Стив Каплан – Скрытые инструменты комедии (страница 17)
Если захотелось наехать на почтовые ящики, то пусть бы лучше Ральф рулил!
Вопрос Фила вовсе не риторический; он в поисках ответа, любого ответа. И несмотря на то что с нашей точки зрения Фил может получить идиотский ответ, который на самом деле ему не поможет, он открыт для любого решения, которое покажется жизнеспособным и поможет (а вдруг?) одержать победу. Вот почему он слушает. Он задает реальные вопросы, ищет реальные ответы, и, если ему кажется, что услышанное может хоть как-то помочь, он немедленно воплощает идею в жизнь. Фил постоянно в поисках решения своей проблемы.
Заводится двигатель припаркованной полицейской машины, раздается звук сирены.
ДАЛЬНОБОЙЩИК 1
Думаю, они хотят, чтобы ты остановился.
ФИЛ
Держитесь.
Фил совершает рискованный разворот в три приема и начинает двигаться задним ходом, стараясь уйти от полиции. Несколько полицейских машин продолжают преследование.
ФИЛ
Всю жизнь только и слышишь: «Убери в комнате», «Стой прямо», «Подбери ноги», «Будь мужчиной, терпи», «Не обижай сестру», «Не смешивай пиво с вином... никогда!» О, и еще: «Не выезжай на железнодорожные рельсы».
На этих словах ФИЛ направляет машину как раз на железнодорожные рельсы.
ДАЛЬНОБОЙЩИК 1
(окончательно проснувшись)
Фил, вот с этим, пожалуй, соглашусь.
В «Дне сурка» Филу позволено решать свою проблему в меру сил и возможностей. И если он не может этого сделать или если его решения иногда кривоваты, это лишь потому, что он — Не-Герой.
Глава 7. Не-Герой
Всегда хотел оказаться последним парнем на Земле, лишь бы узнать, обманывают ли меня все эти женщины.
Раз уж мы собираемся говорить о Не-Герое, давайте сначала поговорим о Герое. Итак, кто же такой Герой? Герой — вероятно, некто, похожий на Чарльза Бронсона. Чарльз Бронсон? «Жажда смерти» (Death Wish)? «Большой побег» (The Great Escape)? Ладно, выдаю свой возраст. Но когда я рос, Чарльз Бронсон был запредельным Героем. Черты лица резкие, невзгоды переносит мужественно; хочется, чтобы именно такой жесткий парень оказался в драке на твоей стороне. Итак, представим себе сценарий.
В комнате — Чарльз Бронсон, против него — дюжина вооруженных парней. Кто победит?
Ну, конечно, Бронсон. А почему?
Просто потому, что он Герой? На нем что, написано: «Привет, я Герой», и когда он входит в комнату, то все сразу же падают замертво? Нет, он Герой, потому что писатели и продюсеры одарили его персонаж ВСЕМИ НАВЫКАМИ И УМЕНИЯМИ, НЕОБХОДИМЫМИ ДЛЯ ПОБЕДЫ (в некоторых из них даже нет необходимости, просто они хорошо выглядят в резюме при устройстве на работу). Он первый во всем: ловко обращается с оружием, прекрасный стратег и тактик, самый меткий стрелок, замечательно переносит боль (прострели злодею плечо — и ему конец, а угоди Бронсону в лоб — он шлепнет на рану пластырь и побежит дальше). Да он еще и экстрасенс! Бронсон входит в комнату, за спиной у него — мусорный бак, из которого выскакивает террорист с «Узи» в руках. Тот еще только собирается выстрелить — а Бронсон уже успевает обернуться и заехать ему промеж глаз! Как он вообще узнал про этого парня? А знаете, что произошло бы со мной, если бы я оказался в комнате, а из мусорного бака вылетел парень с «Узи» в руках? Я бы для начала умер от инфаркта.
А сейчас пусть Вуди Аллен окажется в комнате с дюжиной вооруженных громил. Вы только представили себе эту нелепую картинку, а уже фыркнули от смеха. Потому что Вуди не обладает никакими навыками или умениями (разве что остроумием) для того, чтобы справиться с подобной ситуацией. Он просто трус во плоти, с оружием обращаться не умеет, боли не переносит. Однако, несмотря на полное отсутствие нужных навыков, ОН НЕ СДАЕТСЯ! «Эй, ребята, не стреляйте в меня! У меня кровь плохо сворачивается! Я весь ковер испорчу!» (А может, Бен Стиллер выглядел бы посмешнее в подобной ситуации? Или Сет Роген? Или Тина Фей? А может, Кристен Уиг[23]?
А посмотрите, какой силой обладает Не-Герой! Достаточно просто сказать: Вуди, Бен или Тина в комнате, а вокруг дюжина вооруженных парней — и люди уже смеются. А ведь вы еще не написали ни одной шутки, не придумали ни одного трюка. Нет ни диалога, ни синопсиса, ни названия. Только узнаваемый персонаж, ситуация — и комедия готова.
Для демонстрации этого инструмента необходимо провести еще один эксперимент. Двух слушателей семинара просят принять участие в импровизационной игре под названием «Эксперты». («Просят» — пожалуй, громко сказано. Я просто указываю на двоих и благодарю их за то, что они согласились «добровольно». Обычно выбираю привлекательную актрису и крупного парня поплотнее, который, судя по виду, вряд ли станет подавать на меня в суд, если эксперимент пойдет вкривь и вкось. Через минуту поймете, почему.)
Я объясняю им, что они участвуют в новом ток-шоу. Женщине (назовем ее «Энни») говорю, что она — ведущая нового ток-шоу (назовем его «Доброе утро, Энни»), а мужчине (назовем его «Эрик») — что он эксперт в любой области на выбор. Рассказываю ему также, что в этой игре он должен следовать двум правилам: отвечать на вопросы и оставаться на месте после начала интервью (то есть он не имеет права уйти). Потом прошу Эрика выйти и в это время сообщаю Энни дополнительную информацию, а именно: «Всякий раз, когда Эрик произнесет слово со звуком «К» (например, «компьютер», «прыжок», «наклон»), ты должна шлепнуть его по лбу».
Погодите, знаю, о чем вы сейчас думаете: «Конечно, смешно, когда красивая женщина несколько раз подряд дает по лбу здоровому парню. Но при чем здесь комедия?»
На самом-то деле очень даже при чем.
Прежде чем попросить Эрика войти, практикуюсь немножко с Энни, потому что — хотите верьте, хотите нет — некоторые женщины испытывают неловкость, когда им предлагают дать по лбу незнакомцу (мой опыт свидетельствует о том, что женщинам необходимо сначала немного узнать человека). Прошу Энни задать мне какой-нибудь вопрос и отвечаю словом, в котором есть звук «К». Поначалу участницы семинара неизменно решаются лишь на легкий щелчок по лбу. А это не годится по целому ряду причин. И главная из них заключена в формулировке Уравнения Комедии.
Прошу Энни шлепнуть меня так, чтобы раздался отчетливый звук. (Этот жест возвращает нас к шутам и клоунам средневековых празднеств и дальше — к древней Греции, где у клоуна в руках была дубина, а комический эффект достигался, когда клоун или шут бил кого-то дубиной или палкой. Причем палка была с полостью посредине: таким образом, били легким куском дерева, чтобы не было больно, но второй кусок палки при этом ударялся о первый кусок, и раздавался громкий звук. Это и был тот самый «слэп-стик», дословно — «удар палкой». А теперь термин «слэпстик» означает эксцентрическую комедию.)
Если шлепок не слышен, то трюк не срабатывает, потому что нет опасности, а значит, и
Я также говорю Энни, что, шлепнув Эрика по лбу, «не надо ничего ему пояснять. Действуй как ни в чем не бывало, то есть просто задавай следующий вопрос, и все. Услышав звук «К», стукни его снова». Практикуемся мы до тех пор, пока Энни не удается добиться четкого громкого звука удара, не повредив мне мозг и не выбив глаз. (Тут я действую мудро, заранее попросив ее снять кольца.) Итак, мы готовы к возвращению Эрика.
Эрик входит, я усаживаю его и Энни на стулья перед слушателями. И говорю всем, что с этой минуты все они — зрители нового ток-шоу «Доброе утро, Энни». Затем я объявляю: «Добро пожаловать в наше ток-шоу «Доброе утро, Энни»!» Наши якобы зрители аплодируют.
ЭННИ: Добро пожаловать в наше шоу.
ЭРИК: Доброе утро, Энни.
ЭННИ: И в какой области вы специалист?
ЭРИК: В компьютерах.
В этом месте слушатели обычно смеются. Но продолжим.
ЭННИ (без паузы): С какими же компьютерами вы работаете?
ЭРИК: С «Макинтошами».
ЭННИ: А как насчет персональных компьютеров?
ЭРИК (несколько осторожнее): С «Маками».
И снова зрители смеются. Эрик уже не так шокирован, просто немного сбит с толку.
ЭННИ: Итак, Эрик. Какой же компьютер ты посоветуешь нам купить? На этом этапе вмешиваюсь я.
СТИВ: Эрик, скажу тебе одну вещь: все дело в тебе.