Стенли Вейнбаум – Межпланетные истории (страница 35)

– Погляди, Ди! – воскликнул он наконец. – Птица!

Казалось, она скользила к ним, паря на широко расправленных крыльях. Она была большой, размером с птеродактиля, и пикировала на людей, подхваченная безумным ветром. Тим с ужасом уставился на трехфутовый клюв птицы.

Диана закричала от ужаса. Тварь нацелилась на них и неслась со скоростью самолета. Молодая женщина схватила обломок льда и швырнула в тварь. Та, чуть изменив угол полета, вышла из пике и мгновенно скрылась. Эта птица не могла летать против ветра.

Позже они поискали информацию об этой птице в книге Янга. Этот бесстрашный исследователь тоже видел такое существо. Он назвал его «бумажным змеем». Тварь погубила одного из людей экспедиции Янга. Не птица… это существо летало подобно бумажному змею, подхваченному чудовищными взрывными волнами Титана, и опускалось на землю только в периоды полного спокойствия или для поглощения добычи.

Но на этом небольшом ледяном шарике обитало слишком мало живого. Если не считать иногда появлявшихся аборигенов, «бумажного змея» и деревьев со стволами-хлыстами, Тим и Диана не видели никаких живых существ. Конечно, если не считать кристаллические пузыри обителей ледяных муравьев. Только те никогда не появлялись на поверхности. Они работали под этими маленькими куполами, которые росли словно грибы, а потом лопались, рассыпаясь маленькими ледяными кристаллами. Одинокий мир, дикий, причудливый – небольшая, непохожая на Землю планета.

На Титане никогда по-настоящему не шел снег. Холодный воздух поглощал слишком мало водяного пара для того, чтобы тот сконденсировался в снег, но он имел достойную замену. В те дни, когда температура повышалась, на поверхности океана появлялись мелкие водоемы, иногда расширяющиеся за счет сильных выбросов холодной воды со дна за счет землетрясений. Свирепые ветры взбивали эти водоемы в морскую пену, замерзавшую в облака льдинок, которые ветер гнал через всю планету.

Часто в темное время суток Диана наблюдала в окно, как несутся облака этих льдинок, блестя в холодном зеленом свете Сатурна, прислушивалась, как они царапают стены, и ей казалось, что вокруг купола бродит высокий, завернутый в саван призрак. В такое время, несмотря на атомный генератор, согревающий их крошечное жилище, она дрожала всем телом, запахивала одежды, но делала это осторожно, так, чтобы Тим этого не заметил.

Так и тянулось время под их торговым куполом, медленно и мрачно. Погода не менялась, была неизменно отвратительной – такая погода могла быть только на Титане, почти в девятистах миллионах миль от Солнца. Маленький мир, совершающий полный оборот в течение пятнадцати дней и двадцати трех часов. Никаких смен времен года. Только смена направления ветра с восточного на западный отмечала движение планеты вокруг гигантского Сатурна.

Тут всегда царила зима – яростная, холодная, беспощадная, по сравнению с которой земные штормы на равнине Антарктиды могли показаться апрелем на Ривьере. Постепенно Сатурн подползал все ближе к Солнцу, пока в один прекрасный день его кольца не рассекли темной тенью красноватый диск. Вот-вот должно было начаться затмение.

Но однажды ночью случилась катастрофа. Тим дремал на койке. Диана мечтала о зеленых полях и теплом солнечном свете. Снаружи буря ревела громче обычного, и череда ледяных призраков скользила мимо окон. Низкий и зловещий гул говорил о движении ледяных гор. Сатурн и Солнце теперь были уже на одной линии. На планету обрушилась удвоенная приливная сила. А потом неожиданно раздался сигнал – звонок, предупреждающий об опасности.

Диана знала, о чем он предупреждает. Несколько месяцев назад Тим установил во льду ряд шестов вдоль утеса, защищающего рощу деревьев-хлыстов. Тим предвидел надвигающуюся опасность и установил своего рода сигнализацию. Звонок подразумевал, что утес начал движение и теперь «наехал» на один из шестов. Опасность!

Тим тут же спрыгнул с койки.

– Бери одежду, сматываемся! – и стал одеваться. – Быстро!

Он схватил куртку из губчатой резины и перебросил ее Диане.

Натянув собственную куртку, Тим начал открывать дверь, та резко отворилась, опрокинув стул. Ветер со свистом пронесся по куполу.

– Возьми аварийный пакет! – завопил Тим, перекрывая шум ветра.

– Я посмотрю.

Диана с трудом подавила свой страх, когда Тим исчез. Она крепко сжала пакет, а потом пересыпала восемнадцать огненных орхидей в небольшой кожаный мешочек и повесила его на шею. Стараясь не нервничать, она уговаривала себя, что утес стоит на месте, а веху повредил ветер. Подняв стул, она уселась на него, оставив дверь чуть приоткрытой и уставившись в темноту, несмотря на порывы ветра, острые как удары ножа.

Тим вернулся. Она увидела его руку в перчатке, которой он ухватился за край дверного проема, а потом появилось его лицо, закрытое пуховой маской. Он взглянул на супругу через округлые очки.

– Наружу! – заорал он, хватая рюкзак.

Она поднялась и побрела за ним в воющий ад, когда прозвенел второй звонок.

И вовремя! Сильный ветер заставил ее распластаться на льду, цепляясь за выступы, и когда торнадо чуть отступило, она увидела огромную башню блестящего льда, много выше лачуги. А потом раздался страшный грохот, рев, перекрывший завывание ветра, и их купол разлетелся, словно карточный домик. Одна железная стена, подхваченная ветром, словно огромная летучая мышь пролетела у них над головой. А потом Диана услышала грохот, клацанье вдоль склона.

Ошеломленная и сильно испуганная, она стала пробираться вслед за Тимом под защиту горного хребта, в то время как сам Тим боролся, пытаясь не выпустить из рук рюкзак, который бился в его руках словно живой. Диана успокоилась только тогда, когда он накинул на плечи лямки рюкзака.

– Неужели это конец, Тим? – пробормотала она, прижавшись своим шлемом к его. – Но я все равно счастлива, что пошла с тобой. Я счастлива, что мы вместе.

Тим застонал от отчаяния, но порыв ветра унес звук в сторону. Он резко обернулся, обнял ее.

– Мне очень жаль, Ди, – хрипло пробормотал он.

Он хотел поцеловать ее, однако это невозможно было сделать в титанской ночи. Это был бы поцелуй смерти. Они бы умерли, замерзнув во время поцелуя. Он постарался отогнать мысль о смерти, которая так или иначе казалась теперь неизбежной. И тогда он решил, что лучше умереть в борьбе. Они отошли под защиту горного хребта и присели, чтобы подумать.

Тут они не могли оставаться, это было очевидно. Ракета должна была прилететь только месяца через три. Но они превратятся в замороженные трупы много раньше, а ураган унесет их тела и похоронит в какой-нибудь расселине. Без инструментов им было не построить пригодное для людей жилище. Их атомная печь оказалась похороненной под ледяным утесом. Да и до Нивии они не доберутся. Она лежала в сотнях километров по ту сторону Проклятых гор. Или могли добраться? Для них это выглядело единственной возможной альтернативой.

– Ди, – напряженно позвал Тим. – Мы идем в Нивию. Не пугайся. Послушай. Ветер только что изменился. Теперь он станет дуть нам в спину. У нас восемь дней до того, как он изменится. Если мы сможем делать… двенадцать, тринадцать миль в день… Если у нас получится, мы будем в безопасности. Если нам не удастся сделать это до того, как ветер снова изменится… – тут он сделал паузу. – Да, нет перспективы хуже, чем умереть здесь.

Диана молчала. Тим хмурился, и это было заметно, даже несмотря на защитные очки. Да, добраться до Нивии возможно. Пакет, куртка и все. Здесь Тим весил меньше, чем на Земле, но не так, чтобы уж очень мало. Титан хоть и не больше Меркурия, но был достаточно плотным миром. С другой стороны вес зависел не только от плотности, но так же от расстояния до центра массы. И ветер теперь был попутный, то есть на их стороне. Его сильные толчки, ощущались более яростными, чем толчки любого земного ветра, а все потому, что воздух содержал более тридцати процентов ксенона, что само по себе было достаточно опасно… Однако выбора у них не было.

– Пошли, Ди, – позвал Тим, вставая. Сейчас им нужно было идти, а отдохнут они позже, когда встанет солнце и опасность замерзнуть во сне будет много меньше.

И тут Тима поразила ужасная мысль: впереди только три восхода солнца. Потом на четвертый титанский день маленький спутник попадет в густую тень Сатурна и начнется затмение. И только одному Богу известно, какие ужасные силы обрушатся на пару, спешащую в Нивию – город Снега.

Однако с этим ничего не сделаешь. Нет никакой альтернативы. Тим помог Диане встать, и они осторожно вышли из-под защиты ледника. Они шли, низко наклонившись, а ветер хлестал их, осыпая мелкими льдинками.

Ночь выдалась темной даже для Титана. Сатурн вместе с Солнцем освещали противоположное полушарие маленького мира, и сейчас в темной вышине над головами путникам мерцали и сверкали только звезды, но их свет был тусклым из-за плотной атмосферы. Земли, которую часто разглядывала одинокая пара, маленькой зеленой звездочки, тоже не было в небе. Если смотреть с Титана, то Земля всегда находилась возле Солнца, а поэтому ее можно было увидеть только на восходе и закате. И ее отсутствие в небе сейчас казалось плохим предзнаменованием.

Тим и Диана брели по длинному, гладкому, открытому ветру склону. Они сделали ошибку, решив пересечь эту возвышенность, понадеявшись, что ботинки с шипами дадут достаточную опору. Это оказалась не так. Ветер подхватил их, заставив перейти на бег, и потом они бежали все быстрее и быстрее, не в силах остановиться. И ни один из них не знал, что их ждет впереди.