Степан Мазур – Варленд (страница 5)

Андрен первым выбежал на улицу и тут же заметил горящий дом на соседней улице. В сгущающихся сумерках было хорошо видно, как огонь уносил нажитое добро старого мясника, вздымаясь исполинским факелом в небо. Неподалёку пламя пробовало уже соломенную крышу мельника и по улице словно ползла огненная змея, цепляясь за крыши и заборы соседей. Не нужен ей был ни пал, ни ветер. Не пугало её и свободное пространство.

– Кто-то поджёг дома! – понял малец, видя, как неестественно распространяется пожар и снова посмотрел в тёмное небо.

Очи богов полностью никогда не спят. Все восемь дней осьмицы. Но дым закрыл Правый полумесяц, чтобы не подсматривал за этим безобразием. А Малый Глаз словно совсем не проснулся, подслеповато щурясь через тучи.

– Назад, Андрен! – закричала Мэги, выбегая следом. – Орки прорвали рубеж!

– Но как же конные разъезды? – был осведомлён об охране границ Андрен, так как отчим часто рассказывал о Втором и Третьем конном легионе, где ему довелось служить по молодости.

– Они не всесильны, – ответила тётушка. – а зеленокожие всегда ищут, чем поживиться перед праздником. Быть беде!

– Надо дать им отпор! – возмутился малец, ещё не видя врагов.

– Назад в дом, я тебе сказала! – повысила голос старая ведьма.

Но мальчик не хотел возвращаться. Закрыть все двери и ставни, пережидая лихо, когда дикие твари поджигают дома – не лучший способ спастись. К тому же в подполе тётушки так тесно, что впору задохнуться. А вот огонь манил его, как пчёл нектар цветов. Не было красок ярче в ночи! Пламя затмевало не только обе луны, но и звёзды, где отдыхали сами боги от ночных дежурств. Что им беды засечных «боевых» деревень, когда им отдано всё ночное небо?

Чини выбежала на улицу следом. Пигалица десяти вёсен от роду могла спрятаться от орков просто затаившись на земле в ближайших кустах. Но она не могла сидеть спокойно на месте, когда вокруг творился ужас.

Налётчики быстро приближались, хватая людей и убивая немногочисленных защитников деревни. Они пытались дать отпор, выбегая навстречу с вилами и топорами и падали под ноги от резких, рубящих или оглушающих ударов. Смельчаков, однако, оказалось не много. Деревня была полна стариков, адекватно оценивающих силы, и многие предпочитали рабство, сдаваясь на милость налётчиков. Удар кулаком в лицо или рукояткой топора по затылку – не худшее, что может случиться в жизни. Тогда как молодые селяне, которые готовы гибнуть под оружием налётчиков ради общего блага, почти все служили на дальних границах. Родные земли им не защитить. Служба рядом с домом – не служба.

Андрен, как совсем юный представитель этой воинственной поросли, упрямо потянул из ножен тяжёлый и жутко неудобный меч.

– Я сейчас… сейчас!

Нет, он не глупый, трусливый старик. Он будет биться с врагами Империи! Никакого плена. Плен – это позор. Только красивая смерть! И пусть все вокруг завидуют, как он ушёл в бою. Тогда его назовут героем и каждый будет повторять его имя.

Первый орк показался средь огня. Зеленокожий был вооружён топором. Факел тут же полетел в сторону дома Мэги, а оружие воинственно посмотрело остриём в сторону мальца.

– Уарх! – послышалось от орка.

Андрен понятия не имел, что это значит и не нашёлся, что ответить. Но от яростного голоса руки задрожали и коленки дали предательскую слабину. Страшный, уродливый орк, весь в лохмотьях и с настоящим черепом на поясе, подвязанным верёвкой, быстро приблизился к человеку и рубанул топором сверху-вниз, желая рассечь ходячее мясо.

Мечник заучено подставил клинок, держа рукоять обоими руками, но силы были не равны. В руки так больно ударило, что оружие упало на землю, а по рассечённой коже потекла кровь. Задело не сильно, (ещё и собственным клинком, а не вражеским), но ноги как окаменели от удара. Больно и жутко страшно.

И что дальше делать? Этому отчим не учил.

Орк рявкнул, обдав смрадным дыханьем и пнул ногой в грудь. Малец отлетел на землю, ударившись спиной.

«КАК С ТАКИМ БИТЬСЯ»? – не понимал он и зрачки расширились от страха.

Закрыв глаза, Андрен приготовился умереть, вместе с тем ощущением неизбежного по щекам побежали слёзы.

– Ох, и не рубака, не рубака я! – зашептал горячо Андрен, понятия не имея, что он в свои двенадцать вёсен может сделать с толпой орков, напавших на деревню.

В мечтах всё было иначе. Да где он, а где те сладкие грёзы?

«Видно все в лес разбежались», – подумал паренёк. Он уже не видел, как корни растений оплели ноги орка, не давая ему сдвинуться.

Мэги сознательно водила посохом перед собой, делая свободной рукой магические пассы. Глаза её были закрыты. Она видела без них, ощущая округу природными потоками. Эфира среди них хватает. Орк непонимающе дернул ногами, а затем завопил изо всех сил, когда земля под ним разверзлась и начала поглощать, не желая выпускать ни ног, ни торса, ни рук.

– Урса бор! – крикнул напоследок орк и медленно, но верно земляная ловушка пожрала его голову, оборвав недовольный крик.

Чини тоже не желала стоять на месте. Если раньше она потушила брошенный на крышу факел водой из бочки, которая стояла возле желоба, то теперь из той же бочки появился водный элементаль и бодро зашагал в сторону толпы орков. Те примчались на крик товарища, бегая вокруг дома.

– Урук хар! Урук хар! – закричали орки, разбегаясь от элементаля.

Только двое из них бросились на проявление водной магии. Один швырнул топор странному врагу в однородную голову, другой закричал, готовый добить. Но голова сотворённого существа сливалась с плечами, не показывая шеи и топор безразлично пролетел сквозь толщу воды и упал позади элементаля. Второй орк оказался более смел и решил атаковать вплотную. Он подступился ближе. Но призванное существо тоже не желало стоять. Оно быстро схватило его голову, погружая её прямо в водную руку. От чего орк пошёл пузырями, не в силах ни вздохнуть, ни освободиться от странной хватки. Вода быстро затекла ему в лёгкие.

Когда первый орк бросился то ли на подмогу, то ли за своим топором. Элементаль лишь удлинил вторую руку и захватил и его голову. Та же участь утонуть на земле постигла и этого зеленокожего. Пузыри появились изо рта бедолаги, затем глаза застыли. Через некоторое время оба орка перестали дергаться, утонув посреди пылающей огнём деревни.

– Водный маг, – прошептала Мэги и, обессиленная, упала на колени. Глаза ведьмы потухли, лишившись внутренней силы. Руки задрожали. – Истинный водный маг!

Ведьма свалилась без сил, но и биться больше было не с кем. Орки бежали, похватав с собой часть добычи, сколько могли унести и уведя с собой скотину и часть людей в плен. А с южной стороны деревни уже доносились звуки рога. То прибыли легионеры Империи.

«Подмога близко», – понял Андрен.

Оглянувшись, травяная ведьма увидела Чини, лежащую возле бочки с водой. И юнца, который сидел рядом с ней, прося прощение, что в не смог помочь. Он хотел привести подругу в чувство, но больше баюкал окровавленную руку.

– Тётушка Мэг, я не справился, – повернул он глаза к ведьме, полные слёз. – Я плохой рубака. Рэджи был прав. Я – неудачник!

– Никто не сделал бы большего в твоём возрасте, – ответила старушка. – И ты был здесь, а десятника в бою я что-то не видела.

– Хотите сказать, он трус? – с надеждой спросил Андрен.

– Будем надеяться, что нет.

– Но я оказался бесполезен, – тихо сказал мальчик.

– Ты выступил на врага, как и подобает бравому имперцу. Просто… враг оказался сильнее, – вздохнула ведьма. – Но ты вырастешь и станешь грозой всех зеленокожих. Правда, Андрен?

Мальчик кивнул:

– Мне бы коня. Ух, я бы им показал… с седла!

– Кавалерия не полезет в лес, – мягко улыбнулась Мэги. – Чащобы ночью небезопасны. Ночью за нами следят лишь Очи. Каждый месяц за нами приглядывает один из богов. Но этого недостаточно.

– А почему все боги не объединятся и просто не изгонят врагов с наших земель?

Мэги вздохнула и тихо сказала:

– Идём, надо перевязать твою руку. Поможешь мне занести Чини домой? У меня совсем нет сил.

– Это ничего! Я сам! – Андрен подхватил подругу подмышки и потащил в дом почти волоком. Большего одной рукой он сделать не мог, но очень хотел помочь. – Кто это были, тётушка Мэг? Говорят, что зеленокожие не однородны.

– Дикие орки и полуорки.

– Полуорки? – не понял малец.

– Потомки первых украденных имперских женщин – осквернённая кровь, – не стала скрывать ведьма.

– Ого.

Мэги, посматривая на кровь на его рукаве, тихо продолжила. Уже взрослый, чтобы знать. От боя не сбежал. Значит не мальчик, но муж.

– Когда орды Зеленокожих прорывали кордоны и засечные деревни горели, появились слухи об ублюдках, которые прижились в лесах. Зеленокожие насильники воруют женщин, плодя полуорков.

– А мужчин?

– Мужичин едят.

– А детей? – тут же спросил самое важное для себя Андрен.

– Детей меняют на невольничьих рынках в Диких Землях. В обмен на оружие, если повезёт.

– Зачем им оружие?

– Потому что зеленокожие – дикий народ, жестокий и беспощадный. Нравы их суровы, как сама суть жизни. Там правит лишь закон силы. И оружие решает многие проблемы.

Мэги устало закрыла дверь на щеколду и затворила ставни. Затем зажгла лучину. Огонёк рассеял сгустившийся мрак.

– А что же наши солдаты? – всё ещё не понимал общего положения дел Андрен. – Почему мы не перебьём орков? Как же наши имперские легионы? Разве силы их не велики?