Степан Мазур – Тайные тропы Варленда (страница 6)

Обновлённое строение гордо воссияло на солнце, словно бастион всегда стоял на холме. Существо же в образе Хафла легко запрыгнуло на донжон с дальней стены и предстало перед орком и Чини как есть. Глаза его были черны, без зрачков, но словно полыхали чёрным огнём. Он пугал и манил одновременно, представ перед ним исполином.

– Кто ты? – нашёл в себе силы спросить орк.

Этот Андрен не ответил. Только моргнул и вдруг потерял дополнительный рост и вес. Вскоре ослабевшее тело свалилось им под ноги.

Грок тут же осмотрел собрата, но на теле лишь образовалась небольшая тёмная полоса на левой руке. Он попытался подлечить её, затем стереть как грязь, но ничего не выходило.

– Словно странный ожог или кожа запачкана сажей, – заметил Грок. – Сколько ни мой, не отмоешь. Но кто поселился в Андрене. Неужто один из Дюжины?

– Не знаю кто, то теперь перед нами барон, как минимум, – буркнула Чини и объяснила. – Бастион теперь есть. Должен быть и владелец. А судя по тому, как замок пожрал тела вояк Освободительной армии, теперь мы взяли его по праву сильного!

Грок усмехнулся:

– Полагаешь тому, кто за пару минут воздвиг бастион, нужны какие-то регалии?

Чини молча присмотрелась к тёмной полосе на руке, поморщилась:

– Полагаю, это далось ему не так легко, как нам кажется… тащи его внутрь! Пусть поспит.

– Что, если это проказа? – присмотрелся к странной ране орк, не найдя ей аналогов в голове. Не ожог, не сукровица, не будущий шрам, не синяк, не отёк, не грязь, не след от холода или яда. Полоса просто есть, как явление или татуировка вождя севера на коже.

– Проказа не проказа, а ты до сих пор лежал бы распятым и бездыханным на пыточном столе, кабы не его отметина, – подстегнула Чини. – Как по мне, так не худший обмен, чем вам обоим перестать дышать под пытками палача.

Орк со смежными чувствами подхватил тело. Весило то, хвала всем богам, как старое-доброе тело Андрена. Учитывая вернувшиеся силы, он легко закинул его на плечо и понёс прятать от солнца.

Спустились по витым ступенькам на второй этаж. А оттуда через перила и перегородки открылся вид на тронную залу. Внутри бастиона всё было иначе, чем прежде, вздумай они посетить это помещение прежде: сияющая светом зала со множеством светильников к вечеру и ночи, шёлковые и домотканые занавески и гобелены на стенах, богатые ковры с высоким ворсом на каменном полу. А где нет ковров, там узоры.

– Убранство, достойное самого императора! – поразилась Чини, которая прочем, в имперской тронной зале никогда не бывала. Зато умела многое себе представлять.

Грок, как зачарованный, шёл по помещениям, считая комнаты. На стенах висело оружие, картины пейзажей, были вышиты птицы, звери, эмблемы, короны. Причём ничего подобного он не видел прежде даже в последнем издании учебника по геральдике. Словно не в Варленде те отличия прижились, а были взяты из другого мира.

«Или существует пока только в голове этого существа, что несу на руках», – прикинул орк.

– Если бы здесь была ещё и охрана с прислугой, я бы легко назвал его королём, – сказал орк. – Но короли сейчас лишь у эльфов. А император – один.

– Должна заметить, мой друг, что королю в королевстве нужны подданные, – заметила Чини, на этот раз торча из нашитого внешнего кармана Андрена на робе мага.

В отличие от орка, человек где-то успел раздобыть свою одежду.

«А то и убивал каждого встречного, пока не собрал весь комплект», – прикинула Чини.

– А без людей и их признания, он всего лишь барон, – заявила вслух морская свинка.

– Но он же вождь! – напомнил орк. – Призовём в эти тёплые, благодатные земли клан Единства с севера и…

– … развяжем войну? – договорила Чини. – Как думаешь сколько людей из местных примет в своих землях варваров с распростёртыми объятьями?

Орк задумался.

– Завались уже с ним в ближайшую спальню! – подстегнула Чини. – Хватит шастать, как неприкаянному! А если хочешь переселить сюда варваров, то прежде нужно подготовить почву. Иначе – война!

Едва орк толкнул плечом ближайшую дубовую дверь и перешагнул порог, как дух захватило от обилия красок и роскоши. Из-под высоких резных окон в помещение проникал дневной свет, а вместо деревянных ставен, свойственных всем замкам земель Баронства и Графства, стояло прозрачное, как слеза, стекло.

– Гномье стекло! – удивился орк. – Я думал, что оно есть только в Мидриде.

Положив Андрена на кровать, орк раздел его и засунул под покрывало. Перина мягкая настолько, что тело тут же немного утопилось в постель.

– Провал меня побери, да теперь он проспит весь остаток месяца бога Огня.

– Лишь бы выспался, – вздохнула Чини, вновь оценивая отметину на руке. – Спускаемся в тронную залу.

Если в комнате барона стояли просто стёкла, то в тронной зале была целая композиция из витражного разноцветного стекла. Тёплый и мягкий свет, словно поймав в себя всю радугу, падал на один единственный трон.

– Ну хоть баронессу себе ещё не назначил, – даже немного расслабилась Чини.

Трон пустовал, но прямо за ним висел портрет в полный рост. На нём сидел на троне Андрен. Полуголый, окровавленный и без сознания. На коленях неизвестный художник изобразил два оружия крест-накрест – собственный меч вождя и ятаган орка.

– Провал меня побери… – прошептал Грок, подходя ближе и рассматривая детали. – Кто и когда это успел нарисовать?

Но что более удивительно, скрещённый меч и ятаган висели теперь и расшитыми стягами высоко над самим троном. Они же были вытканы в качестве правящего герба бастиона, а именно серебряный меч, скрещённый с чёрным ятаганом. Мир освещало солнце над ними, разбрасывая щедрые разящие лучи во все стороны света.

– Это новая эмблема бастиона? – спросила Чини и не дождавшись ответа, добавила. – Красиво. Ой, а что это у него на ногах за ключ?

Грок приблизился. Действительно, на картине на коленке правителя покоился золотой ключ. Сундук обнаружился позади трона. И это на картине.

Но едва оба обошли трон, как нашли настоящий сундук и торчащий в нём ключ, а на полу были ножны с мечом и перевязь с ятаганом.

Грок подхватил ятаган, проверил, махнул, заявив:

– Тот же!

Его. Настоящий.

Чини оружие было не интересно, но дотянувшись, она тут же провернула ключ в сундуке лапками. Послушный механизм щёлкнул. Внутри оказались золотые монеты с гравировкой. Присмотрелись, а там изображение упомянутого герба на аверсе и изображение Андрена на троне на реверсе.

– Да он обо всё позаботился! – воскликнула Чини.

– То есть? – не понял Грок, но монету на зуб проверил.

В отличие от золота тёмных, то не спешило исчезать. А вот по весу кругляш был тяжелее имперской монеты. И был подозрительно-схож с монетами Единства. Но с более изысканной гравировкой вместо букв В.А.Х., что нанёс Зуб-Кузнец, как сокращение от «Вождь Андрен Хафл».

Гномью монету в руках держать Северному орку не довелось, но эти внушали уважение.

– Золото – здесь редкость. То есть земли Баронств и Графств себе позволить золотых монет не могут, – охотно разъяснила морская свинка свои знания по геологии, картографии и пометках из томика «О соседях Империи». – Здесь нет золотых шахт, а на реке, где обнаружили золотой песок, охочих добывать его нет. Ночные эльфы не любят огней промывщиков золота в ночи и делают ежей из всех желающих, осыпая их своими стрелами из тени. Золотодобытчики бесследно пропадали ровно до той поры, пока знатные не прекратили это гиблое дело. Реку с тех пор так и назвали – Ночные очи. Серебро в ходу в этих землях и медяки. А эта монета… это начало чего-то большего, Грок.

– Выходит, он забрал золото у Графа Аткинса? – прикинул орк.

– Если тот ранее не забрал его у графа Скраба, – припомнила морская свинка.

– Которое тот получил от барона Малькольма. И всё – кровью, – добавил Грок.

– Которое тот получил от Империи за службу, – закончила Чини и кивнула. – Всё сходится и вернулось на круги своя. Имперцам. А с такими деньгами мы быстро наберём первых людей в услужение.

– Что, значит, «мы»? То есть я, а ты поспишь рядом с ним? – уточнил Грок чисто для себя.

– А то и значит, что пока наш спаситель отсыпается, я за ним присмотрю, – подчеркнула Чини свою важную роль в этом деле. – А ты седлай коней и скачи по округе, призывай людей служить новому барону.

– Ты же знаешь, что они ненавидят зеленокожих!

– Так ты предлагаешь мне поехать?

– Да и… где я тебе коней возьму?

– Да тут столько чудес, что за коней я точно не переживаю! – прикинула морская свинка.

– А с чего ты взяла, что меня просто не ограбят за… цвет кожи? – уточнил орк. – На золото позарится любой бандит!

– Я очень надеюсь, что ты найдёт единомышленников быстрее, чем врагов, – хмыкнула морская свинка, объясняя глупому орку простую истину. – Так что ищи не бандитов, а крестьян и прочий рабочий люд.

Гроку ничего не оставалось делать, как подчиниться. Он отнёс морскую свинку на второй этаж, оставил в спальне барона и отбыл искать коней.

Едва дождалась, пока она останется с Андреном наедине на кровати, Чини

прижавшись к его щеке и долго молчала. Лишь большие гроздья слёз стекали по мохнатой морде. Редко, когда она могла побыть собой наедине с ним. Сейчас же её сердце разрывалось при взгляде на отметину на руке. Он явно чем-то пожертвовал ради их спасения.

Вот только чем и кому?

– Что за бог дал тебе сил? – спросила она его, но ответа не было…