, если никто не знает, что ты существуешь. Их не просто не замечали – даже не давали свеклу, как остальным кастам. Только какую-то вонючую брюкву, которой совсем не наешься.

Марианна докатилась до доставочной трубы и сунула туда контейнер со свеклой. Труба запищала: «Переверните свеклопередатчик в горизонтальное положение». Она резко схватила коробочку, смяв бока, и запихнула ее обратно в трубу, которая всосала свеклу прямо в холодильник к потребителю. Спустя мгновение мятая коробка вылетела обратно – заказ доставлен. Пролетающий мимо одичавший хотдожик схватил ее, прожевал и выплюнул.

Марианна посмотрела на имя, указанное на адреснике: «Лора Энд и муж». «Вот же сучка!» – решила Марианна и достала из кармана деливири-пейджер. Свеклу ждали еще четыре адресата.

После рабочего дня Марианна сняла громоздкий костюм бота – стандартную воркерскую форму – аккуратно отсоединила от него служебный самокат и отправилась вниз, в воркерский пузырь. Спускаться приходилось долго: длинная лесенка тянулась и тянулась, заставляя глаза от скуки изучать невероятное количество плоских рекламных проспектов, расклеенных по стенам. Зачем их вообще размещали здесь? Все равно ни у кого из воркеров не было бульонных кубиков, чтобы потреблять. В верхних пузырях проспекты были поумнее: вшиты в умнофоны или в виде ходячих контейнеров – вылавливали гуляющих пиплов и заставляли слушать рекламные песенки. А здесь – никому не нужные бумажки на стенах.

За лестницей следовал нулевой плацентарный барьер, который отделял мир потребителей от мира воркеров. Марианна встала в очередь, чтобы получить транспортный кик, и порадовалась, что сегодня не забыла засунуть в штаны подушку, благодаря чему кик почти не ощущался. Марианна перелетела через барьер, помыла ноги и зашла в столовую. Там ее уже ждал счастливый Механизм с двойной порцией брюквы.

Марианна почти перестала расстраиваться, что не смогла отхватить парня из потребителей, потому что Механизм тоже был неплох. Лохматые волосы, короткие пальцы, чинит разрывы в трубах… Обычный воркер, скажете вы? А вот и нет! Механизм – воркер-авантюрист! Или контрабасист? Марианна никак не могла запомнить. А еще он говорил иногда такое, что у слушателей от удивления начинали колоситься брови.

Говорят, чтобы узнать больше о мире, нужно прислушиваться к вечернему шепоту стен. Так Марианна узнала много интересных фактов. Например, воркеры притворяются ботами, чтобы не позорить табуретов из высшей касты, которых победили профсоюзами. Потребители едят бесконечную свеклу и придумывают жутко умные открытия, не дающие городу М. развалиться на плесень и на липовый мед. Демонстраторы развлекают потребителей, которые так сильно думали, что их мозговые супы скисли или что там обычно у них происходит. А наблюдатели следят, чтобы у власти всегда были иллюминатоиды и тайное правительство. Любой пипл знает, что город без тайного правительства обречен на демократию.

Но Механизм говорил, что стены ошибаются! Стены! Такое не могло не привлекать. Он рассказывал, что воркеры живут лучше потребителей, потому что те с возрастом тупеют. Марианна долго не верила в это: как может отупеть тот, кто сидит на свекле? Но однажды Механизм уговорил Марианну не засунуть заказ в трубу, а передать его через порог. Дверь открыл младенец с сигарой в зубах. Он устало шевелил пухлыми ножками и поправлял костюм-четверку. Но дело было не в младенце! Посреди комнаты, на странном высоком стуле, сидела женщина, у которой из головы торчала серебристая пружинка. Женщина пускала слюни и повторяла что-то несвязное: бу-га-га, жи-ши-с-и-пи-ши. Марианна вкатилась в комнату, поставила контейнер на стол и бросила взгляд в спальню. Там на таком же стульчике сидел мужчина. Из его виска торчала розовая пружинка, в остальном разницы не было.

«Они и правда тупые», – озадаченно подумала Марианна и покатилась по маршруту, проверив так все квартиры. А дальше жизнь немного наладилась. Механизм не просто чинил трубы, он ходил по квартирам потребителей и тянул в карман все, что хорошо лежало: буки, варежки для ног, домашних хотдожиков. А иногда, если очень-очень везло, приносил свеклу, которую полностью отдавал Марианне. Свекла, конечно, была редко, а вот буки появлялись практически каждый вечер. Марианна даже нашла своего любимого складывателя слов – Мию Жэнди. Мия писала о романах между юными потребителями, которые были обречены – их совместное время ограничено, рано или поздно мозговой суп выкипит, обрекая партнера на одиночество. Но мозговые супы никогда не выкипали одновременно. Марианна как-то спросила Механизма, почему так происходит, а он только посмеялся: «Ну ты и глупая! Если их вместилища одновременно опустеют, разве получится складный бук?».

Марианна почувствовала себя обманутой. Мало того, что она вынуждена прозябать тут без ежедневной свеклы, так еще и всякие сучки врут про настоящую любовь! А вот Марианна точно знает про любовь все, потому что Механизм ее любит и приносит буки. Казалось бы, лайф сложился, но чего-то не хватало. Наверное, так чувствовали себя дикие хотдожики, когда смотрели на домашних: «У вас есть все, а что есть у нас?». Брошенные контейнеры из-под свеклы, жалкие подачки, четырехчасовая несвобода и рекламные проспекты, которые предлагают то, чего купить нельзя…

Нет, Марианна не понимала, почему Механизму все это нравится. Ей нужно было больше. Намного больше.

***

– Как твои тупые заказчики? – спросил Механизм, полируя брюкву стеркой.

– Скукотища. Я прочитала все адресники, но складывателей слов среди них не было.

– Подожди, но разве складыватели живут не во втором пузыре? Вместе с демонстраторами?

Марианнин бюст встрепенулся.

– Нет, их там нет! Кегля говорила, что складыватели выше потребителей, но живут в их пузыре, потому что не хотят сидеть в прозрачных квартирах. Им же нужно сочинять! Со-чи-нять! А не выпрыгивать из туалетных пеленок.

Механизм тряхнул лохматостью и задумался.

– Знаешь, ты права. В первом пузыре есть район, где никогда не ломаются трубы… Может быть, на самом деле трубы там ломаются, но просто их чинит кто-то другой! У кого есть статус хранителя секретов.

– Что, правда? А ты можешь туда попасть?

Марианнин бюст всколыхнулся еще раз, рискуя оторваться и улететь, размахивая маленькими крылышками. Марианна недовольно шлепнула его ладонью. Вообще-то пиплам города М. нужно было исправлять телесные недостатки у врачей, но на воркеров-мутантов все закрывали глаза. Кегля ни за что бы не разрешила отдать свой третий глаз, а Марианна не хотела пришивать летающий бюст обратно к груди.

– Или скажи мне, где этот район… Я попробую изменить маршрут доставки.

Механизм грустным взглядом проводил бюст, который обиженно юркнул под мышку.

– Давай лучше я попробую. У меня график-фри, меня не будет бить током, если я не укладываюсь в срок.

На следующий день Механизм не вернулся. Марианна просидела в столовой до самого закрытия, но в покачивающиеся двери так и не шагнула знакомая лохматость.

«Наверное, не успел починить трубу и заснул у какого-нибудь глупого потребителя дома», – решила Марианна и подождала еще. А потом еще и немного сверху.

Мгновения пролетали стремительно, принося с собой новые дни и адреса для доставки, но Механизма среди них так и не случилось. Марианна продолжала ездить по заказам и сминать контейнеры сильнее обычного. Так их! Никто из вырезанных на адресниках именах не заслужил ровной свеклы! Иногда деливири-пейджер подергивался в Марианнином кармане, выпуская легкие разряды тока, но она их почти не замечала. Это всего лишь покалывания, даже дикие хотдожики кусаются больнее.

Теперь ездить по первому пузырю было мучительно – все напоминало о Механизме. Реклама новых буков, транспортные трубы, лохматые комары… Марианна всегда думала, что как только чудесным образом наткнется на незамужнего потребителя, тут же влюбит его в себя с помощью летающего бюста или какой другой особенности. Кегля так и сделала – а у нее вообще три глаза, потому что ее в инкубаторе уронили! Но когда Механизм пропал, все изменилось. Даже если Марианна встретит потребителя с квадратной жевательной челюстью и одинаковыми глазами, она только фыркнет и швырнет в него пустым контейнером. Нужен он ей, как же! Готова поспорить, он даже не спросит, какие ей буки нравятся.