Стивен Эриксон – Полуночный прилив (страница 187)

Гвардеец исчез в дверях.

Брис глядел на город. Как всегда в это время дня, воздух был жарким и влажным. Однако в нем ощущалось и что-то еще, какая-то непривычная тяжесть. После ухода последних шеренг улицы не наполнились народом. И дело тут было не в духоте. До сражения при Брансе оставалось еще несколько дней, но большинство горожан (правильнее сказать, большинство тех, кто пока еще не покинул Летерас) предпочитали отсиживаться по домам.

Гвардеец привел вестового. Это оказалась женщина, которой Брис доверял, поскольку часто обращался к ней с различными поручениями.

– Срочно отправляйся к моему брату Техолу: надо кое-что ему сообщить.

– Он будет на крыше?

– Думаю, да. Скажешь, что я велел ему не слезать с крыши и ни в коем случае не покидать дом. Второе послание – тоже на словах – передашь одному из братьев Шаванкрат, который сейчас несет там караул. Просто назовешь ему имя: Герун Эберикт. Это все. Запомнила?

– Так точно, господин финадд, не извольте беспокоиться.

– Тогда ступай.

Вестовая неслышно удалилась. Брис направился по узкому коридору второго этажа, тянущемуся во всю длину крыла. Пройдя коридор и спустившись вниз, королевский защитник увидел Мороха Невата, сидящего на каменной скамье.

– А я ждал вас, Беддикт.

– Надеюсь, не слишком долго? Чем могу служить, финадд?

– Вы верите в существование богов?

От неожиданности Брис опешил.

– Что за странный, если не сказать неуместный вопрос?

Морох Неват полез в сумку, висевшую у него на поясе, и достал оттуда щербатый гадательный черепок. Такие черепки Брис не раз видел у прорицателей на рынке.

– Когда вы в последний раз говорили с Турудалом Бризадом? – осведомился Морох.

– Со вчерашнего дня первого консорта королевы не видели ни в старом дворце, ни в новом, – ответил Брис. – Первый евнух Нифадас приказал начать тщательные поиски. Все решили, что Турудал сбежал. Ничего удивительного.

Морох Неват бросил черепок Брису. Тот инстинктивно поймал его левой рукой и поднес к глазам. Пожелтевшие края, паутина трещин. Изображение, нанесенное несколькими бороздками. Тем не менее узнать плитку оказалось нетрудно.

– Скиталец… Морох, что все это значит?

Телохранитель принца встал. Беддикт заметил, что он сильно изменился: исхудал и постарел лет на десять.

– Все это время он находился здесь. Понимаете, Брис? Этот мерзавец разгуливал у нас под самым носом, а мы даже и не догадывались.

– О ком вы говорите?

– О Скитальце, он же Турудал Бризад, первый консорт королевы.

– Но это… просто смешно.

– Я бы выбрал словечко покрепче.

Королевский защитник оглянулся по сторонам. Хорошо, что этот странный разговор никто не слышал.

– Скажите, Морох, а как вы пришли к столь необычному выводу?

– На самом деле тут нет ничего экстраординарного. В каждом поколении были свои Турудалы Бризады. Разумеется, они носили другие имена. Взгляните на картины, на шпалеры. Далеко идти не придется – все королевское собрание сложено в главном коридоре. Не знаю, правда, успеют ли развесить полотна. Но дело не в этом. Достаточно лишь повнимательнее приглядеться. Проявить чуть-чуть любопытства.

– И что же заставило вас проявить любопытство?

Морох Неват поморщился:

– Первый консорт попросил меня кое-что для него сделать.

– Странно, – усмехнулся Брис. – Если он действительно бог, то почему ему понадобилась ваша помощь?

– Да потому, что вы, Беддикт, слишком заняты и он не мог рассчитывать на вашу.

Брису вспомнились последние слова Турудала: «Неминуемое поражение моей непредвзятости». Что и говорить, странная фраза. Но первый консорт королевы всегда изъяснялся довольно туманно.

– И все равно, Морох, я что-то сомневаюсь, – признался Брис.

– А вы на время отбросьте сомнения. Я хочу спросить у вас совета. Предположим самое худшее.

– Бог обратился за помощью к человеку? Надо подумать о причинах, заставивших его пойти на такой шаг, и о возможных последствиях, которые повлекут за собой ваши согласие или отказ.

– Вот именно.

– Скажите: если выполнить его просьбу, это пойдет на пользу Летерии?

– Он уверяет, что да.

– А где он теперь?

– Где-то в городе. Утром наблюдал за последними потоками беженцев из северных земель. Во всяком случае, так мне доложил один из моих гвардейцев.

– Морох, мне думается, вы должны выполнить его просьбу.

– И пренебречь своим долгом защищать короля?

– Вероятно, бог считает, что этим займусь я.

– Брис, мы с вами почти равны.

– Знаю.

– И каждый из нас уверен, что он превосходит другого.

– В любом случае не нам с вами решать, кто из нас лучше и искуснее.

– Спасибо за совет, Брис, – после недолгого молчания произнес Неват.

– У меня язык не поворачивается это произнести, но я все-таки скажу: да пребудет с вами Скиталец, Морох Неват.

– Не смешно, – пробормотал Морох и развернулся, чтобы уйти.

Брис продолжил путь к Тронному залу. На колоннаде и в прилегающих к ней помещениях успели вымыть полы и стены, убрать вездесущую пыль. На каждом шагу ему попадались гвардейцы и слуги. Пройдя через колоннаду, Брис остановился в недоумении. В самом центре коридора прямо на полу спал сэда Куру Кан. Придворные перешептывались. Беддикт поймал не один насмешливый взгляд. Однако самому королевскому защитнику было отнюдь не весело.

– Сэда… – позвал он, склоняясь над магом.

Старик издал какой-то непонятный звук, а потом повернулся к Брису спиной.

– Сэда, проснитесь. Ну пожалуйста, проснитесь.

Куру Кан приподнял голову и нашарил свое зрительное приспособление, лежавшее рядом.

– Кто меня зовет?

– Это я, Брис Беддикт.

– А, это ты, финадд. – Куру Кан нацепил увеличительные стекла и присмотрелся. – Хорошо выглядишь.

«Зато ты, мой дорогой друг, являешь собой печальное зрелище».

– Сэда, скоро начнется торжественная церемония вступления короля в новый Тронный зал. Вам нужно куда-нибудь передвинуться, иначе Эзгара Дисканар будет вынужден вас обходить.

– Нет! – Старик распростерся на плитах, словно боялся, что Брис силой утащит его прочь. – Мне нельзя уходить отсюда. Это мое место. Мое.

– Сэда, но вы окажетесь на пути у короля. В самом прямом смысле слова. Ему придется свернуть в сторону, а это нарушение протокола. Вы рискуете навлечь на себя королевский гнев.

– Уместно ли это? Абсолютно неуместно! – Пальцы старика заскребли по полу. – Я останусь здесь. Предупреди его, финадд. Предупреди короля.