Стив Каплан – Скрытые инструменты комедии (страница 28)
Но если я воспринимаю мир как место вполне дружелюбное, то злость — вряд ли первое, что мною овладеет. Итак, что же в этом случае придет мне в голову в первую очередь? «Наверное, парню понадобилось куда-то отойти. Может, он сам пошел позвонить? Ладно, подожду!» Потому что он вернется, правда ведь? И я подожду. И еще подожду. В конце концов уверенность должна смениться недоумением. Потому что происшедшее вступает в противоречие с моим мировосприятием. Куда же он ушел? И где моя сумка? Но я еще подожду немного. И еще немного. И еще. И в конце концов скажу себе: «Надеюсь, с ним ничего не случилось!» Пройдет очень много времени, когда меня наконец осенит: «Боже, кажется, меня обокрали!» Заметьте, я так и не разозлился.
Давайте внесем изменение в ситуацию. Скажем, я приехал из Нью-Джерси. И сыт по горло насмешками над моим штатом, как раз на днях посмотрел «Субботним вечером в прямом эфире» (помните, Фред Армисен в роли Патерсона, полуслепого губернатора штата Нью-Йорк, который в своих шуточках изгаляется над Нью-Джерси и его уроженцами?). Так что, по мне, Нью-Йорк — паршивое место, кишащее ворами и мошенниками, верно? Вот такое у меня мировосприятие. Итак, я
Если вы примете точку зрения вашего персонажа, исходя из его мировосприятия, то вам в голову придет множество эмоциональных деталей, диалогов и действий, а не просто избитые клише: «Меня ограбили — я злюсь. Я ем мороженое — я счастлив». Мировосприятие означает, что ваш персонаж пластичен — то есть может меняться или трансформироваться с приобретением опыта. Мировосприятие может изменяться, но только шаг за шагом, по мере получения соответствующего опыта. Вернемся к нашему подозрительному парню. Стоит ему приобрести опыт доброго отношения со стороны людей — и его точка зрения может начать меняться. Даже воспринимая мир как жутковатое место, можно поступать так, чтобы сделать его менее опасным. А воспринимая мир как средоточие счастья, всегда можно столкнуться с обстоятельствами, которые омрачат картину.
Жизненная трагедия множества людей состоит в том, что при наличии выбора между собственной «правотой» и возможностью быть счастливыми они неизменно выбирают «правоту». В этом и заключается максимальное удовлетворение, которое они себе позволяют.
Психиатры скажут вам, что люди не меняются. Допустим, вы вышли замуж за бездельника. Через тридцать лет рядом с вами окажется постаревший, растолстевший и полысевший бездельник. Но персонажи в комедиях действительно меняются. В ситкомах создается ощущение, что персонажи и ситуации не меняются никогда, но даже там персонажи с весьма четкими взглядами на жизнь эволюционируют, изменяются и меняются полностью — иногда лишь в мелочах, в зависимости от того что с ними происходит. Четверо чудаков из «Теории Большого взрыва» по ходу действия все обзавелись подружками. Лу Грант из «Шоу Мэри Тайлер Мур» (Mary Tyler Moore Show), представ перед нами грубым циничным брюзгой в самом начале, приобретает некоторую мягкость с течением лет и под влиянием Мэри Ричардс. Он, конечно, эту мягкость скрывает, но вы-то знаете, что она где-то притаилась в ожидании очередного повода проявиться. То же самое относится и к Луи Де Пальме в «Такси», к Дебре и Мари в ситкоме «Все любят Рэймонда» и к Сью Силвестр в «Хоре» (Glee). Оставаясь неизменными по своей сути, персонажи постепенно меняются — в крошечных, но многочисленных деталях. Так точно и в жизни. У каждого из нас собственное мировосприятие, и оно всегда — постепенно, шаг за шагом — претерпевает изменения по мере накопления опыта.
И если в ситкомах такие перемены несущественны, то во многих кинокомедиях происходит полная трансформация персонажа. Например, в романтических комедиях любовь — это магическая сила, превращающая придурка вроде Фила Коннорса из «Дня сурка» в милого парня, практически святого. В течение двух часов персонаж художественного фильма приобретает опыт, которого хватило бы на целую жизнь. Даже персонажи второго плана в художественных фильмах иногда претерпевают значительные метаморфозы.
Любой стереотип ограничивает персонажа в поведении и действиях. Мировосприятие дает персонажам полную свободу поведения и действий. Для Шелдона из «Теории Большого взрыва» мир — это математическая задача, которую необходимо решить; поэтому, желая приобрести побольше друзей, он просто придумывает алгоритм для решения этой задачи.
ШЕЛДОН
Отлично, ты как раз вовремя. Мне кажется, я выделил алгоритм для приобретения друзей.
ЛЕОНАРД
Шелдон, алгоритмов для приобретения друзей не существует.
ГОВАРД
Ты его выслушай. Если он дело говорит, то мы арендуем палаточку на «Комик-Кон»[31] и кучу денег заработаем.
ШЕЛДОН
Суть мне удалось выразить графически. Благодаря этой схеме мы выйдем на процесс в целом.
ГОВАРД
А может, стоит сажать его в клетку, когда выходишь из дома?
ШЕЛДОН
(по телефону)
Привет, Крипке. Да, это Шелдон Купер. Мне пришло в голову, что ты ни разу мне не перезвонил, потому что я ничего конкретного не предложил, ну, по поводу нашей дружбы. Может, мы могли бы как-то поесть вместе... понятно. Может, у тебя найдется время выпить напиток погорячее... обычный набор вариантов: чай, кофе, какао... Ясно. Нет, нет, погоди. Не клади трубку. Как насчет рекреационной деятельности? Уверен, у нас есть некие общие интересы. Какие интересы у тебя? Правда? На настоящих лошадях? А еще какие интересы? Нет, нет, прости. Я вхожу в воду только по крайней необходимости. А еще какие интересы?
ЛЕОНАРД
Ого. Вошел в бесконечный цикл.
ГОВАРД
Сейчас исправим.
ШЕЛДОН
М-м-м-м-м. Интересно. Но разве чревовещание по определению не есть индивидуальная деятельность? Да? А еще какие интересы? Угу. А может, ты любишь обезьян? Да что с тобой? Обезьян любят все. Не клади трубку, Крипке.
(Проверяет изменения, которые Говард внес в его схему)
Счетчик цикла? И выход на вид деятельности, вызывающей минимальное число возражений! Говард, потрясающе! Удивляюсь, как ты это понял.
ГОВАРД
Интересно, и почему Шелдону не удается ни с кем подружиться?
Завидев паука, Адриан Монк из сериала «Монк» просто не знает, что делать. Но если его потребность раскрыть преступление больше, чем страх перед пауком, получается конфликт, который, как вы надеетесь, ему удастся решить на этой неделе. Но через неделю, в следующей серии, его жизнь опять оказывается во власти фобий, и возникает новая проблема. Самый счастливый день в его жизни наступает, когда он входит в стерильную комнату. Если ему приходится заменить учителя, то попытка написать свое имя на доске растягивается на целый день, потому что он должен написать его идеально. Вы начинаете с мировосприятия персонажа, пытаясь сохранить ему верность, когда придумываете различные векторы силы, которые тянут и толкают его в разные стороны. Людям, стеснительным по определению, трудно знакомиться с новыми людьми. И все же они как-то умудряются заводить детей.
Иногда метафорой становится Обрамление; под этим понимается, что мы (сценарист, режиссер или актер) видим всю сцену определенным образом. Это часто происходит в «Сайнфелде». Джерри находит библиотечную книгу, которую забыл сдать, тут же совершенно неожиданно появляется Детектив Из Библиотеки, и эпизод превращается в настоящий фильм нуар с диалогами в соответствующем стиле. Или Джерри приходит в голову сменить парикмахера, и сцена превращается в оперу-буфф (итальянскую комическую оперу), где Джерри прячет нового парикмахера в шкафу, чтобы прежний парикмахер того не обнаружил.
В приведенной сцене из «Друзей» (серия «Про новую подружку Росса» / The One With Ross’s New Girlfriend) Фиби по ошибке весьма неудачно подстригла Монику, просившую сделать ей стрижку в стиле Деми Мур, а Фиби услышала «Дадли Мур» — со всеми вытекающими отсюда последствиями. Друзья ждут у двери спальни с тем, чтобы поддержать и утешить пострадавшую, а «обрамление» эпизода — типичная «Сцена в больнице».
РЕЙЧЕЛ
Как она?
ФИБИ
Ничего определенного пока сказать нельзя. Она отдыхает, а это уже хороший знак.
РОСС
А как волосы?
ФИБИ
Не буду врать, Росс. Положение сложное. Я с одной стороны прикрепила зажим, вроде бы завитушки стали поменьше.
ДЖОИ
А к ней можно?
ФИБИ
У тебя слишком красивая прическа. Боюсь, это ее огорчит. А ты, Росс, можешь войти.
И вновь единственная оригинальность здесь — отсутствие оригинальности. Стандартная больничная сцена из мелодрамы перенесена в ситком «Друзья» — но результат однозначно комичен.
Создавая «обрамление», можно решить в определенном стиле и большие эпизоды, целые главы истории. Присваивая «главе» название, вы делаете акцент на «обрамлении». Приведенный эпизод из фильма «Все без ума от Мэри» можно озаглавить «Кавалер для выпускного».