Стефания Бертола – Завтра ветер переменится (страница 27)
У синьоры Эдеры все нормально. Хотя ей уже звонили из соцслужбы и попали на Антоньетту. Но мы были к этому готовы.
– Я сказала, что я – ее дальняя родственница из Калабрии, в Турине просто проездом.
– Нет у меня там никаких родственников! – возмущается синьора Эдера. – В Калабрии же одни калабрийцы!
– Синьора Эдера, как вам живется с Антоньеттой? – спрашиваю я, помогая старушке выбрать блузку.
– Как-как… Вечно крутится под ногами.
– Хотите, чтобы она уехала?
– Что ты, что ты! Зачем ей уезжать! Но родственников в Калабрии у меня нет, так и знай.
– Но если сказать соцслужбе, что у вас нет родственников в Калабрии, они забеспокоятся и решат, что Антоньетта мошенница и хочет забрать у вас пенсию. Тогда ей придется уехать.
Когда ты уже поднаторела с детьми, договориться со стариками проблем не составляет. Наверняка какой-нибудь философ уже написал об этом книгу.
Но синьору Эдеру голыми руками не возьмешь.
– Раз она хочет здесь жить, пусть платит. Она мне не родня.
Переключаем внимание.
– А вы знали, что Исанлоран тоже был из Калабрии?
– Из Калабрии, как же! Что за ерунда!
– Честно-честно. У него калабрийские корни. Его настоящее имя – Иво Санлоренцо.
– Быть не может. Ты точно знаешь?
– Конечно. Когда ему было семь, его родители переехали во Францию и сменили фамилию, чтобы их не нашла мафия. Как вам вот эта блузка в клеточку?
Ах, если бы жизнь была так же проста, как синьора Эдера.
Но жизнь совсем не такая. Во вторник после обеда, когда я лежу в кровати в своей любимой квартирке и собираюсь встать, чтобы бесцельно пройтись по центру, раздается звонок. Это Галанти.
При виде его имени у меня сердце едва не выскакивает из груди. Наверное, рассмотрел лампу. Что же делать?
Все отрицать. Я всегда все отрицаю. У меня же нет ключа от спальни, а значит, войти и разбить лампу я не могла. Все просто.
– Алло! – дрожащим голосом отвечаю я.
– Добрый день, Бриджида. Надеюсь, я вас не отвлекаю. Хочу попросить об одном одолжении.
Кажется, я спасена!
– Я приехал в Бра навестить Родольфо… А тут звонит Федерико и говорит, что хочет показать квартиру. Эти клиенты в Турине всего на несколько дней, так что показать ее надо именно сейчас. Вы не могли бы подойти передать ключи?
Хм-м-м. Вообще-то, я на прогулку собиралась. Очень жаль, но я занята.
– Нет проблем. Во сколько?
– Через полчаса. Федерико и сам узнал о встрече только что. Но… мне бы хотелось, чтобы они все же посмотрели квартиру.
Ага, значит, он все-таки собирается ее продать. Ну да, если он собрался в эту Латвию или, как там ее, Эстонию, к этой Даше…
Галанти благодарит меня, уточняет, что, разумеется, заплатит за потраченное время, и после минутного колебания добавляет:
– Простите, не могли бы вы проверить, что в квартире все более-менее в порядке? Я не думал, что сегодня будут посетители. Не прибрал перед уходом.
– Хорошо, не волнуйтесь. Приберу. Передайте привет Роберте и Родольфо.
– Спасибо. Разумеется.
Закончив этот сухой разговор, я сразу направляюсь на пьяцца Эмануэле Филиберто.
Пабло и Перла встречают меня довольно радостно – насколько могут проявлять радость кошки.
– Вы что, голодные? – интересуюсь я.
Кошки фыркают.
Я осматриваюсь, пытаясь разглядеть в квартире следы присутствия хозяина. В квартире некоторый беспорядок, дверь в спальню открыта. Не устояв, я заглядываю внутрь. Кровать не застелена, а в воздухе чувствуется тяжелый аромат духов. Довольно неприятный. Что ж. Теперь, когда я зарабатываю больше, я тоже могу позволить себе духи пошикарнее. Я мало ими пользуюсь и никогда не покупаю дорогие, но сейчас мне хочется, чтобы и после моего ухода оставался какой-то след, по которому меня сразу будут узнавать. Как Клариссу. Только я выберу духи получше, после меня не будет пахнуть как после мессы.
Застилая кровать, я мельком поглядываю на Тиффани и замечаю, что она спокойно стоит на своем месте, никто ее не трогал и не рассматривал. Я быстро заглядываю в ванную, стараясь не задерживаться – мало ли что они там делали, лучше мне не знать подробностей. На подоконнике лежит крохотная косметичка. Хоть она и открыта, у меня не возникает ни малейшего желания заглянуть внутрь.
Так бы и выбросила в окно.
Раздается звонок. За дверью стоит Федерико. Он глядит на меня, точно я – Хоакин Феникс в образе Джокера. Почему у него такой взгляд?
– Привет.
– Привет. А ты что здесь делаешь?
– Тебе пришла открыть, дурачок. Галанти попросил.
– Он сказал, что приедет Кларисса.
– Ничего об этом не знаю. Может, она в итоге уехала с ним. Или ей некогда. Что с тобой? Почему ты такой странный?
Федерико набирает воздуха, чтобы ответить, но у него за спиной появляется гламурного вида парочка – они явно просочились в открытую дверь подъезда.
– А вот и мы! Рико, привет! – стрекочет юное создание с голубыми волосами и в сиренево-голубом наряде. Она улыбается во весь белозубый рот, а ее жемчужно-белые ноготки мягко сияют.
Ее друг выглядит еще моднее, а улыбается еще шире. На вид они явно счастливая пара, так что и я решаю проявить радушие.
– Привет! Проходите, пожалуйста, я Бриджида…
– Бриджида присматривает за домом, пока Дамиано в отъезде, – быстро вмешивается Федерико.
– Привет-привет! Меня зовут Альберика, а это Джулиано. Я уже без ума от этой квартиры.
Парочка снимает дорогущие куртки и отправляется на экскурсию по дому. Я пристраиваюсь сзади, потому что они вызывают у меня любопытство. Но еще любопытнее, почему Федерико так странно себя ведет.
И так как все тайное быстро становится явным, эта загадка тоже разрешается довольно быстро. Альберика и Джулиано приехали из Милана и хотят купить квартиру в Турине, потому что его переводят сюда по работе руководить каким-то банком или типа того, а она будет работать в музее в замке Риволи. Чем именно они занимаются, я толком не поняла, но ясно, что позиции важные, платят им кучу денег, потому-то они и хотят купить нормальную квартиру. Милан им порядком надоел, а если они переедут в Турин, Альберика будет чаще видеться с сестрой.
– Мы с Дезидерией очень близки, у нас всего два года разницы, знаешь, как это бывает… А поскольку она сейчас выйдет замуж и переедет сюда…
По ходу разговора они заглядывают в шкафы, под столы, присматриваются к паркету. В спальне Альберика бросает рассеянный взгляд на Тиффани и молчит. Странно, если она музейный работник, ей должны быть интересны предметы искусства, к тому же такие красивые… Может, ее натренированный взгляд сразу уловил, что лампа уже не настолько ценная? Альберика тем временем выходит из комнаты и устремляется к двери на террасу.
– О, вот это терраса! Джулио, ты только посмотри, какая прелесть! Невероятно! Столько зелени в самом центре города! С ума сойти! Я уже ее хочу!
Тут нужно напомнить, что терраса никогда меня особо не вдохновляла. Я на нее почти не выхожу, и, если бы не Агата, здесь была бы бесплодная земля, как сказал однажды поэт. Но, услышав это «я уже ее хочу!», как будто речь о какой-то помаде, я порядком напрягаюсь. Поспокойнее, цыпочка. Не все в этом мире можно купить.
– Да, терраса отличная… – замечает Джулиано с куда меньшим энтузиазмом.
Федерико почему-то молчит на протяжении всего показа. Куда делись потоки красноречия, которые он столь щедро обрушивал на других клиентов? Настроенных, кстати, куда менее решительно. Вот почему я решаю заменить удалившегося с поля Федерико и вступаю в диалог:
– Порта Палаццо всего в двух шагах. А еще тут полно милых магазинчиков…
– Да! Дезидерия мне так и сказала. Она бывала здесь с Федерико и очень надеется, что мы решимся на покупку. Эй, Рико! Когда Дези вернется, устроим тут отличный ужин на четверых…
Ни за что бы не поверила, что Федерико умеет краснеть. Он же риелтор, а значит, привык врать направо и налево. Но при этих словах он краснеет как рак, и это кое-что проясняет.
– Так он и есть жених вашей сестры! – воркую я, изображая приятное удивление. – Вот так сюрприз!
– Ну да! Свадьба назначена на сентябрь.