Стивен Эриксон – Полуночный прилив (страница 209)

За колонной была тень. И прохлада.

«Странно, что рядом с таким пеклом может существовать прохлада».

Фэр в последний раз толкнул брата. Трулль остановился. От сэды его отделяло шагов семь. Возможно, даже меньше. Чародей по-прежнему стоял, вскинув голову и наблюдая, как рушится защита вокруг его противника.

Слезы навернулись Труллю на глаза. Он не хотел убивать летерийского мага. Но в противном случае…

«Тогда они убьют нас. В живых не останется ни одного тисте эдур. Я это знаю. Нет, не умом. Чувствую сердцем. А потом они захватят наши земли и наши богатства. Через какое-то время мы станем исчезнувшим народом. Несколько строчек в их летописях – и словно не было никаких тисте эдур. Да, так и будет… Я даже не сомневаюсь».

Трулль поднял копье, уравновесил его в руке. Потом на мгновение замер и затаил дыхание. Два коротких шага – и копье полетело в цель.

Удар пришелся почти в самое сердце. Сэду развернуло в сторону. Левая нога подогнулась, и чародей повалился на пол. Видимо, он пытался упасть на разрисованную плиту, но рухнул в стороне от нее. Плита вдруг треснула и раскололась на множество кусков.

Белый огонь погас. Со стороны колоннады наползала тьма.

Брис рванулся вперед, но Турудал Бризад удержал его:

– Бесполезно, финадд. Вы уже ничем ему не поможете. Он мертв.

«Сэда Куру Кан. Мой друг… мертв».

Плошка сидела на глинистой земле и разглядывала человека, которого спасла. Его лицо казалось ей добрым, особенно с закрытыми глазами. Шрамы постепенно исчезали: и с его лица, и с жилистого загорелого тела. И все это – благодаря ее крови. Ну и ну… Совсем недавно она была мертвой, а теперь… спасла жизнь другому.

– Ох и странная ты девчонка, – сказал примостившийся у воды призрак.

– Меня зовут Плошка.

– И что же, интересно, в тебя наливают? – засмеялся ее собеседник.

– А ты… не совсем призрак.

– Да, – удивленно согласился он. – Надо же, догадалась. Меня зовут Сушняк. Как тебе это имя? Я к нему уже привык. Когда-то очень-очень давно я был тисте анди. Меня и моих соплеменников убили. Правильнее сказать, убили тех, кто уцелел в сражении.

– А почему ты здесь, Сушняк?

– Я жду своего господина.

Призрак вдруг встал. Плошка удивилась, до чего же он рослый.

– Который сейчас появится, – радостно добавил Сушняк.

Из мутной воды поднялся тот, кого он называл своим господином: светлокожий, с длинными белесыми волосами, обрамлявшими острое лицо. Он закашлялся, выплевывая из себя воду, а затем стал выбираться на берег. И прохрипел:

– Мечи.

Плошка подбежала к воде и подала ему мечи рукоятками вперед. Это был не только господин Сушняка, но и тот, кого девочка привыкла называть своим другом. Опираясь на мечи, как на палки, он встал. Оказалось, что он даже еще выше, нежели Сушняк. Глаза у него были ярко-красного цвета и совсем ледяные.

– Ты обещал, что поможешь нам, – отважилась произнести Плошка, ежась под взглядом этих красных глаз.

– Я такое говорил?

Призрак встал на колени:

– Приветствую тебя, Сильхас Гиблый. Раньше меня звали Киллантиром. Я был третьим высшим магом Шестой когорты.

– Я помню тебя, Киллантир.

– Но теперь, господин, у меня другое имя – Сушняк.

– Мне все равно.

– А где вивал? – спросил Сушняк, вглядываясь в мутную воду болота.

– Боюсь, вивал не выживет, но пока что он крепко ее держит. Благородная тварь.

– Но ты же обещал! – захныкала Плошка. – Они уже вылезли. И хотят меня убить. Ты говорил…

– Господин, с твоего разрешения, я готов помочь вивалу, – объявил Сушняк. – Быть может, вдвоем мы загоним ее поглубже. А если сумеем, то и снова скуем магическим заклинанием. Ты позволяешь?

Сильхас Гиблый задумался, глядя на коленопреклоненного Сушняка.

– Если так желаешь, то иди, – сказал он наконец.

Призрак поклонился.

– Летерийца оставь мне, – обратился Сушняк к Плошке. – Пусть еще поспит тут.

И с этими словами он нырнул в болотную муть.

Сильхас Гиблый с наслаждением втянул в себя воздух. Потом потряс мечами, разглядывая их.

– Странно, однако. Но чую, смертный сделал правильный выбор… Дитя, идем со мной. Настало время исполнить мое обещание.

Корло не представлял, чем все это закончится. Битва, которую вел Поклявшийся, вполне могла стоить ему жизни. Многое зависело не только от силы его тела и умения сражаться, но также и от силы воли. Маг знал Железного Обруча давно, хотя с другими Поклявшимися он был знаком гораздо дольше. Но Железный Обруч вполне оправдывал свое имя – по твердости характера равных ему не было.

Сам Корло чувствовал себя немногим лучше, чем их командир. Эта битва порядком измотала его и сейчас лишала последних сил. Ему становилось все труднее противостоять маневрам Серегалей. Хорошо, что из пятерых богов, по сути, опасность представляли только четверо. Можно сказать, даже трое, ибо невесть откуда взявшийся тартеналь, видимо, страстно мечтал собственными руками задушить бога. Упрямство порою тоже творит чудеса.

Серегаль почти безостановочно колошматил тартенальского великана, но тот не разжимал своих смертельных объятий. Железный Обруч, казалось, обрел новые силы, позволявшие ему оттягивать на себя внимание троих оставшихся богов. Это сохраняло тартеналю жизнь. И все же надолго Поклявшегося не хватит. Столь впечатляющее сражение Корло видел впервые. Никогда еще Железный Обруч не показывал в полной мере, на что он способен. Не зря гвардейцы утверждали, что он почти не уступает Костлявому. Сегодня Корло убедился: это правда.

Высший маг здорово удивился, когда мимо него торопливо прошли двое неупокоенных. Один все время шипел и царапал когтями воздух. Поглазеть, что ли, решили?

Они остановились у входа. Женщина выругалась так заковыристо, что даже Корло изумился, а потом сказала:

– Ну и дурень этот Ублала! Вечно во что-нибудь вляпается. Ой, не знаю, сумеем ли мы им помочь.

– И ты еще сомневаешься, Шарука Элаль? – возразил ее спутник. – Мы должны сражаться. Ты же знаешь, какие у меня потрясающие зубы и когти. Наконец-то я испробую их в деле!

– Тогда иди.

Шарука Элаль? Эта неупокоенная? Но ведь так зовут хозяйку корабля, на который они нанялись!

Морщась от боли (сражение с чешуйчатыми котами не прошло бесследно), Корло разогнул ноги и встал.

– Эй! – окликнул он женщину.

Шарука Элаль, оставшаяся без спутника, обернулась.

– Это ты мне? – спросила она.

– Тебе, красавица. Позволь представиться: Корло из Багровой гвардии. Мы нанялись на твой корабль.

– Мы? Я вижу лишь тебя одного.

– Второй помогает твоему верзиле. Его зовут Железный Обруч. Это наш командир.

– Кажется, вам велели дожидаться на борту, а не шастать по городу.

Маг заморгал, как юнга, стоящий перед грозным капитаном.

– А ты знаешь, что твой командир может вот-вот погибнуть? – хмуро спросила Шарука.

– Знаю… Постой… – Корло направился в сторону двора. – Там еще кто-то появился. Вперед!

С этими словами он бросился во двор. Шарука побежала следом.

Тоблакай обмяк в могучих руках тартеналя. Железный Обруч слышал, как хрустнули ребра. Но в это время один из троих оставшихся богов проскользнул мимо Поклявшегося и ударил великана деревянным мечом по голове. К счастью, удар получился плашмя; тем не менее тартеналь рухнул на землю, увлекая за собой также и мертвого бога.

Убитый Серегаль плотно придавил его своим телом. Все попытки высвободиться ничего не давали. Великан оставался удобной мишенью для разъяренных богов.