Стейси Хиллари – Сирена: Легенда о Морской Королеве Vol.1 (страница 12)

– С тобой все в порядке? – осторожно спрашивает Селестина.

– В порядке? Со мной? – усмехается вдовствующая королева, доставая сложенный платок и начиная вытирать лицо. – Слово «порядок» перестало иметь смысл ровно с того момента, когда умер Франсуа. До этого было еще более или менее.

– Ты его любила? – присаживается рядом и шепчет практически свои слова.

– Конечно же, я его любила. Иначе он не был бы моим кумар-энайд. Мы были похожи. Было взаимопонимание. Даже когда все было очень плохо, я была рядом с ним, а он со мной. Только ради него я и оставалась в этом проклятом замке, участвовала в политической жизни. Я этого не хотела, понимаешь? Я хотела простого счастья и спокойствия. Однако любовь к Франсуа взяла вверх, – Сейлан говорит медленно и спокойно. Смотрит в потолок, на руки, на полы платья, грустно улыбается вспоминая. – Когда лекарь объявил, что он умер, мне показалось, будто все умерло тоже. Я не могла поверить, хотя и знала, что люди живут в два раза меньше, чем мы. Я могла вернуться домой, в море, но не могла оставить Жана одного. Он был частью моря, как и ты. Морская вода текла в его жилах. Ты мне не поверишь, но в Леонардо она тоже есть. Небольшая часть, но все же. А потом не стало Жана. Я думала, что уже пора, уже можно вернуться обратно, однако оставался Люсиан, мой внук. Ты, Селестина, помнишь его. Мне следовало догадаться, – тяжело вздыхает королева, закрывая лицо руками, а потом запускает их в волосы, полностью растрепав прическу.

– Догадаться о чем? – спрашивает графиня.

– Сначала смерть Жозефа – твоего мужа, на следующий год смерть Франсуа, через два года умирает Жан, а еще через год и Люсиан. И все, к власти приходит следующая мужская ветвь – Леонардо Кастильо. В моем мире есть поверье, что если кто-то из членов семьи умер раньше срока, не считая охоты, разведки, боя, то последуют и другие смерти. Обычно мы начинаем искать причины и пресекаем эту закономерность. Мне следовало найти причину смерти твоего мужа. Не может быть так, чтобы молодой мужчина умер через неделю после свадьбы. Но прошлое не вернуть, Селестина, – Сейлан поднимает фиолетовые глаза на дочь, у которой грусть и скорбь написаны на лице. – Ты бы знала, как я хочу домой, – шепчет так тихо, что едва различимы слова. Будто русалка боится их произнести, потому что желание может исполниться совершенно не так, как хотелось бы.

– Все будет хорошо, – также шепчет Селестина, накрывая постаревшие руки матери, но Сейлан только мотает головой, прикрывая глаза.

Вдовствующая королева знает, что дальше будет только больше и хуже. Не раз так уже происходило. Вдовствующая королева устала так жить, однако каждый день просыпалась и выживала. Ее жизнь и судьба легендой стали, потому что. А ей надо поддерживать ее, как бы говоря, что раз я смогла, то и вы сможете. Сейлан живет с такой мыслью последние десять лет. Только за ее счет и выживает. Иногда даже кажется, что это в ее крови, ведь не думала уйти из обоих миров, в другой – потусторонний, где жили существа и находились предметы более мистические, чем она сама, будучи русалкой.

– Ладно, – тяжело вздыхает Сейлан, поднимает голову, собирая все расклеивающиеся частички воедино и заново их скрепляя, как и флакон со всем плохим, что когда-либо случалось. Не время впадать в меланхолию. – Надо за работу.

– За какую? – искренне удивляется Селестина, смотря на поднимающуюся королеву, которая полностью распускает волосы, доходящие до середины спины, и смывает остатки макияжа водой из уцелевшего кувшина. – Тебе надо отдохнуть.

– Не время отдыхать, Селестина, – ровным и спокойным голосом говорит Сейлан, перебирая каштановые, с легкой проседью, волосы. – Нам надо помочь Эйлин. Леонардо скоро к ней пойдет. Она должна знать. Кроме того, мне нужно, чтобы одна из придворных русалок передала весть морским королям. Они сейчас не вылезают из своих совещаний. И надо узнать, в курсе ли Эйлин, кто она.

– Твои планы безрассудны! – возмущается графиня, поднимаясь и отряхивая полы платья. Но Сейлан остается непреклонной, держит заново построенную королевскую выдержку, будто не у нее была полчаса назад истерика.

– Без таких планов не выстроишь свой собственный мир, – мягко произносит королева. – Приведи в мои покои служанку-русалку и скажи, чтобы она мне заплела волосы. Сегодня я хочу попробовать новую прическу.

– Это не вызовет подозрения у Леонардо?

– Нет, я всех служанок-русалок прошу время от времени заплетать мне волосы, – вдыхает свежий воздух Сейлан, стоя около открытого окна. – А пока я пойду к Эйлин.

Вдовствующая королева смотрит, как Селестина, хмурясь, кивает. Видит, что дочери не нравится, но ничего поделать с этим не может. Это их обязанность поступать безрассудно и неправильно. Королевская семья же. Графиня выходит из комнаты, а Сейлан стоит около окна несколько секунд с закрытыми глазами, снимая на это время маску королевы. У нее распущены волосы, нет макияжа – практически как тогда, когда она была свободна. Только омрачает все, что даже в ее молодости, до обряда ей приходилось вплетать ракушки и украшения в волосы. Хотя бы оно удовольствие доставляло. К сожалению, сейчас она вдовствующая королева Королевства Ноли и не может позволить себе ходить по замку с распущенными волосами, но ей уже все равно на правила. Она открывает глаза, бросает взгляд на кусочек море и выходит из башни.

Сама выпросила это помещение у Луи Морена, отца Франсуа, чтобы заниматься своей королевской работой, вести записи о подводном мире; интересно было: что в нем происходит, как они стали морскими жителями, раз так похожи на людей. Но со временем королева поднималась в башню все реже, а королевские дела начала решать из своих покоев. Комната оставалась пустовать, пока Сейлан вновь не заплывала в море и не узнала последние новости подводного мира. После воцарения Леонардо она несколько раз пропадала со двора, пока король не запретил, а потом и вовсе перестала. Русалка забросила бы свою работу, но Селестина всегда интересовалась подводным миром; он был небольшой ее частью, поэтому Сейлан и не оставила ее. Информацию получает от русалок, которые живут в замке под ее крылом. Она их собрала незадолго до воцарения Леонардо, догадывалась, что они ей пригодятся. Так и произошло.

Королева спускается по лестнице и выходит на переход между каменными строениями, на котором стояла вчера и разговаривала с Эйлин языком жестов. Открытое место между башнями, которое выходит, как раз туда, где Леонардо приказал держать русалок. Сейлан смотрит на сирену, которая лежит в воде с раскинутыми руками и глядит в небо, полностью покрытое облаками, пропускающие яркие лучи солнца.

Она снимает корону, которую надела перед выходом из башни, и пытается рубинами поймать солнечный блик, направляя свет в сторону сирены. У нее получается довольно быстро, и «солнечный зайчик» попадает как раз на лицо Эйлин, а потом и на глаза. Та жмурится и приподнимается, пытаясь понять, что происходит. Она оглядывает гвардейцев, которые даже не смотрят в ее сторону, а потом поворачивает голову в сторону замка, натыкаясь на фигуру в зеленом. Эйлин садится в воде, приветствуя королеву движениями:

– Приветствую, вас, королева Сейлан. Вы пришли мне поведать новости?

– Приветствую, тебя, моя королева. Сложно сказать. И да, и нет. У Леонардо появились планы на твой счет, я не смогу ему помешать. Однако у меня есть план, как заставить твоего отца и других королей выплыть на переговоры с королем Королевства Ноли, – Сейлан решила попытаться узнать, что Ронан и Линетта ей рассказали или не рассказали.

– Простите, но я не ваша королева. И не королева вовсе. Мне хотелось бы верить, что ваш план подействует.

– Я бы тоже хотела верить в это, моя королева. Не спорь, ты – королева, даже если не знаешь этого пока. До новой встречи.

Сейлан кивает ошарашенной сирене, которая не может руки поднять, чтобы попрощаться. Но королева не может долго тянуть. Пусть Эйлин подумает, что Леонардо собрался на ней жениться. Пусть Эйлин думает, что она станет королевой, которая будет выше ее по положению. Пусть Эйлин морально готовится к этому. Лишь бы не забыла, что она принцесса подводного клана и имеет право на свои личные потребности и желания. Сейлан хочет, чтобы та понимала, куда ей предстоит попасть, если у нее не получится. Лучше, если сирена будет готова в случае проигрыша русалки, чем будет надеяться на благоприятный исход. И не важно, получится ли у нее реализовать свой план. Она знает, что Леонардо непреклонен в своих решениях и так или иначе будет идти до конца.

Королева идет по многочисленным коридорам в свои покои. Селестина уже должна была найти служанку-русалку, которую Сейлан лично вплетала в человеческий мир и знакомила с двором, придумывая им легенды, новые имена, историю их семьи, откуда они. Королева Сейлан хотела иметь личных людей в замке, которые будут полностью ей доверять и иметь связь с подводным миром. И сейчас она готова воспользоваться тем, что запрещено. Ради Эйлин Сейлан готова пожертвовать собственной жизнью, потому что цена за нарушение приказа и заплыва в море служит смерть через лишение головы. Измена Королевству, потому что. Сейлан только усмехается, ведь она тогда и не поднялась бы на поверхность, но проверять не станет. Это же единственный и последний шанс оказаться в море.