Стивен Бакстер – Стойкость (страница 11)

Майкл Пул пристально посмотрел на своего отца, затем повернулся и набрал воды из соска внутри своего шлема. - Скажи нам, насколько все плохо, Гарри.

- Я не смогу забрать вас раньше, чем через семь дней, - сказал Гарри.

Я чувствовал себя холоднее Титана. - Но скафандры...

- Без подзарядки срок годности наших скафандров истечет через три дня, - сказал Пул. - Самое большее через четыре.

Я не мог придумать, что сказать.

Гарри оглядел нас, его бестелесная голова устрашающе закружилась. - Есть варианты.

- Говори, - сказал Пул.

- Вы могли бы погрузиться в кратерное озеро. Скафандры выдержат это. Там холодно, температура соленой воды намного ниже точки замерзания обычной воды, но не так холодно, как на открытом воздухе. Помните, что они остаются теплыми за счет остаточного тепла от удара. Но даже в этом случае вы бы только продлили свое время на день или два.

- Недостаточно, - сказала Мириам. - И мы бы не выполнили никакой работы, плавая в темноте по озеру.

Я посмеялся над ней. - Работа? Кого сейчас волнует работа?

Пул спросил: - Что еще, Гарри?

- Я рассматривал варианты, при которых могли бы выжить два человека, а не трое. Или один. Разделив ресурсы скафандров.

Напряжение между нами сразу же возросло.

Гарри сказал: - Конечно, эти пауки также оставили вам скафандр Билла. Проблема в том, что запас энергии встроен в ткань каждого скафандра. Чтобы извлечь выгоду, вам пришлось бы поменять их. Не могу представить, как вы могли бы сделать это без укрытия гондолы; вы бы замерзли насмерть за секунду.

- Значит, это не вариант, - сказал Пул.

Мириам пристально посмотрела на нас обоих. - Его никогда не было.

Я не был уверен, почувствовал ли я облегчение или нет, потому что в те несколько мгновений, когда это казалось возможным, я был полон решимости, чтобы последним выжившим в последнем скафандре был я.

- Итак, - сказал Пул Гарри, - что еще?

- Вам нужен ВЕС-двигатель гондолы, чтобы подзарядить ваши костюмы, - сказал Гарри. - Альтернативы просто нет.

Я указал на трудящихся пауков на криовулкане. - Эти твари уже сбросили его в эту кальдеру.

- Тогда вам придется заняться этим, - сказал Гарри и, удобно устроившись в "Крабе", ухмыльнулся мне. - Не так ли?

- Как? - Я был искренне озадачен. - Мы собираемся строить подводную лодку?

- Она вам не понадобится, - сказал Гарри. - У вас есть скафандры. Просто запрыгивайте...

- Вы что, с ума сошли? Вы хотите, чтобы мы прыгнули в кальдеру вулкана вслед за кучей жующих металл чудовищных пауков?

Но Мириам и Пул, по своему обыкновению, ухватились за новую идею. Мириам сказала: - Йовик, ты все время забываешь, что ты не на Земле. Этот "вулкан" просто извергает воду, лаву, которая холоднее, чем твоя собственная кровь. - Она взглянула на Гарри. - Однако вода очень богата аммиаком. Я так понимаю, наши скафандры выдержат это?

- Они рассчитаны на контакт с материалом мантии, - сказал Гарри. - Мы всегда знали, что это вероятно. Давление тоже не должно быть проблемой.

Пул сказал: - Что касается пауков, они наверняка оставят нас в покое, если мы будем держаться от них подальше. Мы это знаем. Мы могли бы даже использовать их при спуске. Следуя за пауками, найти двигатель. Верно?

Гарри сказал: - И еще предстоит заняться наукой. - Он выводил данные на сверкающие виртуальные дисплеи - холодные сводки всего в нескольких метрах от трупа Билла Дзика. Гарри заявил, что его предварительный анализ наших результатов показал, что первичный источник важнейшего метана в атмосфере находился не в поверхностных элементах, а в выбросах криовулканов. - И, следовательно, конечный источник находится где-то в аммиачном море, - сказал Гарри. - Биологический, геологический, какой угодно - это там, внизу.

- Хорошо, - сказал Пул. - Итак, мы не сможем завершить картину, пока не пойдем и не посмотрим.

- Вы не потеряете связь. Я смогу отследить вас и разговаривать с вами всю дорогу. Наша система связи основана на передаче нейтрино; несколько километров льда или воды не будут иметь для нее никакого значения.

Несколько километров? Мне не понравилось, как это прозвучало.

- Вот и все, - сказала Мириам. - У нас есть план.

- У нас общее заблуждение, - сказал я.

Они проигнорировали меня. Пул сказал: - Я предлагаю прогуляться часок. Мы можем себе это позволить. Мы должны попытаться отдохнуть; мы через многое прошли. И нам нужно разобраться с этими припасами, выяснить, что мы можем использовать.

- Ага, - сказала Мириам. - Например, как насчет сеток изо льда в качестве балласта?

Итак, они с Мириам принялись за работу, сортируя мусор, выброшенный пауками, связывая тросы, чтобы сделать сети. Они никогда не были так счастливы, как когда вместе выполняли какое-нибудь задание.

И там был Билл Дзик, лежащий на спине, совершенно голый, с застывшими глазами, устремленными в темное небо. Я думаю, это многое говорит вам о Майкле Пуле и даже Мириам, когда они были настолько сосредоточены на своей последней цели, что у них не нашлось времени обиходить останки этого человека, с которым они работали, по-видимому, десятилетиями. Что ж, я презирал этого человека, и он презирал меня, но что-то во мне съежилось при мысли о том, чтобы оставить его в таком состоянии.

Я огляделся в поисках чего-нибудь, что можно было бы использовать в качестве лопаты. Я нашел распорку и керамическую панель от какой-то внутренней перегородки в гондоле и с помощью троса соединил их вместе. Затем я попробовал почву Титана. Лезвие вошло легко; ледяные песчинки не прилипали друг к другу. Как уроженец Земли с более высокой гравитацией, я был слишком энергичен для Титана и легко поднимал полные лопаты. Но примерно на глубине полуметра обнаружил, что песок уплотнен сильнее и проникнуть в него труднее, без сомнения, это какой-то артефакт сложной геологии Титана. Я не смог вырыть могилу достаточно глубокую для человека размером с Билла Дзика. Поэтому удовлетворился тем, что положил его в свою неглубокую канаву и соорудил над ним насыпь. Прежде чем накрыть его лицо, я попытался закрыть ему глаза, но, конечно, веки уже замерзли.

Все время, пока я работал, я цеплялся за свой гнев на Майкла Пула, потому что это было лучше, чем страх.

11

 Итак, мы взобрались на склон криовулкана, идя параллельно тропе, по которой следовали ледяные пауки, продолжавшие карабкаться вверх по склону с грузом последних полезных фрагментов нашей гондолы. Мы также были нагружены нашим импровизированным снаряжением - веревочными люльками, мешками с кусками льда и камня для балласта, пакетами с едой. Мириам даже несла рюкзак с набором своих драгоценных научных образцов.

Это был несложный поход. Когда мы поднялись над песчаными заносами, то пошли по голому каменистому льду, шероховатая поверхность которого давала хорошую опору под подошвами наших ботинок. Я представлял себе, что мы поскользнемся, поднимаясь по ледяному склону, но при таких температурах лед под нашими ногами не таял под давлением нашей тяжести, как было бы на Земле, где именно пятно талой воды устраняет трение. Было похоже, как если бы мы взбирались по неровной скале.

Но, несмотря на легкий подъем, мои ноги отяжелели, когда мы приблизились к кальдере. У меня не было выбора, кроме как идти дальше, подвергаясь еще большей опасности, поскольку реального выбора не было с тех пор, как на нас напали.

Наконец мы остановились на краю кальдеры. Мы посмотрели вниз на грубо вырезанную чашу, возможно, полукилометр в поперечнике, скалу из водяного льда, покрытую какой-то коричневатой органической жижей. Большая часть дна чаши была твердой - очевидно, криовулкан практически бездействовал, - но там была широкая расщелина, по которой пауки один за другим скользили в темноту.

Если внимательно прислушаться, то можно было услышать хруст, доносящийся из глубины расщелины. Эта трещина в мире была тем, в что мы собирались спуститься.

- Даже не думай об этом, - прошептала мне Мириам. - Просто сделай это.

Но сначала нам нужен был паук-поводырь.

Мы спустились на несколько шагов вниз по склону и встали рядом с цепочкой пауков. Мириам действительно попыталась набросить лассо на одно из существ, когда оно проползало мимо нас. Это было немного чересчур амбициозно, поскольку плотный воздух и низкая гравитация давали тросу возможность жить своей собственной жизнью. Поэтому они с Пулом придумали другой способ. Проявив немного ловкости, им удалось обмотать петли троса вокруг нескольких конечностей паука, и Пул перекинул трос взад и вперед под брюхо зверя и через его спину и завязал его, чтобы получилось что-то вроде свободной сети вокруг тела паука. Паук, казалось, даже не замечал этих действий, продолжая свое размеренное движение.

- Этого достаточно, - сказал Пул. - Все на борт! - Схватив свою ношу из вьючных и балластных сетей, он совершил замедленный прыжок, ухватился за импровизированную сетку и уселся на спину паука. Мы с Мириам поспешили последовать за ним.

И вот мы втроем сидим на спине зверя! - В любой другой день, - отважился я, - это показалось бы странным. - Мириам рассмеялась надо мной.

Первые несколько минут поездки были не так уж плохи, хотя движение паука было тряским и неуклюжим, нам приходилось цепляться за наши тросы и постоянно помнить, что чудовище, к которому мы привязаны, не управляется сознательным разумом.