Стив Каплан – Скрытые инструменты комедии (страница 10)

Первый инструмент комедии: делай то, что нужно, дабы «победить». В этом случае, если вы всего лишь младший партнер в юридической фирме, единственно разумное решение — ОТПРАВИТЬСЯ В СУД! Многие актеры в подобной ситуации говорят: «Но я юрист, я должен быть более собранным, у меня должен быть кейс, я должен сделать то или это». (Мягко говоря, увязают в этом «долженствовании» по самое не могу.)

Они делают все, что только можно от них ожидать, но при этом проблемы не решают! Таких актеров где-то учат, что цель актерской игры — стоять посреди сцены и говорить безостановочно. На занятиях с актерами я даю им возможность и дальше импровизировать, обсуждать, спорить и придумывать до тех пор, пока до них не дойдет, что достаточно просто выйти из комнаты — и проблема будет решена. Все это время я веду хронометраж. Когда наконец все актеры оказываются за дверью, останавливаю секундомер. В некоторых случаях, особенно если актеры прошли углубленную подготовку по системе Станиславского или методу Мейснера, на это уходит несколько минут — даже при том, что я постоянно напоминаю: «Вы уже опоздали на пять минут! Уже на шесть минут! Уже на семь минут!» Я дожидаюсь, пока все трое окажутся за дверью. Порой приходилось ждать минут по двадцать, пока они не догадывались просто выйти из комнаты.

Сколько бы времени это ни длилось, но, когда актеры возвращаются в комнату, я всегда приветствую их словами: «Поздравляю! Абсолютно приемлемое решение Классической Проблемы Трех Адвокатов». Допустим, им понадобилось семь минут, чтобы выйти за дверь, и тогда я говорю: «А сейчас я предлагаю вам решить Классическую Проблему Трех Адвокатов, но на этот раз я бы просто хотел, чтобы вы ее решили менее чем за семь минут». И мы продолжаем эту работу до тех пор, пока все три «адвоката» не поймут, что им разрешено «разрулить» проблему и что они могут буквально вылететь за дверь, лишь заслышав мою команду «Начали». В зависимости от площади комнаты человеку может понадобиться как минимум 3-4 секунды, чтобы вскочить со стула и выбежать из комнаты. Обычно. И тогда мы усложняем задачу.

На писательских семинарах мы продолжаем играть в эту игру, но с некоторыми коррективами. Там я отбираю троих участников, описываю им ситуацию (три адвоката уже на пять минут опаздывают на судебное заседание в четырех кварталах от них) и затем объясняю, как это не всегда доходит до актеров. Говорю им включить мышечную память и постараться выбежать из двери как можно быстрей, когда я скажу слово «Начали». Даже тогда нам приходится несколько раз практиковаться для того, чтобы они поняли: надо просто вылететь за дверь — и проблема будет решена.

Потом эксперимент становится интереснее. Добавляем больше усложняющих элементов. В конце концов, в жизни все непросто. Редко делаешь что-то одно. Большей частью нам приходится жонглировать энным количеством мячиков. Комедия говорит правду о жизни, а жизнь сложна.

Взять для примера меня: я не могу, просто физически не могу выйти из дома, если в раковине лежит хоть одна грязная тарелка. Не знаю, какой закон физики при этом нарушается или как это идет вразрез с существующим миропорядком, но мне не позволено выйти из дома, если в раковине лежит тарелка! Даже если я опаздываю. Даже если мне нужно успеть на самолет в Австралию. Но если в раковине лежит посуда, я должен остановиться в дверях, обернуться, прошествовать к раковине, взять тарелку, вымыть ее и поставить на сушилку. И лишь в этом случае мне разрешается выйти из дома[18]. Как бы я ни опаздывал, но «правило тарелки в раковине» необходимо соблюсти. Не спрашивайте меня почему. Надо, и все тут.

Суть в том, что, если хочешь «победить», нередко приходится делать много разных дел одновременно.

Итак, я говорю нашим трем «адвокатам», что они по-прежнему уже на пять минут опаздывают на заседание суда, которое проходит в четырех кварталах от их офиса, учитывая при этом, что там слушается дело, имеющее решающее значение для их карьеры. Но теперь я усложняю их программу действий.

Я ставлю каждому из них собственную «задачу» и прошу держать ее в тайне от двух других. На семинаре сценаристов я прошу этих двоих выйти из комнаты и тогда заговорщицки говорю оставшемуся: «Послушай, Карл, это только для тебя и аудитории. Не знаю почему, но по какой-то дурацкой причине ты не хочешь первым выйти за дверь. Ну, например, потому что первого уволят. Но и последним ты тоже быть не хочешь. Потому что в этом случае тебя могут уволить за нерадивость. Ты хочешь выйти за дверь вторым!

Но это твой тайный план действий, секрет, поэтому двум другим его рассказывать нельзя. А теперь выходи и скажи Деборе, пусть заходит. НО НИКОМУ НИ СЛОВА, договорились?»

Дебора заходит в комнату, я кладу руку ей на плечо и говорю: «Слушай, по знаку Зодиака ты Весы, а Весы любят равновесие. Итак, ты не хочешь выйти из комнаты первой, потому что таким образом окажешься впереди всех, а тебе это ни к чему. Последней ты тоже не хочешь быть. Ты хочешь выйти за дверь второй!

Ладно, а теперь можешь выйти — и скажи Элиоту, пусть войдет. НО НИКОМУ НИ СЛОВА!!! Это тайна, заметано?»

Слушатели семинара начинают понимать, к чему я клоню, Элиот заходит, и я говорю: «Ладно, теперь послушай, важную вещь скажу». Оборачиваюсь к слушателям: «Может, кто-то предложит что-нибудь интересное?» Всегда найдется доброволец, который скажет: «Как насчет того, чтобы выйти за дверь вторым?»

«Отличная мысль!» — отвечаю я и обращаюсь к Элиоту: «Слушай, Элиот, по какой-то непостижимой причине ты помешан на цифре два. У тебя две машины, два кота, двое детей. Ты живешь на 222-й улице со своей второй женой. Ты любишь цифру два. Поэтому ты не хочешь выходить из комнаты первым, ты также не желаешь выходить последним. Каким по счету ты хочешь выйти из комнаты?» — «Вторым?» — «Вот именно», — я указываю на ряд из трех стульев и говорю: «Садись».

Элиота уже «накрутили» насчет любви к цифре два, поэтому неудивительно, что, метнув взгляд на стулья, он выбирает средний стул. В этот момент в зале всегда звучит смех. То есть одно только понимание желаний персонажа и стоящих перед ним помех, а также наблюдение за его телодвижениями с учетом этих помех уже порождает комедию.

Затем я привожу двух других игроков. «Значит, договорились: у каждого из вас есть свой секрет, и все вы пытаетесь решить классическую проблему трех адвокатов. Когда я скажу «начали», это будет означать, что пять минут назад в суде, находящемся в четырех кварталах от вас, уже началось слушание дела, имеющего решающее значение для вашей карьеры... Начали!»

Это всего лишь эксперимент, и, как каждый эксперимент, он не всегда удается. Случалось мне грешным делом выбрать в участники начинающего актера, мнящего себя комиком, который незамедлительно начинал болтать вместо того, чтобы действовать — то есть вместо того, чтобы решать проблему. Ведь вы помните: решение заключается в том, чтобы быстро, на всех парах, вылететь из комнаты. Порой трое «адвокатов» неподвижно сидят на стульях, ожидая, что кто-то начнет движение первым — с тем, чтобы каждый из них мог стать вторым. По ходу мне часто приходится им напоминать еще одну важную данность[19], а именно: они уже на пять минут опаздывают на самое значимое событие в их профессиональной жизни. Иногда кого-то «осеняет», и он просто говорит: «Я выхожу из игры». Таким людям кажется, что это вполне резонный ход, который позволяет обойти проблему, но ведь она-то не решается. Однажды в Новой Зеландии был такой случай: я только-только проинструктировал первого участника и открыл дверь, чтобы пригласить следующего «адвоката», как первый обернулся и громко сказал: «Но ведь вы же не попросите каждого стать вторым?» Легко можете понять, что эксперимент в тот день удался не особо.

Но в большинстве случаев все трое несутся к двери, чтобы, добравшись до нее, резко сдать назад — и здесь звучит первый взрыв смеха. Потом начинается танец втроем в попытке надуть друг друга с тем, чтобы стать вторым. Некоторые делают обманные движения взад-вперед, чтобы спровоцировать одного из соперников броситься к двери. Иные начинают болтать, стараясь убедить того или другого участника выйти первым. Тем временем я не перестаю их накручивать: «Комедия дает вам разрешение на победу... Я даю вам разрешение на победу... Делайте то, что нужно для решения проблемы». Обычно одному из игроков все-таки приходит в голову мысль: «Я могу сделать все, что мне нужно, для победы». И когда он (она) осознает это, ему (ей) остается только наметить кого-то и силой вытолкнуть за дверь, чтобы пройти следом и оказаться вторым. Тем самым победить, показать себя полным идиотом — и создать комедию.

Один из лучших примеров — мой семинар в компании DreamWorks Animation. Аниматоры часто превращаются в исполнителей и даже режиссеров тех крохотных отрывков, которые создают. Они блистательные художники или программисты, но, как правило, специальных знаний о комедии не имеют, не говоря уж об актерской подготовке. Один из аниматоров, отобранных мной для решения Классической Проблемы, был очень высокий тощий паренек. Прозвучало мое «Начали» — и все, как обычно, бросились к двери. Уже у самого выхода двоим одновременно пришла в голову одна и та же мысль: если выбросить за дверь этого тощего долговязого парня (он был похож на зубочистку с руками и ногами, поэтому показался легкой добычей), а потом выскользнуть следом, то они окажутся вторыми. И победят! Итак, едва они его подхватили, приготовились сказать «раз-два взяли» и выбросить за дверь, как «доходяга» упер одну ногу с одной стороны двери, другую — с другой и вытянулся... в горизонтальную линию.