Светлана Бойко – Музыкальный мир. Скрипки преткновения (страница 13)

Алексей подмигнул ей и сел обратно. Автобус въезжал в Нижний Новгород.

***

Субботние улочки были полны людей, в отличие от вчерашних пятничных. Погода благоволила неспешно прогуливаться, заходить в кафе, встречаться с друзьями, ходить по магазинам и решить просто так пойти в Кремль.

Наташа с Алексеем именно так и придумали, что после консерватории они перекусят в каком-нибудь кафе и пойдут гулять по дорожкам Кремля.

Автобус от станции быстро довез компанию до Городового, оттуда направились пешком.

Алина почти бежала, что ребята не успевали за ней. Но подходя к выглядывающей из-за оранжевых и желтых деревьев консерватории, Алина шаг сбавила, приосанилась и снова напряглась.

На плечо легла рука, Алина вздрогнула, обернулась и наткнулась на подбадривающую улыбку Алексея, на которую ответила неуверенной ухмылкой и следом хмурыми бровями.

Консерватория не работала только по воскресеньям, и Зоя Михайловна продолжала сидеть на страже мира искусства, не пропуская внутрь никаких невежд.

Завидев Алексея, она радостно улыбнулась, а увидев следом Наташу, заулыбалась во весь рот, сверкая серебряным зубом и хитро щуря глаза, собирая тысячи морщинок вокруг них. Алина зашла последней, прошептала «здравствуйте» и стала жадно осматривать холл.

— Здравствуйте, Зоя Михайловна. Это Наташа и Алина. Мы все к Ярославу Сергеевичу, мы договаривались.

— Да уж помню, — хмыкнула вахтерша, не глядя поднимая трубку с телефонного аппарата. Но посмотреть на него всего же пришлось, она сдвинула очки на опасный кончик носа и по памяти набрала четырехзначную цифру.

— Ярослав Сергеич? Тут Остров с делегацией. Угу, приняла. — Она положила трубку на звякнувший телефон и, махнув рукой, отправила очки лететь вниз и болтаться на шнурочках.

— Проходите, в двести второй кабинет. Куда идти помнишь-то?

— Помню, Зоя Михайловна, спасибо, — улыбнулся Алексей вахтерше, и кивнул девочкам следовать за ним.

В кабинете Ярослава Сергеевича, казалось, ничего не изменилось с тех пор, как Алексей здесь учился. На стенах висели все те же общие правила сольфеджио в ярких красках, портреты великих композиторов и изречения о музыке, которые студенты должны были понять, только закончив обучение и пройдя все круги экзаменов. Вытертые локтями парты были готовы, кажется, еще пятьдесят, а может и все сто лет поддерживать студентов на их нелегком пути. Разве что доска вместо старой появилась новая: модная, белая, на которой можно писать маркерами, почему-то представлялось, что она чувствует себя здесь не очень уютно.

В углу стояло старое черное пианино «Лира», с облупленной краской на крышке, остатками позолоты на завитках рисунка и вытертыми до пятен педалями, на правой, конечно же, больше всего.

Алексей помнил это пианино, он помнил их все.

— А вы умеете играть? — прорвался в его воспоминания тихий голос Алины.

— Умею, правда, очень давно не играл. Всех учат играть вторым инструментом, точнее, на нем лучше познавать сольфеджио. Вам разве не преподают?

— Преподают, только играть не дают толком, — вздохнула Алина. — А сыграйте что-нибудь?

— Почему бы и нет, — дернул плечами Алексей и направился к инструменту.

Перед пианино стоял такая же старая скамеечка со старой черной потертой и на углах облупившейся кожей на сидении. Алексей снял куртку, положив ее на парту, подтянул рукава темно-синего пуловера, уселся, подкрутил высоту скамейки пониже и открыл крышку.

Деревянные пожелтевшие клавиши матово блеснули от заглянувшего в окно солнца.

Пальцы встали на аккорды, и пианино звонко поприветствовало гостей. Алексей мгновение подумал и сыграл что-то простое, известное, из классики. На пианино не было нот, а в памяти осталось совсем мало произведений, которые бы помнили обе руки.

Девочки заворожено слушали, Наташа с любопытством следила за быстрыми пальцами, мягко касавшиеся клавиш.

Они не заметили, как дверь отворилась, и в проеме появился человек.

Алексей закончил играть и услышал аплодисменты.

— Остров, опять торопишься к третьей части!

Девочки обернулись и округлили глаза.

— Здравствуйте, Ярослав Сергеевич, — улыбнулся Алексей, закрывая крышку пианино и вставая навстречу преподавателю. — Это Наташа и Алина.

— Очень рад. Значит, это ты — подающая надежды талантливая скрипачка? — обратился он к Алина, что та покраснела, стушевалась, но сумела взять себя в руки, смело посмотрела на Ярослава Сергеевича и кивнула:

— Да.

— Вот этот настрой мне нравится. Пойдемте в малый зал, там акустика.

Ярослав Сергеевич прошел к своему столу, взял какие-то тонкие книги, листки, схватил с пианино черный кофр, который никто не заметил, и махнув рукой с листами, пошел из кабинета. Ребята поспешили за ним.

***

Наташа и Алексей наблюдали из первого ряда небольшого концертного зала внутри консерватории, как Алина с Ярославом Сергеевичем рассаживаются на сцене вокруг пюпитра с нотами, которые все время норовили упасть.

Ярослав Сергеевич подошел к изучению способностей Алины очень серьезно и прежде всего попросил ее взять скрипку и смычок в руки.

Он посмотрел, покивал, похмыкал и попросил:

— Сыграй-ка мне гамму «До мажор».

Алина сыграла, сначала неуверенно, но все же чисто.

Ярослав Сергеевич покивал:

— Угу… «Ля минор»?

Алина задумалась, постучала пальцами по струнам, прислушалась и сыграла.

— Угу, так, а сыграй вот это упражнение. — Ярослав Сергеевич поставил на пюпитр листок.

Алина сыграла.

— А вот так? — Он перевернул страницу вверх ногами.

Алина запуталась, подумала и медленно со второго раза сыграла.

— Угу, — заключил Ярослав Сергеевич и стал шуршать в тонкой книжке. — А вот этот этюд, давай.

Алина справилась и, кажется, вошла во вкус: щеки раскраснелись, в глазах появился азартный блеск. Она с готовностью смотрела на Ярослава Сергеевича, ожидая следующего задания.

— Давай вот эту мелодию с листа до двадцатого такта, — задумчиво сказал Ярослав Сергеевич, ставя другой нотный сборник.

Алина сыграла.

— А эти, посложнее? — Ярослав Сергеевич перевернул пару страниц.

Алина пробежалась по нотам, нахмурилась, что-то пробормотала, попробовала, ошиблась несколько раз, но сыграла.

— Угу, — кивнул Ярослав Сергеевич. — Так, а вот эту мелодию сейчас про себя прочитай и сыграй, как бы ты ее сыграла?

Алина кивнула, прошлась по нотам, подумала и выдала яркую, наполненную громкими звуками интерпретацию.

Алексей улыбался: многие из этих упражнений он помнил и даже помнил, как играл.

Второй этап оказался сложнее. Ярослав Сергеевич достал свою скрипку, и Алина увидела, о чем говорил Алексей: казалось, большая рука сейчас переломит тонкий гриф, но Ярослав Сергеевич, легко и точно ставя пальцы, сыграл простую мелодию и попросил Алину повторить на слух.

Алина попросила повторить и смогла сыграть. Потом еще и еще.

Ярослав Сергеевич покивал и достал очередные ноты:

— Каноном умеешь играть?

Алина покосилась на Алексея, придерживая скрипку подбородком и подкручивая смычок, буквально как он вчера, и, повернувшись к учителю, кивнула:

— Умею, играла.

— Прекрасно, давай вот эту мелодию. Я начну, ты вступай с четвертого акта.

Алина кивнула. Ярослав Сергеевич заиграл.

Мягкие звуки полетели по залу, стараясь долететь до стен, но затухали, словно огни фейерверка, которые не успели коснуться земли.