Стелла Полякова – Лента (страница 4)

Ольга села на край дивана. Достала телефон, начала что-то проверять. Я пил кофе — отличный, правда, насыщенный, с лёгкой кислинкой — и наблюдал.

Они сидели на одном диване, между ними сантиметров тридцать, оба смотрели в телефоны. Не разговаривали. Просто сидели.

Прошло минут пять.

— Как выходные? — спросила наконец Ольга, не поднимая глаз от экрана.

— Норм.

— Что делал?

— Ничего.

— Понятно.

Снова тишина. Я допил кофе, встал, пошёл умываться. В ванной увидел новую зубную щётку в упаковке на полке — видимо, для гостей. Распаковал, умылся, почистил зубы. Посмотрел на себя в зеркало — не выспался, мешки под глазами, щетина. Похож на того, кто вчера листал телефон до двух ночи.

Вернулся в комнату. Ольга лежала на диване, голова на подушке, ноги поджаты. Глаза закрыты. Даня сидел в другом конце дивана, всё так же в телефоне. Она не спала — я видел, как она дышит, неровно.

— У тебя конференция во сколько? — тихо спросил Даня, обращаясь ко мне.

— В час дня.

— Ясно.

Я сел в кресло. Достал ноутбук, открыл рабочую почту. Начал проверять письма, готовиться к презентации. Иногда поглядывал на них. Ольга лежала с закрытыми глазами. Даня листал. Время тянулось медленно, под гул холодильника и шум дождя за окном. Через полчаса Ольга открыла глаза. Посмотрела на часы на запястье.

— Мне скоро нужно, — сказала она.

— Окей.

Она села, провела рукой по лицу. Посмотрела на Даню.

— Можно ещё десять минут?

— Конечно.

Она снова легла. Закрыла глаза. Даня продолжал листать.

Я не выдержал.

— Ольга, — сказал я. — Простите, что встреваю, но... вы не спите же?

Она открыла глаза, посмотрела на меня.

— Нет, — сказала она просто. — Я просто лежу.

— И это... помогает?

Она задумалась.

— Да, — сказала она. — Помогает.

— Чем?

Она села, поправила очки, посмотрела на меня внимательно. Оценивающе. Решала, стоит ли говорить.

— Вы часто у Дани? — спросила она.

— Редко. Живу в Питере, приезжаю по работе.

— И он вам рассказывал... про меня?

— Только что вы приходите по понедельникам и приносите еду.

Она усмехнулась.

— Ну да. Приношу. А ещё плачу ему за квартиру. И технику покупаю. Видели монитор?

Я кивнул.

— Это я. Прошлый месяц. Он не просил, я сама решила. Сказала, что если он сидит за компьютером, то пусть хотя бы экран будет хороший.

— А кофемашина?

— Тоже я. Две недели назад.

— Вы... содержите его?

Она покачала головой.

— Не содержу. Я просто покупаю ему вещи. Он не просит. Я сама хочу.

— Зачем?

— Понятия не имею, — она рассмеялась тихо. — Наверное, потому что могу. У меня хорошая зарплата. Муж зарабатывает ещё больше. Деньги есть. А Даня... ну, вы же видите. Ему всё равно. Он не благодарит, не радуется. Просто берёт и пользуется. Или не пользуется. Ему без разницы. И это странно освобождает.

— Не понимаю.

Ольга посмотрела на Даню. Он всё так же листал, не обращая внимания на наш разговор. Будто нас не было.

— Видите, — сказала она, — всю жизнь я делаю что-то для кого-то. Для мужа — поддержка, секс, разговоры. Для детей — забота, развитие, внимание. Для работы — результаты, дедлайны, рост. Для родителей — звонки, визиты, помощь. Для подруг — встречи, советы, эмоции. Для Instagram — красивые фотки, истории, образ счастливой мамы и жены. И все ждут чего-то. Всё время. И я даю. Потому что так надо. Потому что я хорошая. А Даня ничего не ждёт. Совсем. Я могу купить ему монитор за сто тысяч, а могу не купить. Ему похер. Я могу прийти, могу не прийти. Ему похер. Я могу молчать или плакать. Ему похер. И это... блять, это так облегчает.

Она сказала "блять" неожиданно резко, и я понял, что она на грани.

— Хотите, выйдем покурить? — предложил я.

— Не курю, — она покачала головой. — Бросила три года назад. ЗОЖ, всё дела.

— Понятно.

Она встала, прошлась по комнате. Остановилась у окна, посмотрела на дождь.

— Знаете, как выглядит мой обычный день? — спросила она, не оборачиваясь.

— Расскажите.

— Подъём в шесть тридцать. Муж уже ушёл на работу — у него встречи с семи, он уходит в шесть. Я встаю, иду в душ. Пятнадцать минут. Одеваюсь — десять минут. Макияж не делаю, некогда, да и зачем, я работаю удалённо. Иду будить детей. Старшему девять, младшей шесть. Они не хотят вставать, капризничают. Я мягко, но настойчиво. Нельзя кричать — в книжках по осознанному родительству написано, что крик травмирует. Я же осознанная мама.

Она усмехнулась горько.

— Завтрак. Я готовлю — каша, яйца, фрукты. Никакого сахара, никаких быстрых углеводов. Дети ноют, что хотят блины с нутеллой, но я стойко объясняю про пользу медленных углеводов. Они едят, я делаю фотку для сторис — "Наше полезное утро ❤️". Фильтр, пару тэгов, постить. Пока они едят, я проверяю почту, отвечаю на срочное. Восемь утра — отвожу старшего в школу, младшую в сад. Машина в пробке, двадцать минут на дорогу вместо пяти. Младшая плачет — не хочет в сад. Я уговариваю, обещаю вечером мультик. Наконец высаживаю обоих. Девять утра.

Она повернулась, посмотрела на меня.

— Еду домой. По дороге заезжаю в "Азбуку вкуса", покупаю продукты на неделю. Трачу полчаса. Приезжаю, разбираю покупки, загружаю посудомойку, включаю стирку. Половина десятого. Сажусь за компьютер, начинаю работать. Я программистка, фуллстек. Работаю в американской компании, зарплата хорошая, но график плотный. Созвоны, код-ревью, дедлайны. Работаю до часа. Перерыв — готовлю обед. Салат, курица, киноа. Ем стоя, отвечая на сообщения в Slack. Час дня — снова работа. До четырёх вечера.

— Без перерыва?

— С перерывами на туалет и кофе. В четыре забираю младшую из сада. Старший до пяти на продлёнке. Младшая хочет гулять, но на улице холодно и дождь. Везу её на кружок — гимнастика. Сижу, жду час. Листаю телефон — рабочие чаты, Instagram, новости. В пять забираю сына из школы. Он голодный, злой. Даю йогурт и фрукты. Везу на английский — три раза в неделю. Сижу, жду ещё час. Листаю телефон. Семь вечера — еду домой с обоими. Они устали, ссорятся в машине. Я разнимаю, объясняю, что нужно договариваться словами. Осознанное родительство, да.

Она снова усмехнулась.

— Дома — ужин. Готовлю быстро, то, что заранее заготовила. Овощи на пару, рыба. Дети ноют — хотят пиццу. Я объясняю про рыбий жир и омегу-3. Они едят нехотя. Муж приходит в девять. Он уставший, но в хорошем настроении — сделка прошла успешно или что-то там. Я разогреваю ему ужин, мы коротко говорим о дне. Минут десять. Потом он идёт в кабинет, доделывать что-то. Я укладываю детей — читаю сказки, обнимаю, целую. Младшая засыпает быстро. Старший долго — у него тревога, психолог говорит, это возрастное. Я лежу с ним, глажу по спине, шепчу, что всё хорошо. Засыпает в десять. Я выползаю из его комнаты.

Она села обратно на диван, рядом с Даней. Он всё так же листал, не слушая.

— В десять вечера я иду в душ. Двадцать минут под горячей водой. Единственное время, когда я одна. Выхожу, надеваю пижаму. Муж уже в кровати, в телефоне. Я ложусь рядом. Он обнимает меня, начинает гладить. Я понимаю, что он хочет секса. У нас расписание — вторник, пятница. Сегодня понедельник, но он возбуждён, хочет. Я устала до полусмерти, но я хорошая жена. Мы занимаемся сексом. Минут десять. Он кончает, целует меня, говорит, что я лучшая. Засыпает. Я лежу, смотрю в потолок.