Стивен Эриксон – Полуночный прилив (страница 132)

Сказав это, Трулль тут же мысленно отругал себя. Он не обязан никому ничего объяснять. Достаточно приказа. И сержант тоже хорош: при всех возражать командиру. С самого начала все пошло наперекосяк.

Их отряд снялся с места. Трулль бежал один, пропустив первый взвод вперед. За его спиной двигались остальные взводы. Альрад был замыкающим. Они быстро миновали лагерь, а затем и проход, оставленный для них воинами Ханрада Халага.

Ровный бег успокаивал нервы и прогонял мысли. Ум подчинялся ритмичному стуку шагов, глаза следили за тем, как постепенно редеет лес, деревья становятся ниже и тоньше. Теперь они уже не давали тени. Чем ближе к вершине, тем сильнее жарило солнце. И это утром. Что-то будет к полудню?

Достигнув южного конца перевала, Трулль скомандовал остановиться на привал. Бег для хиротов был привычным способом передвижения. Командир удовлетворенно отметил, что ни у кого из воинов не сбилось дыхание. Однако палящее солнце заставило всех обильно вспотеть. Трапеза была быстрой и скромной. Каждый воин съел по куску вяленой семги, тонкому ломтю хлеба и горсти кедровых орешков, запив все это водой.

После непродолжительного отдыха отряд Трулля разбился по взводам. Дополнительных команд не понадобилось. Воины сошли с тропы, направившись в редколесье.

Трулль двигался вместе со взводом сержанта Канарта. Покинув тропу, они свернули в западном направлении и вскоре начали медленно и бесшумно спускаться, держась примерно в тридцати шагах. Другой взвод находился еще западнее, сохраняя дистанцию в пятнадцать шагов. Третий намеренно отставал от них на тридцать шагов. Тот же принцип соблюдался в трех взводах, спускавшихся по восточной стороне холма.

Сержанту этот порядок явно не нравился. Он то и дело вырывался вперед, почти наступая дозорному на пятки. Трулль подавал Канарту знаки, но тот не обращал внимания, словно бы командира и не было рядом.

Где-то на середине склона дозорный вдруг замер, пригнулся и махнул рукой назад, останавливая ретивого сержанта.

Трулль и другие воины взвода тоже застыли. Ближе к подножию лес снова начал густеть. Почерневшие стволы сосен ограничивали видимость пятнадцатью шагами. Подлеска здесь не было, вместо него обильно рос белесый мох, и это оказалось хуже любых кустарников, ибо под ним могли прятаться скользкие валуны и полусгнившие древесные стволы. Повернувшись вправо, Трулль увидел, что один из его бойцов забежал немного вперед, но теперь тоже остановился и поднял руку, внимательно глядя на командира.

Впереди дозорный что-то шептал Канарту. Затем сержант повернулся и, осторожно ступая, побрел к Труллю.

– На тропе показался вражеский разведчик. Фарэд. У него оттуда хороший обзор: все видно шагов на семьдесят пять, а то и больше.

Трулль обернулся, выбрал одного из воинов и подал ему знак приблизиться.

– Бадар, доберись до третьего взвода. Пусть кто-нибудь из них поднимется наверх, выйдет на тропу и начнет по ней спускаться. Словом, изобразит из себя дозорного. Когда передашь мой приказ, сразу же возвращайся.

Бадар кивнул и исчез.

– А нам что делать? – спросил Канарт.

– Выждем немного, а затем примкнем ко взводу, что находится западнее нас. Спустимся пониже того места, где сейчас этот фарэд, и там устроим ему ловушку.

– А как быть с нашими бойцами на восточном склоне?

Дельный вопрос. Трулль допустил ошибку: не подумал заранее о связи.

– Полагаю, они тоже заметили фарэда и не позволят ему подкрасться незаметно.

Сержант не стал спорить, равно как и указывать командиру на промах.

«Вот так-то лучше, Канарт. Тем более что мы оба с тобой виноваты. Впредь будем предусмотрительнее».

Вскоре вернулся Бадар. Он ограничился легким кивком. Трулль велел подчиненным переместиться к западу. Когда оба взвода соединились, он объявил всем свой замысел.

Еще шестьдесят шагов вниз. Солдаты приблизились к тропе, которая здесь изгибалась. Трулль приказал готовить копья.

– Командир, напротив нас – взвод Реталя, – подсказал Канарт. – Они ждали, когда мы подойдем.

– Приготовиться, – велел Трулль. – Когда разведчик поравняется с нами – атакуем.

Воины замерли. Ну и пекло! Не только солнце над головой, но и придорожные камни источали жар. Даже птицы попрятались. Лишь насекомые с жужжанием проносились мимо.

А вот и разведчик. Легкий стук шагов, которые все приближались. Теперь он был уже совсем рядом.

Фарэд стремительно вынырнул из-за поворота и понесся дальше.

Несколько копий пролетели совсем низко, не причинив противнику никакого вреда. Он бежал дальше, стремительно удаляясь.

За спиной Трулля кто-то выругался. Послышался свист очередного копья. На этот раз железный наконечник угодил фарэду между лопаток. Разведчик распластался в пыли, затем, отчаянно дергая руками и ногами, покатился дальше и приблизительно через десять шагов замер.

Вокруг тихо оседала дорожная пыль.

Трулль подошел к убитому. Фарэду было лет четырнадцать, от силы пятнадцать. Совсем еще мальчишка. На чумазом лице застыло удивление. Рот скривился от боли, которую парень испытал в последние мгновения перед смертью.

– Мы убили ребенка, – сказал Трулль.

– Врага, – поправил его Канарт. – Мы не виноваты, что летерийцы заставляют воевать даже таких желторотиков. – Сержант обернулся. – Меткий бросок, Бадар. Отныне ты чистокровный воин.

Из-за поворота вышли бойцы третьего взвода.

– Я даже и не заметил его, – сказал кто-то.

– С первым убитым врагом тебя, командир, – услышал Трулль голос Альрада Ана.

На душе у Трулля было муторно.

– Уберите тело с тропы, – приказал он. – И хорошенько засыпьте пылью все следы крови. После этого отправляемся дальше.

По правде говоря, мост через Каттер был вовсе даже и не мостом. Трулль однажды уже побывал здесь и покинул это место в полном недоумении. Казалось, неведомые строители взяли громадное цельное колесо и накрыли им ущелье, по дну которого протекала река. Обод колеса имел желоб такой ширины, что по нему свободно перемещалась шеренга из восьми воинов. Кромка по обоим концам обода была невысокой, влажной и скользкой. Колесо уходило в туманную тьму ущелья, и увидеть его нижнюю часть не представлялось возможным. Зато можно было увидеть ступицу; расстояние от нее до обода составляло примерно три человеческих роста. Ось ступицы крепилась на двух блестящих каменных стержнях, также переброшенных через ущелье и вделанных в его стенки.

Бойцы всех взводов собрались на северном берегу и пока вели наблюдение за лесом с противоположной стороны. Трулль отправил туда двоих дозорных, но те не обнаружили ни вражеских солдат, ни следов недавних стоянок. Скорее всего, убитый фарэд слишком далеко оторвался от своих. То ли его послали в разведку глубоко в тыл противника, то ли он отправился туда самовольно. Если так, мальчишеское безрассудство стоило бедняге жизни.

Трулль подошел к самому началу странного моста. Как и в прошлый раз, между скалой берега и каменным колесом белел тонкий налет, похожий на плесень. Трулль присел на корточки и пальцем соскреб его. И опять, как тогда, он увидел щель: прямую и настолько узкую, что туда не вошло бы даже лезвие кинжала.

Однако на этом странности не заканчивались. Каменное колесо… вращалось. Оно имело поперечные зазубрины. Точно такие же зазубрины были нанесены на перила, и сейчас самая большая из них находилась почти посередине. Колесо вращалось с севера на юг. Если встать на северной оконечности моста и запастись терпением, то через несколько дней (возможно, через неделю) колесо само переместит тебя на другой берег.

Загадка, не имеющая ответа. Ясно было только одно: те, кто поставил здесь это приспособление, не нуждались в мосте через Каттер. Возможно, каменное колесо служило им для измерения времени. Хотя для этого ведь существуют иные, куда более легкие способы. Неужто неведомые строители не знали о них?

Трулль выпрямился и жестом подозвал воинов.

Теперь впереди шел Альрад. Перейдя на другой берег реки, солдаты покинули тропу, ища укрытия от безжалостного солнца. На склонах росли сосны и корявые дубы, а из мха торчали валуны. Пройдя еще немного, воины остановились. Сейчас они находились в лучшем положении, чем возможный противник, поскольку могли наблюдать за тропой, не будучи застигнутыми врасплох.

Трулль примостился возле Альрада. Оба осматривали местность. Потом капитан вдруг фыркнул и шепотом выругался.

– Что случилось?

– Подо мной… что-то движется, командир.

Сенгар подошел ближе и увидел, что Альрад расположился на валуне, слегка вдавленном в землю. Поверхность его, как и окрестные камни, была покрыта пылью и галькой, но все равно выглядела неестественно ровной.

Трулль разгреб пыль и увидел магические письмена на каком-то незнакомом языке. Письмена тянулись ряд за рядом, ограниченные с трех сторон глубокими бороздами. Снизу борозды не было. Трулль освободил от пыли еще часть камня и увидел новые надписи.

«Движущееся колесо через Каттер, движущийся камень. Может, это как-то связано между собой?»

– Ты уверен, капитан, что валун под тобой сдвинулся?

– Полностью уверен. Совсем немножко, но я почувствовал.

– А не слышал ли ты скрип или какой-либо другой звук?

– Я не то чтобы услышал… скорее почувствовал, – ответил Альрад. – Как будто внизу, под камнем, шевельнулось что-то большое.