Стиг Ларссон – Все дни, все ночи. Современная шведская пьеса (страница 76)

Агнес (Класу). Что ты теперь собираешься делать? Твои желания всегда были для меня загадкой. Если ты и впрямь хотел, чтобы мы любили друг друга, чтобы у нас были дети, тогда я не понимаю, почему ты поступил так, как поступил.

Клас. Вопрос о желаниях стал для меня весьма — как бы это сказать — абстрактным. Я живу так... как живу.

Беата. Что управляет нашими жизнями? Можно было бы предположить, что чувства, но я не уверена, по-моему, это неверно. Я проголодалась.

Агнес. Да ты просто ненормальная! Вы оба ненормальные! Надо же! Вы хотите сказать, что любите друг друга?! Не смешите! (Беате.) И ты!

Клас (садится на пол). Мне плохо. Господи, голова кружится.

Агнес. Ну что там еще! Может, тоже забеременел! А!

Клас. Погоди. Скоро, наверное, пройдет. (Стискивает зубы, его рвет прямо на ковер.)

Агнес. Скотина! Тварь! Нет, это черт знает что! Ложится и блюет на мой пол! Идиот! Свинья! Осторожно с ковром! Дьявольщина! Сделай же что-нибудь! Сегодня же воскресенье! Не желаю я всего этого, не желаю больше так жить! Хочу в отпуск!

Беата приносит из ванной таз, который ставит на пол. Потом начинает вытирать тряпкой.

Сука! Монашка чертова! Спешит на помощь мужику! Господи, за что! Чем я заслужила все это!

Клас (лежит с позеленевшим лицом, стонет. Одной рукой слабо шарит в воздухе). Пожалуйста. Кто-нибудь. Я умираю.

Беата садится на пол чуть поодаль. Спустя мгновение берет его руку. Перебирает пальцы.

Прости меня. Я не хотел. Мамочка!

Беата (порывшись в карманах). Хочешь жвачки?

Клас. Да, спасибо.

Беата сует жвачку ему в рот.

Мне страшно. Понимаешь? Точно бы вы обе уселись на меня и только и ждете, когда сможете отрезать мне член.

Беата выпускает его руку.

Нет, не отпускай. Держи меня за руку, прошу тебя, сожми покрепче. А то я, чего доброго, утону. Агнес?

Агнес. Что?

Клас. Мне ужасно плохо. А ты в порядке? С тобой все в порядке, дружочек?

Агнес молчит.

Беата (сидит, отвернувшись, глядя в окно, судорожно сглатывает, бормочет). Мне тоже нехорошо.

Клас. Как же трудно жить. Странно. О Господи, мне надо выйти. (Встает, выбегает в ванную, запирает дверь. Оттуда доносятся соответствующие звуки.)

Беата. Я умираю с голоду. Я должна поесть. Я так нервничала перед приходом сюда, что не смогла проглотить ни кусочка.

Агнес (бросает ей яблоко, Беата начинает жадно жевать). Зачем ты пришла?

Беата. Ты меня попросила. Позвонила и попросила прийти как можно скорее. И только тогда призналась, что сделала аборт. Я же этого не знала.

Агнес. Ты знала достаточно и без этого. Знала все про нашу жизнь. Я же только с тобой делилась, и ты была такая понятливая! Такая чертовски понятливая! Все понимала! Господи, ну и тупица. Если бы ты мне сказала про Класа, я бы тебе кое-что открыла. Он сделал это, только чтобы отомстить мне, неужели не ясно. Посильнее уязвить меня, ведь ты моя ближайшая подруга. И после этого ты являешься сюда!

Беата. Я уже не помню, зачем пришла. Чтобы любить или чтобы уничтожить? Дорога сожрала мои потребности. Сердце колотилось все сильнее, ты ведь ничего не знала. И вот я здесь, но сейчас ощущаю только усталость.

Агнес. Эта твоя восторженность просто смешна. Ты уродина, вот и все.

Беата. Зато у меня осталось что-то, чего нет у тебя, наконец-то у меня есть что-то, чего нет у тебя!

Агнес. Ты врешь. Уверена, ты все придумала. Я нисколечки в это не верю.

Беата. Сколько лет я это уже слышу. У тебя есть муж, который тебя действительно любит, а ты только кокетливо хнычешь, что он, мол, тебя не понимает! Ты-то его понимаешь?

Агнес. А ты?

Беата. Я защищаюсь. Должен же хоть кто-то на этом свете меня любить. Бог меня любит.

Агнес. А вдруг все это лишь сон? Ты сюда не приходила. Тебя здесь нет.

Беата. Ты простишь меня тогда?

Агнес. Как правильно поступить? Могу ли я вообще как-нибудь поступить?

Беата. Дай выход своим чувствам.

Агнес. Я могу снова и снова пожелать, чтобы мне никогда больше не пришлось видеть тебя. И его. Господи, если другой человек действительно мешает, всем своим существом, всем! Меня тошнит, тошнит от этого. А блюет, естественно, он. (Разглядывает Беату с неподдельным изумленным любопытством.) Он тебе нужен?

Беата долго молчит, под конец ее начинает бить отчаянная дрожь.

Ты тоже улитка, удивительная улитка. Я всегда восхищалась твоим самообладанием. Что... что... ты ощущаешь?

Беата. Ты о чем?

Агнес (неуверенно). Ну, ты хочешь... хочешь ребенка?

Беата. Не знаю.

Агнес. Собственно говоря, мы все беременны так или иначе, постоянно. Я имею в виду то, что происходит в нашем теле, происходит все время, что бы мы ни делали. Значит, тогда единственная разница — это ребенок. Твой ребенок.

Клас (резко дергает ручку двери ванной, начинает колотить в дверь). Помогите! Я не могу выйти! Эй!

Агнес. В чем дело? Поверни ручку. Открывай! (Идет к двери ванной.)

Клас. Я поворачиваю, черт побери! Вы что, меня заперли? Откройте! Выпустите меня! (Колотит изо всех сил.) Ведьмы! Прекратите!

Агнес. Успокойся.

Клас. Я спокоен! (Бешено колотит.) Дьявольщина!

Агнес. Поверни вправо! Хотя нет, погоди, влево! Влево! Ты же знаешь, замок немного туговат. Дерни посильнее и поверни одновременно!

Из ванной доносится звук бешеного удара в дверь.

Клас. Она отвалилась. Вся эта чертова штуковина отвалилась! О-о-о-о! Дьявольщина! В этом вся ты! Не могла привести в порядок такую ерундовину!

Агнес. Но раньше такого не случалось! Надо просто немножко покрутить, вот и все.

Клас (рычит). Покрутить! Покрутить! Не хочу! Я хочу ребенка! Черт побери, я хочу ребенка! Дьявольски несправедливо, что у вас на это монопольное право. Слышишь? Агнес!

К двери подходит Беата.

Агнес! Маленького человечка, за которого я буду в ответе. Кого-то, кто будет мне верить. Крошечная ручка. Подумать только, показать этот мир, пусть он дерьмовый и мерзкий, но на него будут глядеть совсем невинные глаза. Вот, сынок! Вот как это все выглядит. Вот это твоя жизнь.

Агнес. Клас!

Клас. Я хочу его! Хочу!

Агнес и Беата переглядываются.

Беата собирается что-то сказать в дверь, но раздумывает.

Агнес (удивленно). Ребенка. Ребенка.

Беата возвращается в гостиную.

Клас!