Степан Мазур – Тот самый массажист 4 (страница 12)

В кабинете повисла тишина. Но лишь на минуту.

– Слушай, ну тут же неправильно написано. Правильно – «Ирак», – снова заверил коллегу тот, что быстрее бегал. – Я смотрел, как там на Олимпиаду Каддафи вешали. Он же в Египте первый президент был. Про него ещё передачу снимали про достижения цветных людей в Африке. Лучший негр года или вроде того. Он же самый быстрый человек был! За это и повесили, да? Конечно, Олимпиады с каждым годов всё более не предсказуемые.

– Занимайтесь делом…молча! – прикрикнул уставший следователь и оба перешли на шёпот.

Посмотрев на своих молодых коллег, ещё полгода назад проходящих стажировку в Вашингтоне, а теперь пристроенных по возращению как ценные специалисты на волне инклюзивности для людей с показателем ай кью ниже семидесяти, более опытный следователь «старой школы» только вздохнул и отправил их следом за кофе, выдворив прочь из кабинета.

– Чёрт с вами, я даже компенсацию требовать не буду. Я всё-таки мзду не беру, мне за державу обидно! Просто отпустите меня! – в то же время убеждал испанского следователя Мендель через приложение. – Или скажите какие ваши прайсы, чтобы меня отпустили, а дело сгорело? Мы же может как-то преодолеть эту стену? Понять друг друга? Ферштейн?

– «Мзда» – зарплата, – выручил и на этот раз переводчик с чешского следователя и тут же добавил. – «Стена» – бедро… что только усугубило ситуацию.

«Какую ещё он зарплату от меня требует»? – невольно подумал следователь и прищурился: «А с бедром что? Продать хочет на органы? А сам куда без бедра денется? Не поэтому ли он в тюрьму собрался, чтобы с бедром остаться?»

– Так вы хотите поработать? – спросил он на испанском, приходя лишь к одному выводу, что нужно расширение штата. – У вас недостаток денег, но вы просто не хотите терять лицо?

Приложение тут же перевело запрос на чешский, подчеркнув такие слова как «запор» (недостаток) и «тварь» (лицо).

– Сам ты тварь! Чего это вы мне сразу угрожаете?! – возмутился Мендель, расслышав отдельные слова через динамик. и оглянувшись, добавил. – Но откуда вы знаете про запор? – и неловко улыбнулся.

Всё-таки в век технологий и не такое можно узнать, а у него взяли отпечатки пальцев. Как минимум. А отлить он вполне мог и в умный сортир.

Следом за успокоительным хлебнув мокиато с двойным сахаром, принесённым помощниками, следователь под новой кофеиновой дозой вдруг резко заметил ухмылку заключённого под стражу. И решив, что получивший гражданство Швейцарии господин Мендель над ними просто издевается, кивнул:

– Значит, не хотите сотрудничать? А может вы просто обманщик? И та женщина из феминисток права? Откуда у вас деньги за загородный дом, если вы даже местного языка не знаете А, может вы вообще, вор?

Мендель, который был от испанского так же далёк, как Австрия от Австралии (даже через Токио), с надеждой посмотрел на телефон и приложение вновь не разочаровало, выдав на этот раз совсем скупой набор знакомых слов: «подводник» (обманщик), «жена» (женщина) и «плот» (вор).

Мендель перевёл взгляд на следователя и только руками развёл:

– Да какой к херам подводник на плоту? Я даже не служил! А жена моя совсем на голову отбитая! Вам лучше с ней не связываться. Ну чисто – бегемот, потопит и не заметит.

Напоследок рассказав следователю, что бегемот это – «грош» на чешском, приложение только добавило (очевидно, в рекламных целях), что «шкода» это – жалость, беда и убыток. Что следователя окончательно добило, как как ездил он как раз на шкоде, даже не подозревая, что фамилия основателя автомобильного бренда переводилась именно так.

Окончательно психанув, старший полицейский в отделе просто перевёл Менделя в общую камеру, чтобы дать себе время разобраться с ситуацией и запросить в следующем году расширение штата, что включало бы и переводчика со славянских языков, иначе в тюрьме будет сидеть только он. Причём за убийство подследственных. На эмоциях…

В новую камеру Мендель заходил уже с гордо расправленными плечами. Всё-таки выпустить сразу не выпустили, но и о нём толком ничего не знают, раз про плоты ему рассказывают и интересуются, а не подводник ли он, часом?

– Вечер в хату, бродяги! – крикнул он четверым задержанным на русском.

Трое чернявых, что держались вместе, тут же повернули к нему голову. Тогда как один сидел особняком и только хмыкнул.

«Чмырь», – подумал Мендель.

«Сам чмырь»! – подумал тот, что сидел особняком.

– О, братишка, значит? – повернулись к нему все трое и Мендель заметил, что они похожи друг на друга, как однояйцевые близнецы.

Только в одежде разной, но все в спортивном.

«Не первый день сидят», – понял Мендель.

«Ещё один лох», – подумали трое и синхронно улыбнулись, включаясь в процесс ментальной обработки.

Глава 9 – Ещё более спокойное место

Чем только не занимаются яйца, пока не учат курицу. И едва Мендель подошёл поближе, как старший тут же представил «спортсменов поневоле» в кроссовках без шнурков, но на резинке.

«Бывалые», – понял Мендель.

«Опытный», – поняли братья и переглянувшись, решили, что так просто этого клиента не взять.

– Это мой средний брат – Дамир, – заявил старший брат. – А это младший брат – Амир. Сам я – Самир, старший в семье.

– Но старше он всего на двадцать минут, – отметил важную деталь Дамир.

– А Дамир тоже старше на двадцать минут, но уже меня, – добавил Амир и посмотрел на Самира.

Старший брат тут же нахмурил брови и добавил важно:

– А знаешь, что я делал в твои годы? – и перечислил последовательно всё, что он делал сорок минут назад в этой же камере.

Все трое братьев тут же хором засмеялись, а затем резко прекратили, как по команде и выжидательно уставились на вошедшего.

– Мендель. Евгений Романович. Ну или просто – Жека, – представился по-свойски заключённый под стражу.

– За что посадили? – спросил Амир.

– За решётку, – кивнул Мендель, немного волнуясь.

Все хохотнули, улыбнулся и арестант, вспоминая как надо прописываться в тюрьмах. На ум тут же пришёл нарисованный мелом тигр на стене, с которым нужно подраться. Но это задание он помнил. Всего-то и стоило, что сказать «пусть первый нападает». Выбор между «лётчиком» и «шахтером» был в пользу лётчика. Трое с кровати в одеяло поймают. Это лучше, чем под шконками ползать, пыль собирая. А вот все остальные ответы немного заволокло туманом. И он толком не помнил, нужно ли жопой на пику сесть или рыбку съесть?

«Всё-таки заграница», – подумал Мендель, но на всякий случай сделал морду кирпичом, разглядывая камеру на восьмерых с половиной не застеленных, но отдельно стоящих кроватей и с удивлением обнаруживая отдельную дверь в санузел.

– А за что? – спросил средний брат, давая ещё один шанс на благое развитие беседы.

– Да походу хреново евроинтегрируюсь, – ответил он с усмешкой и выбрал свободную кровать поближе к окну. – Соседи – падлы! Хоть и не все падлы – соседи.

– Знакомое дело, – добавил Самир. – Ты давай рассказывай, как толком было.

Всё-таки побеседовать с новеньким лучше, чем смотреть в окно на опостылевший снег, а утреннюю газету с новостями на трёх языках Амир на самолётики пустил, в основном запуская их в сторону молчаливого одиночку.

Мендель тоже с большим сомнением посмотрел на одиночку, что сидел на кровати в углу, подобрав поближе к подбородку колени и решил начать рассказывать. Но поскольку никто не уточнял – что рассказывать, начал с анекдота.

– Это, короче, посадили мужика в тюрьму на десять лет. Стоит перед заселением в коридоре ни живой, ни мёртвый. Ну конвоир ему и говорит, сжалившись.

– Говори всем, что у тебя статья 152-я, часть вторая. Понял?

Мужик кивнул и заходит в хату. Зэки подходят, давай расспрашивать:

– Кто такой будешь? Какая статья?

– 152-я! – резко отвечает мужик.

Зэки тут же посовещались и ему лучшую койку выделили у окна повыше.

– А часть какая? – следом спрашивают.

– Вторая! – добавляет мужик и все тут же ему хавки приносят, курево, а сами по шконам подальше присели, притихли.

Ну мужик обрадовался, что так всё обернулось. И на прогулке к менту подходит и спрашивает:

– Слушай, а что за статья такая, эта 152-я?

– А, да это изнасилование крупного рогатого скота.

– А часть вторая о чём?

– Со смертельным исходом…

Братья тут же в голосину заржали. Самир, утирая слёзы, рукой на стул махнул, мол поближе подходи, присаживайся. Чайник тут же поставили, казённой воды из казённой раковины в электрочайник залив, заварка пакетиками на тумбочке образовалась, следом сахар кусковой, печенье с шоколадной крошкой.

«Видно не первый день сидят», – понял Мендель, присаживаясь рядом.

«Видно, много анекдотов знает, раз приглашение принял», – подумали братья, но анекдоты под чай слушали охотно.

Травить анекдоты Мендель перестал только в момент, когда одиночка поднялся с кровати и, никому не говоря ни слова, в туалетной комнате скрылся.

– А это что за хрен с бугра? – спросил он шёпотом