Стивен Розенфилд – Ухожу в Stand Up! Полное руководство по осуществлению мечты от Американской школы комедии (страница 37)
На втором конвейере у тебя шутки, с которыми еще не выступали. Они пока не могут попасть на первый конвейер, они еще черновики. Помнишь их? Важно не забывать правила работы с черновиком:
• Ничего не выбрасывай, пока не опробуешь.
• Забраковывай с умом.
Самая большая ошибка при работе с черновиком – преждевременно выбросить шутку. Если будешь работать с новым материалом так же безжалостно, как поступаешь с тем, что уже используется в твоих выступлениях, велика вероятность, что ты выбросишь шутки, которые впоследствии могли бы получить категорию А. Не забывай, что тебе понадобились силы и время, чтобы довести до совершенства свой отработанный материал. Слишком осторожничать тоже неправильно. Обкатывать новые шутки – это риск, но он необходим, чтобы в итоге удовлетворить спрос на новый материал и оставаться ярким и живым комедийным артистом.
Зрителям не видна вся та работа, которая проделывается при создании стендап-комедии. Они видят лишь невероятно смешного артиста и его уникальный юмор. Тяжелая работа – наш маленький секрет.
Великий комик Граучо Маркс сказал, что можно по двум аспектам определить, выгорит у комика или нет. Первое – знает ли он, как править свой материал. Знает ли он, что оставить, а что выбросить. Ты вот теперь знаешь. Второму аспекту, о котором упоминал Граучо, посвящена следующая глава.
Самая большая ошибка при работе с черновиком – преждевременно выбросить шутку.
Продумываем сценический образ
Второй критерий Граучо относительно будущего успеха комика – это проработанность его сценического персонажа. Это еще один ключевой момент успеха.
Процесс создания сценического персонажа похож на резьбу по дереву: вместе со зрителями вы придаете ему форму. Резать по дереву – значит убирать все лишнее. Чем дальше, тем меньше дерева остается. Работа мастера – то, что осталось в итоге. То же самое можно сказать и про создание сценического образа.
Пересматривая видео своих выступлений, надо задать себе два вопроса, ответы на которые позволят создать нужный образ. Всякий раз, когда ты сильно насмешишь зрителей, спроси себя:
Позволь, я приведу пример. У одного моего студента был сценический образ неудачника. Он пошел служить на флот, и в первый же день тренировок всех новобранцев попросили нырнуть в бассейн. Что они и сделали. Через несколько секунд на поверхности показались головы новобранцев. Всех, кроме одного. Он не умел плавать. Поняв, в чем дело, инструктор нырнул и вытащил бедолагу. Паренек чуть не утонул в свой первый же день на морской службе. Зрители с восторгом реагировали на шутки про флот и нынешнюю работу – теперь он директор атомной электростанции. Однако когда у него проскакивали шутки про сексуальную жизнь… мертвая тишина. Даже несмотря на то, что они были хорошо написаны и раскрывали тему его беспомощности в этом вопросе, по какой-то непонятной причине вечер за вечером зрителям эти шутки не заходили. Поэтому от этой темы он отошел.
Отсутствие смеха позволяет определить темы, с которыми у тебя не сложилось.
Когда формируешь образ сценического персонажа, важно понимать, какие темы с тобой работают, а какие нет.
Второй вопрос, который следует задать после того, как в зале будет слышен громкий и продолжительный смех: «
Приведу пример. Рок Альберс никогда не казался смешнее, чем в сценах, где он изображал гнев. Его приводили в бешенство самые странные вещи, например как в США выбирали птицу-символ или недостаточное разнообразие знаков Зодиака среди членов Конгресса США. Может показаться, что эти шутки были бы смешны, рассказывай он их с сарказмом. Но, начав сотрудничать, мы обнаружили, что если шутка была саркастичной, она не выстреливала. Рок должен был быть в ярости. Злость у него выходила на ура, а сарказм нет. Потому мы писали больше гневных шуток.
Сочиняй шутки, эмоциональный фон которых подходит тебе больше всего, и исключи шутки, ни темы, ни эмоциональный подтекст которых тебе не удаются, и со временем сформируется уникальный сценический образ.
Некоторые мои студенты, побывавшие на других мастер-классах, рассказывали, что в самом начале курса педагоги просили их изобразить сценического персонажа, опираясь на внешность и то, какими их видят сокурсники. Это ошибка.
Я не знаю ни одного комика, чей сценический персонаж совпадал бы с реальной личностью артиста. Сара Сильверман не тупая расистка; Льюис Блэк не страдает нервными срывами; Гилберт Готтфрид не орет на всех вокруг; Стив Мартин не расхаживает в белом костюме и с томагавком в голове. (По всей видимости, это удивило кого-то из зрителей, присутствовавших на интервью Мартина в Нью-Йорке. Он рассказывал, чем увлекается и занимается – коллекционирует произведения искусства и дописывает свой роман. И никакого томагавка. Многие просили вернуть им деньги.)
Сценический персонаж – это не личность комика за пределами сцены. Он может лишь наследовать некоторые его черты. Но, по сути, это плод воображения артиста, который созревает долгие годы при помощи зрителей.
Есть еще причина не примерять бездумно на себя никакой сценический образ. И неважно, близок он тебе или полностью выдуман. Если запрешь себя в одном образе, то все, что будешь потом писать или играть на сцене, должно будет ему соответствовать. Если поспешно остановишь свой выбор на каком-либо одном образе, то с большой долей вероятности он будет лишен многогранности и глубины, которые позволили бы с помощью комедии выразить все твои задумки. Он получится карикатурным. У меня был талантливый студент, который начинал карьеру с моих мастер-классов. Парень был ярким и смешным. Вскоре после того, как он окончил мой мастер-класс, я увидел его на одном телешоу. У него была большая соломенная шляпа и говор деревенщины. А текст отражал его недалекие взгляды. Не было и следа интеллектуальной комедии, на которую он был способен, а у персонажа напрочь отсутствовала аутентичность. Он казался обычным актером скетчкома в роли деревенского простачка. Публика приняла его прохладно. А если публика не клюнула на твой персонаж, то ты, как говорят у него в деревеньке в Кентукки, не жилец. Когда я позже спросил его про выбор персонажа, он сказал, что кому-то очень понравился этот образ, а кому-то показался чересчур, и он решил приглушить яркость. В обычной жизни ты не услышишь: «Слушай, Стив, твоя личность уж больно выбивается за рамки. Поубавь обороты». И комику, который создал прекрасный образ сценического персонажа, такое не скажут.
Процесс создания сценического образа занимает не недели и даже не месяцы. Обычно требуется много выступлений и огромная аудитория, чтобы на свет появился правдоподобный персонаж. Быстро примерив на себя образ, словно хэллоуинский костюм, развлекать людей ты сможешь недолго. «Ух ты! Ты скелет!» Ну и что теперь?
Если запрешь себя в одном образе, то все, что будешь потом писать или играть на сцене, должно будет ему соответствовать.
Есть парочка способов, которые помогут преуспеть в этом деле. Первое: дай себе полную свободу действий в самом начале карьеры и говори обо всем, о чем захочешь. Чтобы подобрать темы, которые тебе лучше всего удаются, нужно говорить обо всем, что приходит на твой острый ум. Второе: быть эмоциональным во время выступления. Чтобы понять, какие эмоции тебе лучше удаются, нужно перепробовать практически все.
Шесть характеристик удачного сценического персонажа
Вокруг полно самых заурядных стендаперов. Всех и не упомнишь. Они могут быть забавными. Но не запоминающимися. А есть комики, которые бросаются в глаза на фоне всей этой серой массы. Их выступления незабываемые. А их стиль неподражаем. Мы все знаем их имена. А как иначе. Мы ведь их обожаем. Я помогу тебе стать своим в этой тусовке.
Незабываемыми на сцене и в жизни они становятся благодаря своим персонажам. У всех успешных комиков запоминающиеся персонажи. И несмотря на то что все они разные, каждый удачный образ обладает шестью характеристиками. Как только ты будешь ими обладать – станешь профессионалом. Вот они:
Оригинальность
Первая и самая важная характеристика удачного сценического персонажа стендап-комика – оригинальность. Ты выстрелишь, если будешь не как все. Как стать оригинальным? Чтобы понятно и кратко ответить на этот серьезный вопрос, расскажу небольшую историю.
В колледже я учился ходить под парусом. Раз в неделю проводились регаты. Основным навыкам я научился, следуя советам инструктора и наблюдая за лодкой-лидером. Для новичка у меня все было отлично. Моя лодка приходила к финишу в числе первых. Инструктор хвалил мой профессионализм. Как-то утром перед гонкой он спросил: «Розенфилд, ты выиграть хочешь?» Конечно же, я сказал, что хочу. Тогда он сказал: «Ты никогда не придешь к финишу первым, если будешь следовать за лидером».