Степан Мазур – Варленд: бремя обречённых (страница 7)
Андрен невольно нырнул пальцами под ошейник:
– Дело говоришь. Но ошейники сразу не снять. Надо подумать, как решить этот вопрос.
– Надсмотрщиков тоже не слишком много. К тому же у них совсем нет луков и арбалетов. В этой полутьме неудобно целиться. Подслеповатые смотрители. Не гномы. Говорят, подгорным жителям берегут зрение грибы. А эти пропойцы коню в круп с двух шагов не попадут, – добавил Грок, подхватил кирку и первым застучал по цепям, высекая искры.
Андрен принялся делать то же самое, сожалея, что от ошейников так просто не избавиться. Сами же цепи были не слишком толстыми, чтобы было удобнее работать. Сказалась расчётливость ягудов. Рабов везли со всего мира. За время путешествия на север они много теряли в весе, силе и были далеко не в лучшей форме, когда получали кирки.
Боевым магам повезло несколько больше – они попали в плен почти у самых рудников, сберегая основные силы. И замах остался что надо.
– Эй, народ, кто бежит с нами? – спросил человек.
Гоблины посмотрели с интересом.
– Собирайтесь, хватит уже меж двумя смертями выбирать, – пылко произнёс Грок на общем наречии зеленокожих.
– Я не обещаю вам свободы. Но всё одно – смерть, – добавил Андрен в приподнятом настроении.
Напыщенные слова бессмысленны. Но какая разница как умирать? Сегодня или несколько дней спустя от истощения или тех же ударов кирки по злополучному камню.
Грок тут же перевёл. И оба не переставали стучать, дополняя слова делом.
Пленённые гоблины, люди, орки, норды, проштрафившиеся ягуды и все прочие рудокопы один за другим взялись за кирки и принялись избавляться от цепей.
К словам человека им добавить было нечего, кроме действий.
Вскоре вместо тишины часов отдыха кирки застучали по цепям. И звук тот разносился по всему руднику.
Часть первая: «Северный кулак». Глава 4 – Южный бриз
«Бастион-на-Холме».
Корь лениво зевнул и развалился на зубе дозорной башни, подставляя лицо солнечным стрелам. Ветер стих ещё с утра, и погожий зимний день был необычайно тёплым для этого времени года, а ещё появился повод немного передохнуть.
Первый лекарь Княжества разобрался с последствиями осенней хвори жителей и предавался покою с первым снегом. Снежная зима локализовала последние очаги распространения болезней «от грязи», тем самым развязала руки, добавила сна и отпустила на заслуженный покой до самой весны, пока не оттают перебитые гномы у гор. Не все тела схоронить до холодов успели. Послали до гномов с предложением забрать тела, а те отказались, как от собак безродных. Не по душе им дезертиры отказались.
Пока туда-сюда дипломаты ездили, холода наступили. Пару ям выкопать успели, да земля всё твёрже с каждым днём. Многих гномов, что уже изрядно подгнили, так и бросили на съедение волкам у леса, не удосужившись схоронить и в общих ямах. К телам волки и пробрались. Но за волками пришли зеленокожие, что на зиму из их шкур одежды делали. Всё бы ничего, но они и принесли болезни и мор. Здоровье у диких племён поболее прочих, а люди от их влияния на местность болеют.
Едва подоспевший легион Княжества прогнал за границу полуорков, диких орков и гоблинов, как бани и снег дали отпор многим болезням. Корь не ожидал, что новые вспышки возникнут раньше, чем начнутся распутицы на дорогах. Сейчас же вся суета осталась за деревенскими самоучками: вылечить корову, принять роды или унять зубную боль – дело не хитрое.
Остальных, кабы что посложнее, приберут к рукам боги. До замков в снег с тяжелобольными почти не добраться, а первый город в Княжества с полноценными лечебницами только начали возводить.
Первый лекарь Княжества выбрал в качестве отпуска бастион на отшибе. Место, где поспокойнее, подальше от военных маршей Мечеслава и смертельных практик Вия с его чародеями и играми с антиэфиром.
Смотры, тренировки, практики, учения и беспрерывная стройка подле Андреанополиса не давали такого покоя, какой был в самом западном замке Княжества. На востоке единственный генерал Княжества с вожделением посматривал на реку Ночных очей. Там же планировали возвести Новую Академию, но пока под своей опеку магиков Архичародей держал именно в здании бывшей академии Воздуха. В следствие чего их не нужно было кормить, что зимой – немаловажно.
Корь невольно улыбнулся солнцу. На востоке жизнь кипит, и идёт массовое строительство. А здесь – тишина.
Мечеслав считал, что стоит нанести Тёмным эльфам обратный визит, чтобы держать ушастых в тонусе. Не прошло и сезона, как выступали за Аткинса. Что помешает вновь напасть ещё до весны? А весной придётся на пик эльфийской активности. Всё дело в той реке.
Река Ночных очей, как её прозвали Тёмные эльфы за то, что у дельты река разделялась на два рукава, к концу зимы так насыщается снегом, что весной становится судоходной на два-три месяца. Таянье выпавшего снега в землях Княжества, в лесах Ночных эльфов и на просторах гор среди гномьих ледников как раз и хватает, чтобы в Диких песочных землях река разливалась на максимальную площадь. Дельта при впадении в море сначала расширяется, затем поднимается вверх. Остывшие пески не успевают поглотить льдины, что создаёт целые временные пороги и водохранилища, по которым суда и ходят. Пески в это время отрезают кочевникам возможность пересекать реку в виду отсутствия флотилии. Одними плотами уже не отделаешься. Не по зубам становится бедуинам море-река.
Тёмные же эльфы, обладая утлыми, лёгкими судёнышками, на которых можно не только плавать, но и волоком тащить хоть по мокрому песку, хоть вдоль реки, преодолевая пороги, свободно выходят в море и отправляются торговать до самой Империи, а то и с пиратами становятся на короткой ноге. За несколько месяцев можно много бед причинить. А затем хоть бросить те кораблики у прибрежных вод и вернуться в тёмные леса с богатой добычей налегке. Всё зависит от торговли и грабежей. Если удачный обмен или разбой – бросать можно корабли. Новые построят. Леса богаты. Если же не удалось как следует разгуляться в Море – тащи корабли обратно, есть свободные руки, на будущую весну повезёт.
Пока Тёмные эльфы всё больше сами становились пиратами, мародёрами и разбойниками, Вий постоянно твердил, что и о бедуинах не стоит забывать. Ибо «желал князь видеть магов земли в своих рядах».
На что Корь отвечал обоим, что князь не велел развязывать войны до его возвращения. Фокусировка на созидании и удержании завоёванных, но растерзанных земель. Трофеи не малые, но почти все средства утекали на строительство столицы и развития инфраструктуры. Дороги в Княжестве были одними из худших. Отправиться воевать в чужие земли при таком раскладе означало лишиться рабочих рук.
Оба члена Малого Совета кивали и волей-неволей соглашались. Влияние князя ещё ощущалось. Одна «гномья подачка» чего стоила. А о кочевниках можно было до самого лета не переживать. Зимой откочевали на южные земли, подальше от снега и холодных ветров, поближе к тучной траве. Раньше, чем река не обмелеет, не сунутся.
Таковы законы природы, к которым охотно подстроились местные племена и народы.
В целом по Княжеству торговля приносила в казну неплохой постоянный доход. Золото гномов многим пришлось по вкусу. А сами гномы потянулись к людям за провизией и работой. Себя показать, людей посмотреть.
Верфи и причалы заполнились кораблями торговых гильдий из Империи. Дипломаты отправились и к Ночным эльфам, чтобы заключить хоть временное перемирие. Козырь был весомым – допуск к Морю ежегодно, за скромную торговую пошлину. Но если пойдут на встречу, то больше не придётся разбойниками с боем туда-сюда пробиваться.
А если не пойдут, то вдоль реки уже строят укрепления. Разве что со стороны бедуинов волочь корабли будут. Но это лишь до той поры, пока сами бедуины не поставят форпосты у реки или не позволят это сделать людям Княжества. А если не позволят, то всегда можно высадить десант и поставить самим. То – право сильного.
Последнее повеление князя было в том, что Андрен Хафл предлагал сдавать корабли тёмным эльфом в аренду. На сезон или на полный цикл для их нужд. Фрахт в Андреанополе, товары в обе стороны. А если сборная команда, то выделялись льготы. Всё-таки тёмные эльфы предпочитают ходить ночью, а люди могли бы дополнять сборные команды и вести корабли днём.
Сотрудничество в интересах обеих сторон. Всё лучше брать в аренду на условиях князя, чем весна за весной тащить плоскодонки по руслу обмелевшей реки, и переживать за высокие волны, пробираясь вдоль береговой линии в ночи.
Дипломатия сыграла роль. И теперь немало ушастых добровольцев кочевало у Андреанополя, защищая его стройки от лихих людей в ночи. Эти тёмные дозоры были как снег на голову для бандитов и воров. Всякий желает ночью спать, но когда на лагерь среди ночи сыплются стрелы и длинные ножи перерезают глотки, не выдав себя ни единым факелом, поневоле откажешься от разбоя.
Ночные эльфы отлично выслеживали воров и бандитов. Под покровом ночи те часто уходили от патрулей. Но только не от ночной погони легконогих следопытов. И преступность в Княжестве быстро сошла на нет. Рабочих и строителей перестали грабить на дорогах, доставляя брёвна и камень, а легионеры в ночи выставляли теперь лишь минимальный дозор, но усилили своё присутствие днём по территории. Задумай Тёмные эльфы чего недоброго – не далеко уйдут.