Светлана Бойко – Музыкальный мир. Скрипки преткновения (страница 22)

Уловив растерянность на его лице, Наташа почувствовала, как злость, которую она копила, чтобы, наконец, разрешить вопрос с Алиной, тает и теряет свои позиции.

— Пойдемте, уже все накрыто. И вы, Иван Николаевич, тоже пойдемте с нами ужинать, — позвала Наташа.

— Да ну что вы…

— Я настаиваю, — припечатала Наташа и скрылась в квартире.

— Я бы на вашем месте не спорил, — серьезно кивнул Александр Петрович и тоже скрылся за дверью.

— Алин, не мерзни, иди домой, мы сейчас придем, — кивнул Алексей.

— Хорошо. — Алина юркнула в квартиру, не захлопнув двери.

Алексей вопросительно глянул на отца.

— Ну ты сам видел, — развел руками Иван Николаевич и пошел переодеваться.

— Угу. — Алексей проводил его взглядом и поправил сползающий с плеча кофр со скрипкой.

Весь вечер он думал и решил им всем показать Алинин огонь, что она умеет и как рвется это уметь. Она не знала, что ей предстоит сегодня сыграть, пожалуй, один из самых значимых концертов в ее жизни. Без подготовки, только на желании. А Алексей ей в этом поможет.

Глава 14

Наташа расстаралась: по квартире витали и заманивали запахи тушеного мяса и чего-то печеного: пирожков или даже целого пирога.

Алексей прикрыл дверь, повесил на крючок скрипку, и они с отцом пошли на голоса в кухне. Александр Петрович с Наташей о чем-то спорили и сразу смолкли, как появились гости.

— Алинк, иди ужинать, — позвала Наташа, избегая взглядов с Алексеем.

Разложенный по случаю гостей кухонный стол приглашал красивой сервировкой провести время в приятной компании за вкусной домашней едой. Иван Николаевич сел рядом с Александром Петровичем, с краю от них, ближе к выходу с кухни, сел Алексей.

Прибежала Алина, села напротив гостей, свалила вилку, вскочила, подняла, сполоснула, села обратно и все под недовольный взор сестры, которая держала тяжелый казанок с горячим ужином.

Алексей не ошибся, она действительно приготовила жаркое, которое, оказавшись в центре стола, заставило трех взрослых мужчин не сговариваясь, податься вперед и принюхаться. Алина с Наташей переглянулись, не сдержав улыбок.

Наташа сняла фартук и тоже села за стол.

— Я уж и не помню, когда ел горячую домашнюю стряпню, — не удержался Иван Николаевич и первым потянулся к ложке, которая тонула в небольших кусочках картошки, морковки и мяса. Быстро положив себе ложек пять, он попробовал и довольно зажмурился: — М-м-м, очень вкусно! Наташа, у тебя золотые руки.

— Ешьте на здоровье, — пробормотала Наташа покраснев.

Зазвенели вилки и ложки, которыми накладывали овощной салат.

Погода за окном распоясалась и бросалась ветром с дождем на запотевшие стекла, будто хотела распугать тихий ужин.

И хотя все были заняты едой, а запахи и тепло кухни старались создать мягкую умиротворяющую обстановку, атмосфера за столом будто медленно накалялась, будто все готовились к предстоящей битве и набирались сил.

Алина поела первая и хотела что-то рассказать, но Наташа ей не дала:

— Алинк, если доела, иди заканчивай с уроками, попозже будем пить чай с пирогами.

— Ладно, — сникла Алина, нехотя выбралась из-за стола, отправила тарелку в раковину и ушла в свою комнату.

— Еще и пироги будут? — не сдержался Иван Николаевич.

Снова смутившись, Наташа кивнула. Она хотела начать разговор, из-за которого сегодня все собрались, и пока Алина в своей комнате, и уже подобрала слова, когда Алексей ее опередил:

— Наташ, извини, я начну, так как в каком-то смысле из-за меня все это завертелось.

Наташа захлопнула рот и уставилась на Алексея, так же как и Александр Петрович с Иваном Николаевичем.

Отодвинув пустую тарелку, Алексей сложил руки на столе перед собой:

— Я много думал над твоими словами, Наташ, и вашими, Александр Петрович. Вы правы, я не имею права указывать, что делать с талантом Алины. Вероятно, во мне говорит моя страсть к скрипке, и я не сразу понял, но я рад, что появился кто-то, кто в таком юном возрасте эту страсть разделяет. А потом пришел к мысли, что, может быть, вы не видели, как она играет?

— Я каждый день слышу, как она играет, — хмыкнула Наташа.

Алексей помотал головой:

— Нет. Ты и в тот раз сидела, смотрела, но не видела, а может, и не слышала. В общем, я от своих слов не отказываюсь, я готов помочь во всем, чем смогу, пока я здесь и жду ответа с конкурса, каким бы он ни был. И я хочу, чтобы вы увидели и послушали Алину. Если позволите, перед чаем, как в прошлый раз, мы устроим маленький концерт. Алина не знает, но, я думаю, она согласится. Ей нравится играть и выступать, она хорошо умеет справляться с нервами, и ей это не раз поможет.

Наташа снова нахмурилась.

Иван Николаевич за мягкой улыбкой пытался скрыть гордость за сына: ему почему-то стало приятно, что он так радеет за чьи-то стремления. Прямо как он за своих маленьких спортсменов. Значит, это у Алексея от него. Не разглядел.

Александр Петрович откинулся на стуле, сложил руки на груди и посмотрел на старшую племянницу.

Алина в это время стояла за стеной и слушала, пытаясь за гулкими ударами, сердца услышать решение ее семьи.

Наташа посмотрела на дядю, потом на Алексея, споткнулась об взгляд его отца, поднялась и стала убирать тарелки. Обернулась и снова посмотрела на дядю вопросительно. Тот пожал плечами:

— Я последний раз слышал, как Алинка играет, даже не знаю, пару лет назад? Как-то не попадал на «концерты». Хорошо играет?

Наташа вздохнула:

— Хорошо. И нравится ей, и я вижу это. Думаете, я не вижу? Но где я возьму деньги на новую скрипку, и даже если… У нас нет музыкальных школ, это значит нужно переезжать? Меня разрывает изнутри, но я не хочу давать ей этот ужасный и несправедливый выбор.

— Погодите, я не понял, а сейчас она где занимается? — спросил Иван Николаевич.

— В школе, в музыкальном классе, но через год его перерастет уже, — устало пояснила Наташа.

— Ну так целый год впереди, чего ж лишать ее этого года? А скрипка чего, дорогая? — спросил Иван Николаевич.

Алексей мельком глянул на отца, не узнавая в нем поддержку.

Наташа чувствовала, что выбор уже сделан. Действительно, впереди еще целый год и за него может многое измениться. А скрипка новая нужна будет уже через пару месяцев.

— Давайте, правда, послушаем, как играет, а там посмотрим? — нарушил тишину Александр Петрович.

Наташа посмотрела на каждого, ища поддержку в свою сторону. Не нашла и обреченно кивнула.

Алексей пошел за скрипкой и разговаривать с Алиной, проходя мимо прохода к комнатам, он краем глаза заметил движение и улыбнулся: подслушивала.

***

— Алин, можно? — Алексей заглянул в комнату.

Девочка кивнула и уронила книгу, которую держала верх ногами.

Алексей подавил улыбку, зашел в комнату и прикрыл дверь.

— Я хочу предложить тебе сыграть перед взрослыми, — он мотнул головой в сторону кухни.

Алина подняла книгу:

— Я слышала, о чем вы говорили, — призналась она. — Я все понимаю, Наташе и так сложно пришлось, ну, когда…

— Не надо, — прервал ее Алексей, — давай сейчас просто выберем мелодию, какую ты хочешь им показать. Хочешь — сыграешь сама, хочешь — сыграем вместе.

— Ну Наташка уже слышала все, — засомневалась Алина, подумала немного и решительно кивнула: — Давай снова канон, как утром. Только я вторая вступлю. Мне нравится эта мелодия и нравится дуэтом играть.

Она замолкла, поднялась за скрипкой, открыла чехол, вспомнила про ноты, пошла искать. Алексей понял — Алина волнуется.

Алина повернулась к нему с уже изрядно помятым листком:

— Я не хочу скрипку бросать. Мне очень нравится играть и… Мне она о родителях напоминает. Меня мама отвела, мы с ней вместе выбирали мою первую, потом эту… — очень тихо и почти шепотом призналась Алина.

Алексей кивнул, давая понять, что понимает: