Стенли Вейнбаум – Межпланетные истории (страница 37)

Диана пошевелилась, потом села. Она сразу заметила испуг на лице мужа.

– Тим! – закричала она. – Теперь-то что случилось?

– Это моя ошибка, – ответил он мрачно. – Я расстегнул твой костюм. Я должен был это предвидеть, – он показал ей камень, который держал в левой рукавице. Тот упокоился в ямке ладони Тима.

– Ерунда, Тим, – мягко объявила Диана. – Какая разница сколько их было: восемнадцать или сотня? Мы ведь могли умереть, и зачем нам тогда камни?

Тим сразу не ответил. Лишь через какое-то время он сказал:

– Даже одного будет достаточно, когда мы вернемся. Возможно, восемнадцать камней перенасытили бы рынок. А так мы попробуем получить за один столько же, сколько получили бы за восемнадцать.

Конечно, это ложь, другие торговцы наверняка привезут много камней, но пока нужно было отвлечь ее внимание.

Тим заметил, что ледяные муравьи были заняты у двух вентиляционных отверстий в центре – строили внутренний купол. Кристаллический купол теперь достигал футов восьми в высоту – выше людей, и вроде бы должен был скоро треснуть.

Понимая, что вот-вот должно случиться, люди одели маски. Зубчатая трещина появилась на западной стене купола, и неожиданно купол развалился. Ветер тут же подхватил и унес обломки, а потом набросился на людей, толкая их по льду.

Они скользили, ползли к зубчатым скалам. Диана снова была полна сил. Ее молодой организм быстро восстановился. И тут Тим заметил что-то странное: гигантский Сатурн почти закрыл Солнце. Настал последний день.

Ночь пришла слишком быстро. Закат – красный диск закрыл три четверти неба. И скоро сильный холод обрушится на этот мир. Крошечные льдинки стали забивать фильтры их масок с такой скоростью, что путники не успевали их вытряхивать.

Тут температура днем никогда не была выше сорока, а ночной воздух быстро снижал ее до минус ста и ниже. Даже специальные нагревающие фильтры не могли согреть воздух в достаточной степени, и тот врывался в легкие людей подобно жгучему пламени.

Переполненный отчаянием Тим высматривал купол ледяных муравьев. Достаточно большие купола были сами по себе редкостью. И когда он нашел один, тот уже был достаточно большим. Они и не подумали заделывать пробитое отверстие, а сразу стали строить новый купол. Через полчаса купол рухнул, и путникам пришлось отправиться дальше.

Тем не менее они пережили ночь и встретили рассвет четвертого дня почти беспомощными под защитой высокого утеса. Безнадежно встречали они этот тусклый рассвет. Поднявшийся над горизонтом Сатурн принес немного тепла.

Через час после того, как над горизонтом появилось отчасти заслоненное Сатурном Солнце, Тим поглядел на термометр на запястье. В этот день температура поднялась лишь до семидесяти. Они поели шоколад, но каждый укус причинял боль – им пришлось сдвинуть маски, да и сам шоколад заледенел.

Когда их члены занемели и потеряли чувствительность, Тим вынудил Диану подняться, и они вновь отправились в путь. Теперь день был ничуть не лучше, чем ночь, если бы не холодный свет Сатурна. Ветер стал бить еще сильнее. Где-то в полдень Диана рухнула на колени и не смогла больше подняться.

Тим отчаянно выглядывал ледяной пузырь. Наконец далеко справа он увидел маленький, фута в три, купол ледяных муравьев – достаточно большой для Дианы. Он не смог поднять жену, поэтому ему ничего не оставалось, как взять ее за руки и потащить к куполу. Она помогала мужу, как могла. В конце Тим предупредил жену, чтобы она спала в маске, а то мало ли что придет в голову этим муравьям. Через четверть мили он нашел купол для себя.

Тим проснулся, когда развалился купол, в котором он укрылся. Была ночь. Ужасно завывал ветер. Похоже, это и в самом деле будет последняя ночь. Наручный термометр показывал минус сто сорок. Страх охватил его. Что если и купол Дианы не выдержал! Он с трудом пробрался туда, двигаясь против ветра, а потом закричал от радости. Купол вырос, но все еще стоял. Диана тоже была испугана. Она боялась, что Тим потеряется или погибнет. Только на рассвете Тиму удалось пробить купол.

Странно, но следующий день дался им много легче. Было очень холодно, но они достигли предгорья Проклятых гор. Скалы давали им защиту от ветра. Силы Дианы восстановились, и в этот день они прошли самое большое расстояние.

Впрочем, теперь было все равно, потому что перед ними встали горы: белые и сверкающие. Взглянув на них, Тим почувствовал отчаяние. До Нивии оставалось всего миль двадцать пять, но как им перебраться через эти горные пики?

Когда наступили сумерки, Диана все еще была на ногах. Тим оставил ее под защитой глыбы льда, а сам собирался поискать купол ледяных муравьев подходящего размера. Но на сей раз ему не повезло. Он нашел только несколько шестидюймовых куполов. И никакого убежища на ночь, которая обещала быть еще более суровой, чем предыдущие. Он повернулся к Диане, переполненный отчаяньем.

– Мы пойдем дальше, – объявил он ей.

Ее грустный, усталый взгляд испугал его.

– Неважно, – спокойно объявила она. – Нам никогда не пересечь Проклятые горы, Тим. Но я люблю тебя.

Они отправились дальше. Ночь наступала быстро. Температура упала ниже ста сорока, и Тим с Дианой почувствовали, как немеют их конечности. Ледяные вихри проносились мимо них, утесы трещали и грохотали. Через полчаса путники окончательно выбились из сил, и никакого подходящего купола так и не нашли.

В очередной раз оказавшись под защитой горного хребта, Диана остановилась и качнулась к Тиму.

– Бесполезно, – объявила она. – Лучше умереть здесь, чем бороться дальше. Больше я не могу.

Она опустилась на лед, и это спасло им жизни.

Тим склонился над супругой, и тут в том месте, где только что была его голова, просвистела птица. Ее блестящий клюв, словно молния, рассекал воздух. Бумажный змей! Визжа от ярости, птица заскользила назад, паря на крыльях безумного ветра.

– Видишь, это безнадежно, – пробормотала Диана.

Тим ошарашенно огляделся и тут неожиданно увидел вход в пещеру. Янг упоминал эти странные пещеры во льду. А иногда они встречались и в каменных утесах Проклятых гор. Эти туннели всегда были ориентированы на юг или на север. Янг считал, что это дома аборигенов, а входы расположены таким образом, чтобы их не засыпали льдинки. Но торговцы вскоре выяснили, что у аборигенов нет никаких домов.

– Мы пойдем туда! – закричал Тим.

Он помог Диане встать, и они поползли к пещере. Проход, напоминающий трубу, сузился, а потом внезапно стал шире и перешел в пещеру, наполненную паром. Пар предполагал более высокую температуру. Супруги стянули маски, а Тим достал ручной фонарик.

– Посмотри! – задохнулась Диана.

В странном помещении, одна стена которого была изо льда, другая – из скалы, что-то лежало на полу, что-то напоминающее резную колонну.

– Боже мой! – Тим был поражен. – Этот айсберг однажды предоставил кров аборигенам. Никогда не думал, что эти примитивные твари на такое способны.

– Возможно, аборигены тут не при чем, – заметила Диана. – Быть может, на Титане тысячи лет назад обитали более высокоразвитые существа. Тогда Сатурн был достаточно горячим, чтобы согреть их. А может, они до сих пор тут обитают?

Но самое неприятное, что ее предположение скоро подтвердилось.

– Узза, узза, узза, – произнес кто-то. Супруги повернулись и уставились на странное существо, показавшееся из ниши в стене. Лицо… Нет, скорее нечто хоботобразное, напоминающее огромного дождевого червя.

На конце хобота был полый клык или сосущий зуб, а чуть повыше на дрожащем стебельке покачивался леденисто-зеленый гипнотический глаз титанской острицы, впервые лицом к лицу столкнувшейся с человеком. Супруги уставились на ужасную тварь, а тем временем трубчатая тварь вползала в пещеру. Ее тело к концу становилось все тоньше, пока не стало толщиной с волосок.

– Узза, узза, узза, – произнесла тварь. Но странно было не это, а то, что люди поняли, словно их разум сам перевел звуки. – Сон, сон, сон, – повторила тварь много раз.

Тим схватился за револьвер… или хотел схватиться. Однако рука его замерла на полпути, а потом Тим остановился, словно окаменев. Он не мог пошевелиться под пристальным взглядом червя.

– Узза, узза, узза, – продолжала сонно гудеть тварь. – Узза, узза, узза, – этот звук монотонно отдавался в их ушах. Тим чувствовал себя сонным, истощенным борьбой с адом, царящим снаружи. – Узза, узза, узза, – почему бы ему не уснуть?

Сообразительная Диана спасла их. Она разбудила Тима.

– Мы спим, – пробормотала она. – Мы оба спим. Не знаю, как, но спим. Разве ты не замечаешь? Мы оба быстро засыпаем.

Тварь еще раз повторила:

– Узза, узза, – и сделала паузу, словно была озадачена.

– Повторяю, мы спим! – настаивала Диана.

– Узза! – прогудел червь.

Тварь безмолвно вытянула свое ужасное «лицо» к Диане. Неожиданно инстинктивно Тим продолжил прерванное движение. Он почувствовал холод пистолета даже через перчатку, а потом его оружие выплюнуло синее пламя.

Раздался громкий вопль. Червь, свернувшись, словно пружина, повернул свое окровавленное лицо к Диане. Не думая, Тим прыгнул на тварь. Его ноги со всего маха врезались в ее тело, запутались, и, чтобы сохранить равновесие Тиму пришлось упереться руками о стену. Но червь оказался очень слабым существом. Когда Тим восстановил равновесие, он был мертв и его тело оказалось разорвано на несколько частей.