Стелла Полякова – Лента (страница 1)
Стелла Полякова
Лента
ЧАСТЬ I.
Глава 1. Приезд
Я приехал в Москву в воскресенье вечером. Аэроэкспресс, метро, пересадка на Таганской — привычный маршрут, который я проделывал раз в два-три месяца последние пять лет. Конференция в Сколково, два дня презентаций про финтех-стартапы, нетворкинг, коктейли с инвесторами. Стандартная программа.
Отель я не бронировал. Вместо этого написал Дане:
Он ответил через три часа:
Одно слово. Даже без точки. В этом был весь Даня.
Мы учились в одном университете — он на дизайне, я на прикладной математике. Пересекались на студенческих вечеринках, общих знакомых, пару раз ездили компанией на дачу к кому-то. Не то чтобы мы были близкими друзьями, но и не чужими. Просто знакомые. Из тех, с кем необязательно созваниваться каждую неделю, но можно написать через полгода, и это не будет странно.
После универа я уехал в Питер — получил оффер в неплохом стартапе. Даня остался в Москве. Сначала он работал в какой-то дизайн-студии, потом ушёл на фриланс, потом... Честно говоря, я не очень понимал, чем он занимается последние годы. На вопросы отвечал уклончиво. Но квартиру снимал ту же самую, что и во время учёбы, в Бутово, и иногда, когда я оказывался в Москве, я заходил к нему.
Почему к нему, а не в отель? Наверное, потому что у Дани можно было просто быть. Не нужно было поддерживать разговор, развлекать, объяснять, зачем приехал. Можно было прийти, сесть, помолчать. И это было нормально.
Я вышел из метро в девятом часу вечера. Бутово встретило меня привычной панельной серостью — высотки, парковки, редкие фонари. Ноябрь, холодно, моросит. Я поднял воротник куртки и пошёл к знакомому дому.
Подъезд. Домофон. Третий этаж. Лифт пах мочой и свежей краской одновременно — видимо, делали ремонт, но не везде.
Я позвонил в дверь.
Никто не открыл.
Позвонил ещё раз.
Тишина.
Достал телефон, написал:
Через минуту дверь открылась. На пороге стоял Даня — босиком, в серых треникax и мятой чёрной футболке с логотипом какой-то игры. Волосы растрёпаны, щетина дней пять, в правой руке — телефон, в левой — наушники, которые он явно только что вытащил из ушей.
— А, — сказал он. — Привет.
— Привет.
Он посторонился, пропуская меня внутрь. Я вошёл, снял куртку. Прихожая — те же крючки, та же полка для обуви, тот же зеркальный шкаф-купе. Ничего не изменилось. Только теперь на полке для обуви стояла только одна пара — чёрные Nike Air Max, явно дорогие. Больше никакой обуви.
— Обувь только одна? — спросил я, кивнув на кроссовки.
— Зачем больше? — Даня пожал плечами. — Этих хватает.
Я разулся, прошёл в комнату.
Квартира была однушкой, квадратов тридцать. Совмещённая кухня-гостиная, спальная зона отделена стеллажом IKEA, санузел раздельный. Студенческое жильё, каким оно и должно быть, только Дане было двадцать семь, и он давно не студент.
Но главное было не это.
Главное — что ничего не изменилось. Совсем. Тот же диван с продавленным сиденьем. Тот же журнальный столик, на котором стояла недопитая кола в стеклянной бутылке, пустая упаковка от роллов, зарядка от телефона. Тот же ковёр. Те же полки — полупустые, на них стояли несколько фигурок из аниме, пара книг (явно не читанных), беспроводная колонка.
Конечно, появились новые дополнения в интерьере. На столе появился огромный изогнутый монитор — дюймов тридцать четыре, игровой, с подсветкой. К нему подключена механическая клавиатура с RGB-подсветкой, которая мягко переливалась всеми цветами радуги. Мышка беспроводная, дорогая. Наушники на подставке — тоже явно не дешёвые, с шумоподавлением.
Всё это стояло на том же старом столе, который помнил ещё наши студенческие годы.
— Апгрейднулся, — заметил я, кивнув на технику.
— Ага, — сказал Даня. — Оля принесла.
— Оля?
— Потом расскажу.
Он вернулся на диван, устроился в привычной позе — полулёжа, ноги на столике, телефон в руках. На диване лежала подушка и плед. Похоже, он здесь и спал.
Я огляделся. За стеллажом виднелась кровать — заправленная, аккуратная. На ней лежала сложенная одежда — толстовка, джинсы. Кровать выглядела нетронутой.
— Ты на диване спишь?
— Угу.
— А кровать?
— Иногда. Когда кто-то приходит.
Он сказал это так буднично, что я не сразу понял, что он имел в виду. Но спрашивать не стал.
Я сел в кресло напротив дивана — то же самое кресло, в котором сидел год назад, и два года назад, и три. Обивка протёрлась на подлокотниках.
— Как дела? — спросил я.
— Норм.
— Работаешь?
— Иногда.
— Часто "иногда"?
— Сделал логотип на прошлой неделе. Пятьдесят тысяч. Этого хватит.
— На месяц?
— На два.
Я посмотрел на него внимательнее. Даня не изменился внешне. Всё такой же — высокий, худой, с этой ленивой грацией в движениях. Лицо всё такое же — правильные черты, тёмные глаза, которые всегда казались чуть усталыми. В универе девушки западали на него постоянно. Он был из тех парней, которые не прилагают усилий, но всё равно привлекают внимание.
Но что-то изменилось. Что-то неуловимое. Он стал... более плоским что ли. Как будто часть его ушла внутрь и не собирается возвращаться.
— Голодный? — спросил он, не поднимая глаз от экрана.
— Не особо. Перекусил в аэропорту.
— В холодильнике есть чего взять. Ольга вчера приносила.
— Ольга?
— Ага. По понедельникам приходит.
Я встал, прошёл на кухонную зону — она была отделена барной стойкой. Открыл холодильник.
И остановился.
Холодильник был забит. Не просто "есть еда" — он был забит продуктами из дорогого супермаркета. Контейнеры с салатами, греческий йогурт, моцарелла, хамон, авокадо, киноа, свежевыжатые соки в стеклянных бутылках, органическая курица. На полке стояли три бутылки крафтового пива и бутылка белого вина — явно не из "Пятёрочки".
— Охренеть, — сказал я. — Ты теперь ЗОЖ?
— Нет. Это Ольга. Она так покупает.
— А зачем она... впрочем, ладно.
Я взял пиво, открыл, вернулся в комнату. Даня всё так же лежал на диване, листая что-то в телефоне. Экран светился ему в лицо — голубоватый свет в полумраке комнаты. Он не включал верхний свет, только торшер в углу давал мягкое тёплое освещение.