Степан Мазур – Варленд: бремя обречённых (страница 8)
Дела армии шли в гору. Мечеслав постепенно набирал второй легион. Первому по большей части досталась охрана будущей столицы. В нём ветераны осенней кампании после заварушки с гномами набирались сил. Они смотрели за порядком на бесчисленных строительных площадках, стерегли дороги с камнетёсами и лесорубами в дневную пору и охраняли постоялые дворы для торговцев и поставщиков мяса.
Сфера торговли и услуг росла вокруг города. Гильдии множились как грибы после дождя. Путники и гости Княжества впервые за время существования этих земель зимой ночевали за пределами замков.
Сами замки распахнули врата на ночь и расстроили конюшни и постоялые дворы за пределами стен. По округе коннозаводчики готовили легионам добротных лошадей. Пару заброшенных замков даже разобрали по камню и везли к тому же Андреанополю. Всяко быстрее, чем добывать в каменоломнях по зиме. А в крепостях для защиты надобности меньше.
Работа спорилась, что не могло не радовать весь Триумвират и народ, на благо которого их поставили.
– Третий, вам послание, – прервал ход мыслей храмовой телохранитель, внезапно появившись перед глазами.
Вроде только что Первый лекарь был на башне один, и вдруг перед глазами вырос суровый, молчаливый человек. В отличие от Плаща, Щита и Меча, он умел говорить.
Это ещё один подарок князя – каждому из Триумвирата по личному телохранителю.
«Третьим» лекаря называли в Триумвирате по той причине, что прочие считали, что генерал и чародей выполняют главные роли, а он второстепенные. Но то была лишь цифра.
Волей Чини через Коря проходили не только сводки по болезням и строительству, но и вся казна Княжества. Отвечал Первый лекарь за монеты, торговлю, налоги и даже законы. Все дела внутренние. Так что внешняя политика оставалась на совести двух других.
Свободного времени у Коря оставалось не так много. Ровно на то, чтобы погреться на солнышке на башне-донжоне в замке. Если дождь не перебьёт всё желание или снег и ветер не прогонят прежде.
Очерёдность в Триумвирате не подразумевала статуса. Каждый делал свою работу. Но легионы армии Первого генерала и академия Архичародея занимали тех намного больше, чем прочие дела Княжества. Потому споры возникали редко. Фактически всю «второстепенную» работу выполнял Корь.
– Говори, Длань, – ответил Корь телохранителю.
– У ворот замка стоят тринадцать чёрных рыцарей, – чуть склонил голову он. – Они говорят, что пришли принять замок под свою опеку именем князя. Андрен выслал их с земель Некрономикона. И теперь их оплот – Бастион-на-Холме. На то у них есть сопроводительная грамота с печатью князя.
– Какие ещё чёрные рыцари? – подскочил Корь. – И почему всего тринадцать?
– Они называют себя Рыцари смерти. Кони их дышат огнём, словно демоны. Сами не просят ни воды, ни ночлега. А их капитан передал вам и это.
Длань протянул Первому лекарю хорошо знакомый фолиант с обложкой из телячьей кожи.
Ещё не прочитав грамоты, но открыв первую страницу фолианта, Корь с удивлением увидел ровный почерк князя, гласивший «здесь нет ответов, всё гораздо интереснее».
Этот почерк Корь прекрасно помнил.
– Впустить рыцарей, – тут же велел он.
– Разоружить?
– Не думаю, что они позволят, Длань. – Корь на несколько мгновений вновь откинулся на зубчик стены. Затем подскочил и со вздохом добавил. – Теперь нам мира точно не видать… Ведите почтенных воинов ко мне! Примем их как подобает воле князя. Но используем по усмотрению Княжества.
Часть первая: «Северный кулак». Глава 5 – За мной!
Ягудия.
Фальчиоровый рудник.
Освободительная волна катилась вперёд, словно не замечая потерь. Рудокопы к смерти давно привыкли. И теперь изо всех сил стремились к свободе. И в этой кровавой схватке гибли не только они, но и охранники. Количество брало качество.
Короткий меч распорол шею. Тут же вонзился в грудь соседнему надзирателю. Но за спиной послышался хрип. То арбалет выпустил тяжёлый болт в гоблина почти в упор. Стальной наконечник снёс представителю зеленокожих череп. Однако, стрелявший тут же получил удар киркой в живот. Ещё один удар лишил его части черепа. Выдрал клок вместе с волосами. Трое гоблинов навалились на соседнего охранника и сбили его с ног. Затем две кирки растерзали надзирателя гораздо быстрее, чем порода отделяется от драгоценных камней. Ведь эта работа в радость. Имя ей – месть.
– То, что ты сразу не увидел арбалетов, ещё не значит, что их нет! – крикнул с укором князь сенешалю. – Осторожнее, Грок!
Северный орк отмахнулся:
– Кто ж знал, что здесь не один ярус! Не вижу, значит нету. И вообще, откуда эти внешние стражники понабежали? Как ещё не ослепли от снега снаружи? Или там сейчас ночь?
– Друг на друга смотрят, любуются, – хмыкнул Андрен, понимая, что для собрата бой сейчас возвращает их в старые времена, когда плечом к плечу бились за Княжество и отражали натиск нежити у гномьих предгорий.
Лучше истории выздоровления для орка не придумать, как дать возможность умереть в бою. Так увлечётся, что и про смерть забудет. А та стоит где-то рядом, мечами машет, болты метает.
Одно радует – опытных стрелков нет, иначе свистели бы и луки. Да почаще плетей.
Восстание вспыхнуло по всем ярусам, едва заключённые под предводительством орка и человека зачистили свой ярус от охраны. Рудокопы намеревались тут же бежать, пока семья Ортоксанов не натравила на них карательные отряды, но без одежды на холоде далеко не убежать.
– Пальцам собраться! – вёл их Андрен. – Собраться в кулак, сучье племя! Ибо все пальцы стремятся в кулак в час нужды! Или сразим врага наповал одним ударом или они нам больше не потребуются вовсе.
– Освобождать пленников! – подбадривал и орк, не забывая переводить речь на наречие зеленокожих. – Или все по одному поляжем!
Освобождённые больше не бежали к выходу. Но глядя на последовательную зачистку, восстание прежде перебралось на прочие ярусы. Объединить силы и дать бой охране у входа сообща – вот верный ход.
Ортоксаны оставили лишь один вход на шахте. Отличительные руны этого ягудского клана из серого фальчиора на чёрном фоне стягами висели над каждой штольней вместе с девизом семьи «за волшебство надо платить».
Всей мощи этой семьи Андрен не ведал, но логично предполагал, что малыми силами их карательные отряды не разбить. И едва восстание прорвалось через вход, массой сломив заслон, как перекинулось на соседние рудники, освобождая ещё два, принадлежащих прочим ягудским семьям, а некоторыми владели сразу несколько.
– Соберёмся в кулак! – убеждали всех то князь, то сенешаль. – А после ударим по морде хозяйской!
Частично одевшись и вооружившись тем, что имелось у мёртвых охранников, а по большей части кирками, мотыгами, лопатами и топорами, скованные одной цепью у шеи орк и человек вновь подали пример. И тут же напали на ближайший дозор с внешней стороны рудников. Большую часть сил ягуды держали внутри рудников, чтобы защититься от побега и снаружи подвоха не ожидали. Кто мог напасть на них на просторах тундры, кроме диких зверей? Но те предпочитают одинокую добычу.
Андрен подставил меч под удар, нацеленный в шею брату, пнул охранника-ягуда, приложил того локтем. Грок за спиной отразил удар захваченным топором, а коротким мечом снёс другому охраннику голову целиком. Злости в истерзанном плетями теле накопилось столько, что силы тратил без боязни умереть на месте.
Чего копить? Завтра может и не наступить, если как следует не прожить этот день.
Волна освобождения прокатилась по рудникам вплоть до сумерек. А уже к ночи все рудокопы скидывали цепи, уничтожая злосчастных и опостылевших надзирателей. Кровь лилась на снег и камни под светом Очей или при сполохах факелов.
Но свобода досталась тяжёлой ценой. Пленники гибли, разменивая сначала пять на одного. Затем статистика сгладилась, когда рабы получили оружие и спала до трёх к пяти.
Когда в руки восставшим попали фальчиоры, все ожидали мгновенной победы. Но князь пускать в ход дивные камни не спешил. То – последнее средство. А пока как минимум предмет торга, если что-то пойдёт не так. Он не помнил случая, чтобы владельцы фальчиоров основывали новые государства или получали бессмертие. А, значит, волшба та не всесильна.
Попутно Андрен пытался собрать вокруг себя как можно больше восставших. Многие нечаянные солдаты безнадёжно болели, были истощены и обезвожены. Ещё большую часть заберут к богам морозы на поверхности, даже если как следует одеть. И что делать с академией? Как штурмовать её стены без осадных орудий и лестниц? Не с самих ли рудников тащить тем, кто сам едва переставляет ноги?
Рассчитывать можно было лишь на массовость войска и внезапность удара, но как минимум треть восставших пришлось просто оставить в рудниках, вооружённых и готовых дать бой подмоге.
– Внемлите мне! Только так удастся рассредоточить силы ягудов! – твердил им Андрен. – Академию Льда малыми силами не взять, большую заметят. Да вести вас к ней я не могу без обуви и полушубков. Останьтесь же тут, укрепитесь и дайте бой, отвлеките основные силы. В первую очередь хозяева попытаются вернуть утраченное. А мы прорвёмся до академии и вернёмся по возможности с подмогой или новой одеждой и оружием. В любом случае, еды там без меры! И еду ту мы добудем. А с ней можно думать о будущем.