Степан Мазур – Варленд: время топора (страница 5)
– Его? Нет, и не думала, – покачала она головой. – Но тебе это уже не поможет, император кровавой Империи. Ты у меня получишь сполна.
– Одумайся и мы найдём способ уладить всё миром, – всё ещё пытался торговаться наследник короны. – Что тебе нужно? Золото? Ты же понимаешь, что винить меня в истреблении пиратства это всё равно, что ругать топор палача в насилии. Если ты не знаешь, то Мидрид уничтожен. Стёр с лика Варленда. Я император без Империи.
– Так вам всем и надо! Сколько вы крови попили с народов? Ваша династия закончится твоей смертью, Светлан, – тут пленительница прищурилась. – Поданные тебе уже дали прозвище?
– Нет, – осунулся пленник. – Я так и не коснулся трона.
– Сколько вас было в роду? – попыталась припомнить остроухая эльфийка-пиратка.
– Я не…
– Перечисляй! – вспыхнула она. – Каждого.
– Восемь, включая меня, – тут же припомнил наследник, который заучивал свою родословную назубок. – Приториус…
– Его прозвище «Великий», – недобро ухмыльнулась эльфийка. – А всё потому, что это первый магик на троне, который пробудил Великий артефакт. Сколько он там правил? Век?
– Восемьдесят четыре весны, – припомнил император. – Чего ты добиваешься?
– Дальше! – подстегнула она. – Кто был дальше?
– Приториан Первый. «Красноголовый». Сын Приториуса. Он правил заметно меньше. С 84 по 121 весну.
Эйлин словно что-то перебирала в уме. Пока всё сходилось, и она спокойно продолжила:
– Дальше.
– Приториус Второй «Разумный». Внук Приториуса. Правил ещё меньше, с 121 по 136 весну имперской эпохи.
– Имперской эпохи, ха! – воскликнула Эйлин и приблизилась к пленнику. – Других народов ведь для вас не существовало, не так ли? А каждый последующий император живёт меньше предыдущего… Почему?
– Это не так, – добавил Светлан. – Следом правил Аргонеанец «Долгожитель». правнук Приториуса с 137 по 189 весну сидел на троне. Дольше, чем кто-либо.
– Почему так? Интересно, – она пожевала губу и буркнула. – Дальше.
Пленник постарался почесать нос, не смог, и смирившись, продолжил:
– Приториус Второй. «Мифотворец». Пра-правнук. Четвёртое поколение. Правил с 189 по 245 весну.
Эйлин на этот раз не обронила ни слова.
– Приториус Третий «Чудак». Пра-пра-правку, пятое поколение, – продолжил Светлан, который знал династию назубок. – правил с 245 по 279 весну.
Эйлин поморщила, но снова ничего не сказала.
– Мелендер. «Белолицый», – вспомнил Светлан. – Пра-пра-пра-правкук, шестое поколение. Правил с 280 по 355 весну.
Тут Светлан погрустнел. Слова едва сорвались с уст. Произнёс с заметным трудом:
– Приториан Третий. «Седой». Пра-пра-пра-прав-правнук, седьмое поколение. Правил с 355 весну по 401, пока стоял Мидрид.
Капитанша, рассмеявшись, подскочила рывком и наклонилась к самому лицу императора, отвечая так, словно наслаждалась каждым словом, вкушая победу:
– Я прекрасно понимаю, что делаю, последний император, который так и не взойдёт на трон. Ты, видимо, ещё не знаешь, но твой флот уничтожен. Была буря, что разметала все корабли! – заявила она победно. – Правда, мой корабль разбило тоже. Меня выбросило на берег вместе с десятком пиратов. Но мы знатно пограбили волосопятов по дороге домой. Поэтому вернулись не с пустыми руками. Однако, остальным повезло меньше. Умирали от голода даже те, кто вернулся! Ведь вернулись они ни с чем, а голодным в драке много не навоюешь.
Светлан моргнул, задумался, а затем выдал аналитику:
– Если ты уцелела, мог уцелеть и объединённый флот. Фокусы с твоей Шляпой, конечно, хороши, но там были маги воды. Лучшие во всей Империи! Академия Воды располагается в наших землях и лучше «водников» в Варленде нет! Они способны усмирять реки и нашли бы способ успокоить Море.
– В тебе говорит страх. Надежды. Иллюзии. Я знаю в них толк, – оскалилась пиратка, поглаживая свой брелок-шляпу. – А ещё я умею слушать и слышать. Так как выросла среди болтунов и пустобрёхов. Ты хочешь предрешить мои действия, заговорив меня до смерти всякой чепухой? Не выйдет, император. Я знаю, что ты искусный политик. Но не трать слов. Всех имперцев с детства учат врать. Ваши слова легче пуха. Так что что бы ты мне не сказал, я повешу тебя на мачте… Так что прибереги слова для молитв.
Эйлин коснулась саблей кожи на лице наследника, отрезая пока только желание говорить лишние слова.
Светлан прижался спиной к борту, стараясь глазами разыскать старую походную сумку с Золотой перчаткой. Гномий клинок эльфийка обнаружила, но похоже, Великий артефакт в старой сумке упустила. Это означало лишь одно. Она сталкивалась лишь с одним проявлением Великого наследия и могла не знать, что каждый из них в дремлющей форма похож на кулон или детскую игрушку.
– Я узнала достаточно, Светлан, – продолжила капитанша. – Ты говоришь об объединении флотилий? Я тоже кое-что слышала. Все имперские и княжеские недобитые демонами солдаты, способные держать оружие, теперь под стенами Андреанополя. Выходит, прибрежные селения Империи и бывших земель Баронств и Графств без охраны. Мне достаточно показать тебя пиратам и корабли снова пойдут за мной! Там города без охраны. А если кто-то и охраняет брошенные богатства, то лишь дети со старичьём. Или ваши женщины, которые никогда не брали в руки оружие?
– Безумие считать, что у нас меньше людей, чем у пиратов, – как можно спокойнее ответил Светлан. – Наши земли хорошо защищены.
Эйлин упивалась моментом. Её довольный голос разносился над спокойными волнами:
– По ним мы пройдёмся с особым удовольствием! А когда вернёмся с богатой добычей в родные земли за новыми солдатами, которых вновь исторгнет Провал, отринет Проклятый и Ведьмин лес или подарит нам Побережье, будет новый рейд! И добровольцев будет, хоть отбавляй. Все жаждут падения Империи и встанут под мою руку.
– Князь не позволит шайке мародёров бесчинствовать в эти тёмные времена! – воскликнул Светлан, понимая, что время дипломатии прошло.
– Князь? – повернулась к нему капитанша. – С Княжеством будет то же самое. Вы ответите за каждого пирата, который умер в волнах в Последней Битве.
– Вразумись, Эйлин! Речь уже не о золоте и богатствах. Стоит Андреанополю пасть и грабить больше будет некого! – осадил наследник и решил давить на единственную больную точку. – В любом случае ты не успеешь потратить и монеты, как отдашь все свои богатства Владыке. Торговля между городами уже прекратилась. Если не будут засеиваться поля по весне, дальше нас ждёт лишь хаос и запустение. Демоны повсюду сеют смерть. Они уничтожают само понятие жизни. Не исключением будет и побережье. Вскоре золото и камни обесценятся. Ты будешь больше думать о том, где спрятаться от ищеек, добивающих всех живых существ… А таких мест всё меньше и меньше.
– Слова связанного человека, не более! – не повела и ухом пиратка.
– Связанного? Что с того? Сам Тёмный пройдёт пылающим клинком по вашим землям. Пиратов не станет также, как прочих существ. Пойми, Эйлин. Ему не нужна жизнь! Совсем! Только демоны и проклятые будут бродить по мёртвой земле!
– Вздор! – скривилась капитанша. – Хорошие бойцы ему не помешают. Он заплатил однажды, позволив нам собрать флот. Озолотит нас и впредь.
Молодой император хохотнул:
– Бойцы против кого? Выковыривать последних гномов из гор? Усмирять зеленокожих в глухих чащобах Дикого леса? Искать в ночи Тёмных эльфов? Неужто бравые пираты будут этим заниматься? Вас ждёт лишь смерть при таком служении. Он скорее пошлёт демонов в охоту за выжившими. А лучшее, что ждёт пиратов – виселицы. Или жалкое существование на мелких островах, которые и на картах-то не отмечены. Но стоит Тёмному позаботиться о собственном флоте, и вы… обречены.
Эйлин думала не долго, вновь достав козырь:
– Дурак ты Светлан. Я отдам ему тебя! Это обеспечит мою защиту.
– Да как ты не поймёшь? – вздохнул император. – Моя смерть ничего не даст. Он не для этого запустил Волну, чтобы оставлять живых. Но, если тебе легче, убей меня хоть сейчас, а их отпусти.
– С чего вдруг такая жертвенность от самого императора?
– Молю тебя, дай Андрену и его друзьям надежду на спасение Варленда! – обронил Светлан. – Дай ему шанс собрать союзников, что смогут остановить Владыку. Моя жизнь сейчас вообще ничего не значит перед этим. Будь у меня дело к пиратам, я пришёл бы в ваши земли с парой легионов и зачистил Пиратское Побережье. Но вы живы. Не говорит ли это о том, что есть дела поважнее?!
Эйлин присела рядом, глядя прямо в глаза:
– Ха, сам император угрожает мне? Мне, жалкой капитанше?
– Империя в руинах и наследник остался не у дел. Ты грезишь о богатых прибрежных городах. Но они стоят пустыми. Прибрежный – единственный город, который вы успели ограбить до полной эвакуации. Это не повторится. В остальных ты встретишь лишь демонов. Они будут подобны Мидриду. Столица теперь лишь выжженная пустыня, где оплавился сам песок.
– Ты лжёшь! – Эйлин ударила наотмашь, но приложилась как следует.
Император ударился головой о палубу. По разбитому затылку потекла кровь, однако сознания он не потерял.
Морщась, Юноша посмотрел на Эйлин снизу-вверх. И заговорил тихо, но твёрдо:
– Тебе нужно унижение? Князь уже переломил мою гордость о колено. Хочешь, встану на колени! Хочешь, залаю как собака. Можешь поставить меня как угодно, хоть головой на палубу, если тебе это будет в радость. Только отпусти их, безумная! Ты не понимаешь, что только князь и его союзники могут все ещё спасти этот мир.