Степан Мазур – Варленд: бремя обречённых (страница 3)

– Тогда пригнись прямо к его ране.

– Я готова.

Чини кивнула и прислонила одну лапку к ране Грока, а другую к лапе Варты. Острый, всегда задорный взгляд маленьких бусинок глаз подёрнулся дымкой, затуманился.

Варта мгновенно почувствовала слабость, встряхнула головой. Хотелось отстраниться и бежать. Всё в теле протестовало против этого прикосновения маленькой лапки. Волна усталости накрыла с головой.

Слова морской свинки поплыли в пустоте:

– Варта, ты слышишь? Терпи.

Весь мир вокруг пропал, утонул в сумраке, сгустился до состояния мрака и взорвался белым сном, что поглотил всё вокруг.

Часть первая: «Северный кулак». Глава 2 – Ягудский лорд

Рядом.

Голос Дарлы едва доносился сквозь пургу и ветер:

– Ты не мог меня в свою страну позвать, когда будет потеплее? – обращалась она к Моту.

– Мы спешим.

– Не терпится принять наследие, лорд? – усмехнулась спутница. – Почему мы не дождались лета, отсидевшись в Империи?

– Лето в Ягудии короче, чем юбка шлюхи, – ответил ей наследуемый лорд, который впервые вступил на родные земли за последние восемь вёсен. – Разве что южные земли оттаивают и у стад есть возможность выпаса. Но тучные они не потому. Вся жизнь ягудов проходит вокруг трёх зелёных точек на белой карте вечного льда и снега.

– Это каких же? – даже немного заинтересовалась Дарла.

– Академия льда на востоке, дарующая блага, где утихают ветра… – начал перечислять Мот, – … рудники на западе, севернее дороги к перевалу, откуда приходят богатства для торговли и это горячие источники на самом севере, что и позволяют расцветать жизни вокруг них. Там, где от жара идёт от самой земли, там тает снег и цветёт пышная трава. Там пасутся стада и идёт вечная охота между хищниками и пастухами. Вся остальная Ягудия это лишь резервация, в которых дожидаются своей очереди северные кланы, чтобы повести свои стада к источникам и позволить олбыкам отожраться вволю, чтобы вновь пережить голодное время.

– В этом суть ягудов? – приподняла бровь магиня и ведьма-воительница под пышной меховой шапкой, что постоянно сползала на глаза. – Купаться в горячих источниках и пасти стада?

– Старшие кланы имеют свою долю в рудниках, чтобы торговать и Империей и добирать необходимое на рынках Мидрида или у самих гномов. Прочие кланы идут наймитами. И их ягудские воины охраняют покой рудников.

– Ваши рудники так важны для вашей стабильности?

– На фальчиоры всегда стабильный спрос. Торговцы на рынках склоняют головы перед ягудами. Они знаю, что те приносят не только шкуры берягов и шерсть олбыков, но и один-другой фальчиор, что исполнит желание владельца. А таким хотят обладать все. Это сконцентрированная магия, разве что без услуг уровня боевого мага. А порой фальчиоры исполняют такое, что не под силу и обладателям посохов.

– А что там с академией?

– Всякий магик-ягуд идёт туда и нет искуснее ягуда в магии льда. Но лишь избранные идут в Великую Академию, вроде меня, – охотно похвастался Мот. – Академия Льда славится своими жёсткими учениками. Культ бога Льда на севере абсолютный. Месяц, посвящённый ему, считается праздничным. Каждый в это время считает своим долгом откочевать от источников и гейзеров, давая им возможность отдохнуть. Трава за это время восстанавливается, нарастает молодой, свежая. А весь этот месяц ягуды мёрзнут в угоду традициям, но с тем избавляются от слабых и больных в стадах. В этот же месяц уходят в снега старики, если дела у клана совсем плохи.

– Умертвляете своих старейшин? Сурово, – хмыкнула Дарла.

– Такова воля бога Льда, что не знает пощады и ценит лишь самых стойких.

Чародейка невольно зауважала этого бога. Из всей дюжины он вдруг стал для неё ближе и понятливее прочих. Слабых убивает, сильным потворствует. Что ещё нужно?

– Тебе прекрасно известно, что больше всего на свете я мечтал покинуть эти земли. И сбежал отсюда, как ты от амазонок, – добавил Мот. – Бог Льда благословил меня, наделив чутьём эфира. Но не думай, что это далось мне легко. Я много практиковался в магии льда, чтобы дать отпор сёстрам. Если ты думаешь, что ягуды суровы, то это ты ещё ягудок не видела. Конечно, я сбежал в Великую Академию при первой возможности. Но мой клан желает видеть меня, о чём твердят многочисленные донесения. Глупые Ортоксаны от не отстанут, пока не навещу их. А раз Владыка желает союза с севером, значит мы идём на север. В любую погоду.

– Почему ты считаешь глупой собственную семью? – прищурилась Дарла.

– Потому что ради этих проклятых фальчиоров они готовы жить в этом краю вечного холода, – крикнул Мот. – Но я не таков! Я ненавижу зиму и рудники с рабами. И какой толк от академии Льда, если от неё никуда не уйти? Но есть ещё одна причина, почему мы идём на север.

– Это какая же?

– Отец желает оставить мне эти земли в наследие и подыскать жену, дабы плодилось потомство Ортоксанов. Ему нужны внуки, чтобы с гордо поднятой головой сидеть за столом и хвалиться приплодом перед прочими главами кланов. Вместо того, чтобы уйти в снега в месяц бога Льда.

– Ненавидишь отца – это я могу понять. Но почему ты против сил, что даст тебе клан? Рудники не сделают тебя беднее. А фальчиоры сделали твою семью сильной.

– Это так, но для использования этой силы снова придётся жить среди снегов. Ненавижу снег!

– Ты – дурак! Смотри не на снег, а на возможности, которые даст тебе эта заснеженная земля! – огрызнулась Дарла, едва услышала про жену. – Лёд же дал тебе силу. Это жертва льду.

– От дуры слышу! – в свою очередь, огрызнулся и Мот. – Я страдал достаточно ради благоденствия снежного края. И хочу надел на юге. Традиции меня мало интересуют.

– Твой клан богат, но богатство это на севере. Стоит откочевать на юг, и ты станешь таким же мягкотелым, как имперцы, – добавила амазонка, посмеиваясь. – Женись, глупец. Отец прав. Вкуси жизни! Прими волю клана. Если будет радовать тебя, радуй её. Если же не по нраву станется, то ты всегда можешь оставить её без одежды в этих снегах, и никто ничего не скажет наследуемому лорду.

– Пожалуй… ты права, я всегда могу отправить её в снега и сам найти получше. Если дурна собой или плохо готовит.

– Это и называется истинной силой севера! – поддержала Дарла. – Разве ты не понимаешь? Что происходит на севере, остаётся на севере. Никто тебе здесь не указ… лорд.

Последнее слово она произнесла через силу.

– Силой севера? – тут же заметил эту заминку напарник. – Не за силами ли ты прибилась к секретам ведьм, амазонка? Не за ней ли подалась в Великую Академию?

– А что, если так? Что в этом плохого?

– Ты бы легко выжила на севере, Дарла! – посмеялся в ответ компаньон. – Ты и теперь плетёшься за силой со мной на север. Сила манит тебя, но ещё больше интересует власть. Ты пойдёшь за ней куда угодно.

Дарла отвернулась. Мот покачал головой.

– Так что не жалуйся на дорогу. Я одарю тебя богатствами за твой цепкий ум ровно также, как Владыка. Немало дорог мы прошли вместе. Но если тебя так манят эти земли, я бы охотно поставил тебя здесь вместо себя, а сам жил на юге. Будешь моим ставленником?

Дарла задумалась, затем убрала заледеневшую прядь со лба и ответила, уводя разговор в сторону. Всё-таки сначала следовало увидеть Ягудию поближе, прежде чем соглашаться на подобное в дороге, погодя.

– Я ушла от амазонок после того, как они обвинили меня в смерти собственной сестры, – призналась она.

– Ты убила её? – почти не удивился спутник, который знал, что такое север и подготовил компаньона к походу лучше Андрена и компании.

От того Мот потребовал своё ещё на границе и люди клана явились на зов со всем необходимым для путешествия на север. Потому они пробирались через снега в тёплых одеждах и верхом на олбыках, что в отличие от лошадей, отлично чувствовали себя среди снегов и знали, как пережить метель.

– Я не трогала Сурь! – возмутилась Дарла. – Что ты вообще знаешь обо мне? Служение Владыке моё вынужденное. Я не искала его нарочно, но лишь это могло спасти нам жизнь тогда на болотах. Значит, такова наша судьба.

– Этого достаточно, чтобы понять твою суть. Ты своего не упустишь. А плутая в болотах, мы верно сдохли бы с голоду или пали от дизентерии, если бы не твой настрой и моё терпение. Но вышли из этого испытания вместе! Как вместе росли под волей Владыки. А теперь мы здесь, с его поддержкой, но уже по своей воле. И север подчинится нам, Дарла!

Напарница в ответ лишь сплюнула снег с губ и ускакала на своём олбыке в конец каравана. Эти массивные парнокопытные животные, добротно заросшие шерстью, управлялись ягудами с помощью особых сёдел.

Лишь спрятавшись за стадом-сопровождения от ветра, что пробивало путь по снежному морю и спасало караванщиков от пурги, Дарла осталась наедине со своими мыслями, чтобы всё обдумать.

Наследственный ягудский лорд напротив, ушёл в первую шеренгу, возглавив караван за стадом заграждения с другой стороны. Там, среди первых ягудов-погонщиков находился давно не молодой проводник, который приходился Моту родным дедом. Он в детстве рассказывал немало интересных историй. Мог бы порадовать слух и сейчас, если бы в этих краях хоть что-нибудь случалось, а не тысячи раз пересказывали на разный лад одни и те же истории.

Двое мастер-магов игнорировали повеление Великой Академии, не желая тратить время на получение посохов. Они держали путь в далёкие северные стойбища ягудских лордов по поручению Владыки и возвращаться под пяту Бурцеуса не собирались.