Стивен Кинг – Спящие красавицы (страница 114)

– В тюрьме проблемы, – начал Терри.

– Везде проблемы, мистер Шишка, – ответил Кронски. У него было изможденное, осунувшееся лицо, под глазами набрякли мешки.

– Забудьте про везде, – сказал Фрэнк. – Мы здесь.

– А мне насрать, где вы, – заявил Джонни Ли и прикончил бутылку.

– Возможно, нам потребуется кое-что взорвать, – сказал Терри. Барри Холден и его приятели забрали оружие, но упустили из виду взрывчатку братьев Грайнеров. – Ты же знаешь, как обращаться с пластидом, верно?

– Может, и знаю, – ответил Кронски. – А что я с этого получу, мистер Шишка?

Терри прикинул.

– Вот что я тебе скажу. С нами Падж Мароне из «Скрипучего колеса». Думаю, он будет поить тебя бесплатно до конца жизни. – Терри полагал, что жить Кронски осталось недолго.

– Хм-м, – откликнулся Джонни Ли.

– И разумеется, есть вероятность, что ты окажешь городу большую услугу.

– Дулинг может катиться к чертовой матери, – ответил Джонни Ли Кронски. – Но… почему нет? Почему, на хрен, нет?

Так их стало двадцать.

В женской тюрьме Дулинга сторожевых вышек не было. Только плоская, застеленная рубероидом крыша, на которую выходили вентиляционные шахты, трубы, вытяжки. На роль прикрытия мог претендовать лишь кирпичный бордюр высотой полфута. Обследовав крышу, Уилли Бурк сказал, что круговой обзор ему нравится, но собственные яйца нравятся еще больше.

– Здесь ничто не остановит пулю, понимаете? Как насчет вот того сарая? – Старик указал вниз.

На плане тюрьмы сарай именовался «СКЛАДОМ ОБОРУДОВАНИЯ», но на деле служил вместилищем всякой всячины: там стояла газонокосилка, которой заключенные (надежные) косили траву на поле для софтбола, лежали садовые инструменты, спортивные принадлежности, стопки заплесневелых газет и журналов, перетянутые бечевкой. И что самое важное, сарай был из бетонных блоков.

Они пригляделись к сараю. Клинт поставил за ним стул, и Уилли сел, укрытый выступом крыши. От забора увидеть старика не могли, только сбоку, откуда просматривалось пространство между сараем и зданием тюрьмы.

– Если они подойдут с одной стороны, все будет нормально, – сказал Уилли. – Я их увижу краем глаза и укроюсь внутри.

– А если с двух сторон одновременно? – спросил Клинт.

– Тогда мне капут.

– Вам понадобится помощь. Прикрытие.

– Когда вы так говорите, док, я начинаю сожалеть, что в молодости редко ходил в церковь.

И старик добродушно посмотрел на него. По прибытии в тюрьму он потребовал у Клинта лишь подтверждения, что Лайла полностью одобрила бы их действия. Клинт это подтвердил, хотя уже не был уверен, чего пожелала бы Лайла. Ему казалось, что она покинула их давным-давно.

Клинт пытался излучать такое же добродушие – беззаботную выдержку перед лицом опасности, – но остатки его чувства юмора, похоже, выпали из кемпера Барри Холдена вместе с Гердой Холден и Гартом Фликинджером.

– Вы воевали во Вьетнаме, так, Уилли?

Уилли вытянул левую руку. Ладонь бугрилась шрамом.

– Так вышло, что несколько кусочков меня там и остались.

– И что вы тогда чувствовали? – спросил Клинт. – Когда были там? Вы наверняка теряли друзей.

– Да, – кивнул Уилли. – Я терял друзей. А чувствовал я в основном страх. И замешательство. Постоянно. Именно это вы сейчас и чувствуете?

– Да, – признал Клинт. – Меня не готовили к войне.

Они стояли под затянутым облаками вечерним небом. Клинт задался вопросом, а догадался ли Уилли, что он действительно чувствует. Страх и замешательство – это да, но еще и возбуждение. Некая эйфория пронизывала приготовления, служившие возможностью излить раздражение, отчаяние и чувство утраты, и Клинт видел, как это происходит с ним: впрыск агрессивного адреналина, древнего, как питекантроп.

Он говорил себе, что не следует так думать, и, может, действительно не следовало, но это было приятно. Словно другой парень, который выглядел точь-в-точь как Клинт, подъехал в двухместном кабриолете с откинутым верхом к светофору, остановился рядом с прежним Клинтом, кивнул ему, а потом, едва загорелся зеленый свет, вдавил педаль газа, и прежнему Клинту оставалось лишь наблюдать, как новый уносится прочь в реве двигателя. Этому новому Клинту приходилось спешить, потому что он выполнял задание, а выполнять задание было здорово.

Когда они возвращались к заднему фасаду тюрьмы, Уилли рассказал Клинту о мотыльках и «платочках фей», которые видел около трейлера Трумана Мейвезера. Миллионах мотыльков, облепивших ветви деревьев, клубившихся над их кронами.

– Это идет от нее? – Как и все жители Дулинга, Уилли был в курсе слухов. – От женщины, которая здесь?

– Да, – кивнул Клинт. – И это далеко не все.

Уилли ответил, что нисколько в этом не сомневается.

Они принесли второй стул и винтовку для Билли Уэттермора. Из полуавтоматической ее переделали в автоматическую. (Законно или нет, Клинт не знал, да его это и не волновало.) Теперь у них было по одному человеку с каждой стороны сарая. Не самый идеальный вариант, но ничего лучшего они сделать не могли.

За столом диспетчера управления шерифа на полу лежало в коконе тело Линни Марс. Рядом с ней на экране ноутбука вновь и вновь падал «Лондонский глаз». Терри предположил, что, засыпая, она соскользнула со стула на пол. И теперь лежала, частично перекрывая проход в коридор, который вел к рабочим помещениям управления.

Кронски перешагнул ее и двинулся по коридору на поиски комнаты вещественных улик. Терри это не понравилось.

– Эй! – крикнул он вслед. – Ты не заметил, что тут чертов человек? На полу?

– Все нормально, Терри, – сказал Фрэнк. – Мы о ней позаботимся.

Вдвоем они перенесли Линни в камеру предварительного заключения и осторожно положили на койку. Заснула она недавно. Ее глаза и рот закрывал тонкий слой паутины. Губы разошлись в безумной, счастливой улыбке. Кто знал, почему? Может, потому, что долгая борьба со сном наконец-то закончилась.

Терри вновь приложился к фляжке. Опустил ее, и стена камеры резко надвинулась на него. Он выбросил вперед руку. Через мгновение смог выпрямиться.

– Ты меня тревожишь, – заметил Фрэнк. – Ты… перебираешь с лекарством.

– Я в порядке. – Терри отмахнулся от мотылька, который кружил возле его уха. – Ты счастлив, что мы собираем армию, Фрэнк? Именно этого ты и хотел, верно?

Фрэнк пристально посмотрел на Терри. В этом взгляде не было угрозы, вообще ничего не было. Он смотрел на Терри, как смотрят дети на экраны телевизоров… словно покинули свои тела.

– Нет, – ответил Фрэнк, – не могу сказать, что я счастлив. Это работа, вот и все. И ее нужно сделать.

– Ты всегда говоришь это себе перед тем, как надрать чью-нибудь задницу? – спросил Терри с неподдельным интересом и удивился, когда Фрэнк отпрянул, как от пощечины.

Кронски был в комнате ожидания. Он нашел пластиковую взрывчатку, а также связку динамитных шашек, которые обнаружили в гравийном карьере неподалеку от дома Грайнеров и сдали для уничтожения. На лице Джонни Ли читалось осуждение.

– Не дело так хранить динамит, парни, он стареет и становится опасным. А вот Си-четыре… – Он встряхнул взрывчатку, и Фрэнк поморщился. – Можно переехать его на грузовике, и ничего с ним не будет.

– Так ты хочешь оставить динамит? – спросил Терри.

– Господи, нет. – Кронски выглядел оскорбленным. – Я люблю динамит. Всегда любил. Динамит – это старая школа. Нужно завернуть его в одеяло, и все дела. А может, у нашей Спящей красавицы есть в шкафчике мягкий теплый свитер? Да, мне нужно прихватить кое-чего в магазине хозтоваров. Как я понимаю, у управления шерифа там открытый счет?

Прежде чем уйти, Терри и Фрэнк сложили в спортивную сумку оставшиеся пистолеты и патроны, забрали все бронежилеты и шлемы, которые смогли отыскать. Их было не слишком много, но члены вооруженного отряда – будем называть вещи своими именами – прихватят оружие из дома.

В шкафчике Линни свитера не было, поэтому Джонни Ли завернул динамит в пару полотенец, позаимствованных в туалете. Он прижимал шашки к груди, как ребенка.

– Для штурма уже поздновато, – заметил Фрэнк. – Если до этого дойдет.

– Я знаю, – ответил Терри. – Сегодня мы соберем всех парней, убедимся, что каждый знает, что происходит и кто главный. – Тут он многозначительно посмотрел на Фрэнка. – Потом реквизируем пару школьных автобусов с городской автостоянки и поставим их на пересечении тридцать первого шоссе и Уэст-Лейвин, где был блокпост, чтобы людям не пришлось спать на голой земле. Человек шесть или восемь будут нести вахту по… ты понял. – Он очертил рукой круг.

– По периметру, – подсказал Фрэнк.

– Да, именно. Если нам придется войти в тюрьму, сделаем это завтра утром, с востока. Нам понадобится пара бульдозеров, чтобы проломить забор. Отправь Перла и Тритера, чтобы взяли их на стоянке департамента общественных работ. Ключи в трейлере, который у них вместо офиса.

– Хорошо, – кивнул Фрэнк, потому что это действительно было хорошо. О бульдозерах он не подумал.

– Завтра с самого утра мы снесем забор и подойдем к зданию со стороны автомобильной стоянки. При таком раскладе солнце будет светить им в глаза. Шаг один: отогнать их подальше от окон и дверей. Шаг два: Джонни Ли взрывает входную дверь, и мы внутри. Заставим их сдать оружие. Думаю, к тому времени они согласятся. Пошлем несколько человек на другую сторону тюрьмы, чтобы они не сбежали.