Степан Мазур – Варленд (страница 6)

Он постоянно говорил «наши», потому что верил, что лучше Империи нет места на всей земле и все здесь друг за друга горой… не считая Рэджи Голованя. Но ведьма видела и другой мир.

– Карательных отрядов из легионов не хватает на то, чтобы прочесывать каждую лигу леса, – спокойно ответила седая ведающая мать. – А где орки, там и шайки разбойников всех мастей. Их вешают, отрубают головы или лишают руки, но часто они вовсе избегают правосудия, когда другие бандиты выкупают их у легионеров. Имперцы ослабли. Люди продаются и покупают.

– Покупают? – не понял Андрен.

– Солдаты голодны. Поставки прерываются. На своей службе они видят лишь смерть и лишения. А их офицеры ищут любую возможность, чтобы урвать кусок пожирнее.

– Зачем они это делают?

Ведьма вздохнула:

– Все ищут выгоды, желая уцелеть в хаосе вечных стычек. Потому одним смерть, другим золото. Это жизнь, мальчик мой. Ты поймёшь её позже.

– А что же наш император? Разве он не должен наводить порядок среди подчинённых?

– Императору уже не под силу изменить этот уклад. Он латает дыры на границе дольше, чем появляются новые. Поколения не успевают расти, чтобы решить накопившиеся проблемы. Империя отхватила столь большой кусок земли, что не может полноценно удержать. Потому сама будет распадаться на части. Грядут смутные времена, Андрен. Стань сильнее. Это лучшее, что ты можешь сделать, чтобы помочь тем, кто слаб.

Малец посмотрел на бледное лицо подруги. В свете лучин казалось, что Чини не дышала. Он даже испугался.

– Она не дышит?

– Дышит.

– Но…

Ведьма молча поднесла зеркальце к лицу. То тут же запотело.

– Дышит! – обрадовался Андрен Хафл и тут же припомнил. – Чини взяла воду из бочки и расплескала всё вокруг. А что, если бы она использовала колодец? Элементаль стал бы больше? Сильнее?

– У нас нет колодца… Точнее, нет сил и средств, чтобы его выкопать, – напомнила ведьма. – Возможно, она спасла бы всю деревню, встреть врага у реки. Но кто ж знал, что те нападут из леса. И кто знал, что у нас зреет сильный маг воды?

– Водные маги настолько опасны? – переспросил он с интересом в голосе.

– Водные маги могущественны там, где хватает вод. Реки ли это, озера, или грунтовые воды, не важно, – объяснила ведьма, понимая, как много пробелов в голове юнца и как о многом они ещё не говорили вместе, когда он возвращался к Рэджи. А вместе с тем довела до его сведения. – Водные маги нужны Империи, поэтому я и отправляю её учиться в Академию Воды.

– А я? – тихо спросил Андрен. – Что будет со мной?

– А ты… – тут ведьма сбилась. – А знаешь? Может ей вовсе не хватило бы сил у реки? Может, сейчас бочка с водой – это её предел? Большего мы не знаем.

Андрен прикусил губу. Он видел целый водный столб у реки. Но говорить о том ведьме не стал. Какая уже разница? Мастер-маги и без его участия Чини как надо раскроют.

– Это ведомо лишь богам, – буркнул мальчик. – Наше будущее в их руках.

Ничего не сказала Мэги, лишь оттёрла подопечную от грязи на лице, затем подхватила и уложила на свою кровать с помощью Андрена.

– Но тётушка Мэг, я тоже маг, – кряхтел малец, помогая. – Я опалил Рэджи бороду!

– Огневик? Да неужто? – Мэги обхватила мальчика за хилые плечи, подвела к лучине и с сомнением в голосе сказала. – Покажи это. Вот едва тлеющий фитиль. Напитай его силой. Разгони темноту. Заставь его вспыхнуть ярче. Это под силу любому огневику. Нет для них задания проще. Уж я-то знаю… я пришла из тех земель, где стоит академия Огня.

Андрен кивнул и приблизил руки к фитилю. Попытался представить мощное пламя, горящие крыши домов, но… ничего не вышло. Пламя не стало ярче. Тени даже не шелохнулись.

Мэги устало вздохнула:

– Вот что я скажу тебе, Андрен Хафл. Тренируйся лучше больше с мечом. Деревне нужны стойкие защитники. Не всем волшбой владеть. Кому-то и рубить-колоть. А если крепко держишь в руках оружие, то в армии всегда свой кусок хлеба получишь. Не придётся голодать.

– Но я вправду огневик! – заспорил Андрен. – Тётушка Мэги, дайте мне ещё один шанс!

Послышались разговоры, шаги. В дверь требовательно постучали.

– Мэги, старая карга! – голос Рэджи невозможно было перепутать. – Почему у твоего дома вкопан в землю орк? Неужто это ты приманила к нам зеленокожих этой жертвой?!

Ведьма отворила дверь, с ходу огрев десятника по голове посохом:

– Что ты несёшь, старый дурак! Это был один из нападавших. Ещё раз услышу подобное обвинение в свой адрес, и в землю будешь закопан ты, трус!

– Я трус?! – отскочил он, потирая лоб. – Это же ты приманила орков на нашу деревню, вот они и пришли мстить за своего!

– Это – чушь. Они пришли грабить и убивать, пользуясь тем, что Арвиль давно не контролирует округу, а легионы слишком раскиданы вдоль северной границы.

– Твоё слово против моего! – стоял на своём десятник.

Ведьма смерила его недобрым взглядом и бросила в лицо:

– Где был твой меч, когда пришли зеленокожие?!

– Да ты белены объелась! – потирая шишку на лбу, закричал десятник, отступив ещё на два шага. – Я побежал подавать сигнал легионерам!

– Дети подают сигнал, когда взрослые берут в руки оружие, – ответила Мэги, наступая на Рэджи за порогом. – Или эта поговорка не для тебя, вояка?

– Дикая бабка! Ох, и доберутся до тебя светлые, ведьма! Все твои ритуалы на чистую воду выведут! – пообещал десятник, отступая от дома. – А что людям не помогаешь, так тебе припомнят!

– Я не помогаю? – удивилась откровенной клевете Мэги. – Я детей сберегла, пока ты бегал.

– Да что твои дети, если людям жить будет негде? А как дома в зиму уцелеют, бабы ещё нарожают.

– Закрой свой рот, пока я его не запечатала заклятьем!

Десятник хотел сказать что-то ещё, но не стал. Так и ушёл, проклиная весь ведьмин род. Природница только осмотрелась в палисаднике. Уцелевшие жители деревни в конце улицы тушили дома. Вёдра передавались из рук в руки. Люди встали цепочками и помогали друг другу. Кто с плачем, кто с грустными лицами, перепачканными в саже, все работали как один. Другой помощи не будет, кроме соседской. По павшим и украденным утром слёзы лить будут.

Мэги вновь закрыла дверь. Её возраст не позволял много работать. Да и дети не помощники: одна без сил, второй раненный. Сегодня она уже не в силах никому помочь.

Часть первая: «Начала». Глава 4 – Новый призыв

Лишь на заре в деревню вступил отряд от Второй когорты Четвёртого легиона во главе с сотником и единственным капитаном-десятником под его рукой. Но вместо регулярных войск жители Старого Ведра увидели очередных рекрутеров, которым самим бы подмога не помешала.

Там, где солдаты, всегда где-то рядом торговцы. Показались и их телеги. Одни жмутся к регулярным войскам в качестве сил обеспечения, продавая с наценкой то, что потребно. Другие не против охраны, за которую и монеты плотить не придётся.

Построившись добровольно-принудительно перед легионерами в две шеренги, перемазанные сажей селяне хотели лишь отоспаться после бессонной ночи. Кто-то тушил пожары, кто-то был ранен после столкновения, а другой вовсе убит и ещё не оплакан. А то и хуже того – попал в лапы зеленокожим, что как известно хуже смерти. Тут уж не до праздника Сбора Урожая, когда думаешь, как новую избу ставить в преддверии зимы взамен сгоревшей.

С повязками и сонными лицами, калеки, кто без глаза, кто без руки или ноги, селяне выглядели измождёнными. И меньше всего на свете хотели стать новыми рекрутами.

Старый лесник пробурчал, что не будет им покоя, пока деревня окончательно не опустеет. А вот от зеленокожих или рубак его величества, то вопрос открытый.

– Император своё возьмёт, – уверял он весь честной люд.

– Как пить дать, возьмёт. Не налогами, так кровью, оторвав почти от каждой семьи, где есть ещё что брать, – вторил ему дровосек без пальца на ноге и ещё одного пальца на руке. Но то не от топора, обморозил, пока на ветке в зиму отсиживался. Насилу спасли.

Разное говорили люди и Андрен уши развесил, охотно слушая их голоса и перешёптывания.

Рэджи Головань стоял среди крестьян в числе первых. Не были грязными его руки или лицо. Где пропадал он всю ночь? Ответ знал только сам бывший десятник. Недобрым взглядом смотрела на него ведьма. А прочим людям и без того хлопот хватало.

– Именем императора в Резервный легион объявляется новый набор, – не стал церемониться капитан и сказал, как есть, без зачитывания указа со свитка. – Нам нужны подкрепления!

– А кто нашу деревню защищать будет? – рявкнул старый, хромой кузнец, который имел полный набор пальцев, но дальше собственной улицы не ходил. Однако, седой, сутулый, с повязкой на руке, он один из немногих дал ночью бой у кузни.

– Вашу? – усатый толстый дядька на коне не покинул седла. Сотник лишь бросил в пыль улицы отсеченную голову полуорка. – Да мы и будем… как всегда! Лицезрите и гордитесь!

Все тут же уставились на руку, перешептываясь, кто бранясь, кто восхищаясь. И Андрен понял, что значит, когда дела говорят больше слов.

– Зеленокожих догнали, изрубили, – добавил капитан. – Бояться вам больше нечего. Служите достойно. Вступайте в легион и семью службой прокормите.

– А где пленные? – послышалось от жены мельника. – Пленные-то где?!

– Не было никого, – отрезал капитан, предчувствуя непростой разговор.

Его уставшее лицо не совсем безразлично, но с редкой долей интереса окинуло сельских жителей, отмечая уцелевших мужчин в толпе, которые ещё на что-то годились.