Стелла Полякова – Репатриация сердца (страница 4)

Женщина откинулась на спинку кресла и внимательно посмотрела на Веру.

— Через брак с гражданином Израиля, да. Это законный путь.

— И... сколько это занимает времени?

— Зависит от конкретной ситуации. В среднем — от шести месяцев до

года. Нужно доказать, что брак настоящий, не фиктивный. Проводятся

проверки, интервью.

— Проверки? — Вера почувствовала, как пересохло в горле.

— Да. Вас будут спрашивать о том, как вы познакомились, что вы знаете

друг о друге, как долго вместе. Могут прийти с проверкой на дом, посмотреть, действительно ли вы живёте вместе. — Женщина говорила ровным, усталым голосом, как человек, который повторял эти слова тысячу

раз. — Если есть малейшие подозрения в фиктивности брака, вам откажут.

И занесут в чёрный список.

— Понятно, — выдавила Вера.

— Вам нужен полный список документов?

— Да, пожалуйста.

Женщина протянула ей несколько распечатанных листов.

— Здесь всё описано. Если будут вопросы — звоните по телефону, указанному внизу. Следующий!

Вера вышла из кабинета, чувствуя себя так, будто только что сдала экзамен, к которому не готовилась. В руках у неё был список требований на трёх страницах мелким шрифтом.

Она остановилась в коридоре и начала читать. Свидетельство о браке.

Подтверждение совместного проживания. Совместные фотографии. Показания свидетелей. Справки. Ещё справки. И ещё.

— Господи, — пробормотала Вера.

— Первый раз всегда страшно, — раздался голос рядом.

Она обернулась. Рядом стоял мужчина — высокий, в очках, с растрёпанными тёмными волосами и папкой документов в руках. Он смотрел на неё с лёгкой усмешкой.

— Что? — не поняла Вера.

— Я просто говорю, что первый раз всегда пугает. Эта куча бумаг, проверки, интервью. Но это реально.

— Вы уже проходили?

— У меня гражданство. Я здесь по делам матери, — он поправил очки.

— Но я видел процесс много раз. Знакомые репатриировались, друзья. Это

работает, если делать всё правильно.

Вера посмотрела на него внимательнее. Лет тридцать с небольшим, усталый вид, но приятное лицо. Говорил по-русски с лёгким акцентом.

— А что значит "правильно"?

— Быть убедительным, — он пожал плечами. — Если брак настоящий, конечно. А если нет... — он помолчал, — то быть очень, очень убедительным.

Они посмотрели друг на друга. Вера вдруг почувствовала странное

напряжение — как будто он знал, что она думает. Как будто видел насквозь.

— Удачи, — сказал он и пошёл к выходу.

Вера стояла, держа список документов, и смотрела ему вслед. На полпути к выходу он остановился, достал из кармана телефон и что-то быстро набрал.

Потом вышел, не оглядываясь.

Она посмотрела на документы в руках. Потом на дверь, за которой он

только что исчез. "Быть очень убедительным".

Ладно. Она может быть убедительной. Шесть лет в дизайне научили её продавать идеи, в которые клиенты сначала не верили. Она убеждала людей, что розовый — это правильный выбор для строительной компании, а Comic Sans — это преступление против человечности. Она может убедить

консульство, что её брак настоящий.

Нужен только один маленький нюанс.

Жених.

Вера вышла из посольства на холодную улицу и сразу же открыла телефон.

Зашла на форум, который читала последние три дня, и нашла раздел "Поиск пары для репатриации". Объявлений было много. Слишком много.

"Ищу невесту для фиктивного брака. Гражданство Израиля. Оплата обсуждается. Серьёзные предложения в личку".

"Помогу с репатриацией. Опыт есть. Условия индивидуальные".

"Срочно нужен жених с гражданством Израиля. Готова обсудить

условия".

Вера прокручивала ленту, читала профили, пыталась понять, кто из этих людей действительно может помочь, а кто — мошенник.

Телефон завибрировал. Сообщение от Максима. С ещё одного нового номера.

- "Вера, мне сказали, ты продаёшь квартиру бабушки. Зачем? Что

происходит? Позвони мне. Пожалуйста".

Вера нахмурилась. Откуда он знает про квартиру? Она ещё даже не

выставила её на продажу. Потом вспомнила — риелтор. Она звонила риелтору вчера вечером, узнать о примерной оценке. Наверное, кто-то из общих знакомых сказал Максиму.

Вера заблокировала номер и открыла один из профилей на форуме. Мужчина, 45 лет, гражданин Израиля, предлагал помощь с репатриацией за миллион рублей. В профиле были отзывы — три положительных, один отрицательный: "кинул на деньги, не отвечает после предоплаты".

Вера закрыла профиль.

Открыла другой. Женщина, 38 лет, предлагала "партнёрство" —

совместную репатриацию для двух женщин через поддельные документы.

Отзывов не было.

Закрыла.

Следующий. Мужчина, 50 лет, с фотографией в профиле. Неприятное лицо, хищный взгляд. "Помогу красивым девушкам. Условия обсуждаются лично".

Вера почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она закрыла форум и убрала телефон. Может, это была глупая идея. Может, нужно просто найти другую работу. Переехать в другой город. Сменить номер телефона. Начать заново здесь, в России. Но что-то внутри упрямо говорило: нет. Она устала начинать заново в том же месте. Она хотела действительно другой жизни. Не косметического ремонта старой, а совершенно новой.

Телефон снова завибрировал.

- Олег Викторович: "Вера, где варианты для Кристины? Она ждёт. Нам нужно до конца дня".

Вера посмотрела на сообщение. Потом на здание посольства за спиной.