Стася Вертинская – Лотос для дракона. Берег реки Инхё (страница 6)

Мы ещё немного прогулялись по саду и вместе пошли на ужин. Госпожа Вень, сидящая во главе стола рядом с отцом, чуть заметно кивнула. Она выглядела довольной, ведь я сделала именно то, о чем она говорила – давала Лян Фенгу шанс вновь очаровать меня.

Опустившись на подушку напротив Лян Фенга, почувствовала уверенность, которой вчера так не хватало. Я больше не боялась сделать что-то не так. Лян Фенг, сидящий напротив, кивнул, словно поддерживая меня. В этот момент он казался другом, союзником, человеком, на которого я могла положиться.

Сёстры Вень Юнь и Вень Лин покосились на меня, но воздержались от новых насмешек. Возможно, они ещё не отошли от утреннего происшествия или, что вероятнее, боялись снова навлечь на себя гнев родителей.

Беседа за столом началась неспешно. Обсуждали дела семей, местные новости, торговлю. Лян Фенг снова говорил о новостях со строящейся плотины. Я слушала, запоминая каждую деталь. Сдерживала себя, если хотела спросить или что-то предложить – ещё не время для этого.

Я так увлеклась беседой Лян Фенга и родителей, что едва замечала происходящее за столом. И не сразу поняла, что одно место до сих пор пустует. Не успела я об этом подумать, как в комнате появился Цзан Чен.

На миг все затихли, обернувшись на звук его шагов. Цзан Чен неторопливо прошёл к своему и сел, как будто не замечая внимания к себе.

Я замерла. Меня снова охватило смятение, которое я чувствовала рядом с ним. Мой взгляд скользнул по его фигуре. И глаза вдруг зацепились за деталь, которой раньше не было.

Его волосы были аккуратно собраны и перевязаны лентой. Моей лентой.

Той самой лентой, которой сестры обвязали свёрток с ядовитыми травами, едва не стоивший мне всего, что было у Вень Лю. Теперь она красовалась в волосах Цзан Чена.

Я ощутила, как волна жара поднялась к лицу. Моя вещь на нем выглядела очень интимно, будто мы были с ним близки. Но я ничего не знала о Цзан Чене, да и он не проявлял ко мне особого интереса. И если бы не встреча у пруда, решила бы, что ему вовсе до меня нет дела.

Он поднял на меня взгляд. И, заметив моё внимание, улыбнулся краешком губ.

По спине пробежали мурашки. Он знал, что я заметила ленту. И ему нравилось моё смятение.

Поспешно опустила глаза и украдкой покосилась на присутствующих. Но никто, похоже, не обратил на ленту внимания. Лишь сестры Вень Юнь и Вень Лин заметно побледнели. Будто увидели в ленте что-то страшное, а не новый повод для насмешек и сплетен о Вень Лю. Они обменялись тревожными взглядами и уткнулись в тарелки.

Но почему сестры так боятся его?

Цзан Чен, казалось, не замечал наших чувств. Его лицо оставалось непроницаемым, а взгляд был сосредоточен на еде перед ним. Лента, однако, оставалась на своём месте, словно знак, который должен был увидеть только тот, кто знал её значение. И я не могла его разгадать.

Я отвела взгляд от Цзан Чена. Мне нужно было думать не о нем, а о том, как сблизиться с Лян Фенгом. Я снова прислушалась к разговору, но беседа перешла к семейным делам и новостям из дальних земель. О плотине больше не говорили.

Когда ужин был окончен, я вдруг подумала, что не стоит ждать новых возможностей, и, прежде чем Лян Фенг успел уйти, окликнула его.

– Лян Фенг, – я старалась говорить спокойно, хотя сердце трепетало от волнения. – Может быть… мы снова прогуляемся немного?

Он будто был удивлён моим словам, но его лицо озарилось улыбкой.

– Конечно, Вень Лю, – ответил Лян Фенг и кивнул, приглашая меня идти рядом.

– Я ничего не помню, но хочу заново узнать тебя, – смущенно начала разговор.

– Что ты хочешь узнать обо мне? – добродушно спросил он.

– Всё, что ты захочешь рассказать, – я улыбнулась в ответ, чувствуя, что ступила на верный путь. – Но особенно мне интересно услышать о строительстве плотины. Мне показалось, что это важно для тебя.

Лян Фенг рассмеялся и покачал головой.

– Плотина? Ты хочешь говорить о плотине? Разве такие вещи могут интересовать девушку? – Он посмотрел на меня с удивлением, но в его взгляде не было ни насмешки, ни пренебрежения.

Я кивнула и упрямо поджала губы. Неужели так сразу заговорить об этом было ошибкой?

– Я хочу понять, чем ты занимаешься и с каким трудностями сталкиваешься.

Лян Фенг задумался на мгновение, а затем вздохнул и сказал:

– Хорошо, раз уж ты так хочешь… Плотина действительно оказалась сложным проектом. Река Инхё слишком непредсказуема, и мы столкнулись со множеством сложностей. Течение кажется спокойным, но вода быстро подмывает основание, смывая землю и камни, как бы мы ни укрепляли их. Наши строители уже несколько раз возводили временные укрепления, но ни одно из них не выдерживает и месяца. Я рассчитывал, что плотина поможет задерживать воду для засушливых районов, но пока строительство идёт слишком медленно, и многие земли по-прежнему страдают от нехватки воды. Люди ждут, что мы решим эту проблему, но пока все расчеты в строительстве оказываются ошибочными.

Я кивала, прислушиваясь к его словам. При строительстве плотин часто возникали подобные проблемы. Неправильные расчёты и чрезмерная нагрузка на возведённые конструкции могли привести к таким последствиям. Потому для строительства плотин выбирали более спокойные участки рек. Наверное, в таком мире как этот не было иного выбора, и людям приходилось преодолевать слишком сложные условия.

– Но ведь вы построили часть плотины. Это приносит хоть какой-то результат? – я решила сразу понять, что ими сделано.

Лян Фенг снова вздохнул, отчего его взгляд стал ещё более усталым.

– Да, это ещё одна проблема. Мы надеялись, что во время возведения плотины удастся контролировать потоки воды. Но, как я и говорил, река непредсказуема. Когда она разливается, воды слишком много, она затапливает близлежащие деревни и уничтожает урожай. А когда начинается засуха, воды по-прежнему не хватает.

Я начала понимать масштаб бедствия. Строительство плотин – это всегда баланс между слишком большим количеством воды и её недостатком. Контроль за водными ресурсами требовал точных расчётов и знаний, которых, судя по всему, в этом мире не хватало.

– А что, если лишнюю воду уводить по каналам в поля? – спросила я, тщательно продумывая свои слова, чтобы не сболтнуть лишнего и понять уровень развития науки в этом мире.

– Конечно, мы подумали об этом, – кивнул Лян Фенг. – Мы строили дамбы, как велит наука, но вода уходит в обход них… Кто бы мог подумать, что с волей реки будет так сложно справиться.

Я снова задумалась. У них должен быть проект, учитывающий особенности местного климата, рельефа, почвы и водных потоков. Стоит увидеть его прежде, чем предлагать что-то. Воля реки? Скорее – ошибки в расчетах. У меня не так много опыта по инженерной части, но зато достаточно знаний о возможных последствиях неверных решений.

– Это правда сложная задача, – согласилась я. – Возможно стоит взглянуть на это иначе и найти решение, которое никто не находил прежде. Мне бы хотелось увидеть плотину своими глазами.

Лян Фенг посмотрел на меня с удивлением.

– Я и не думал, что это дело может тебя заинтересовать. Но… я рад, что ты хочешь помочь. Может, ты действительно увидишь то, что не видят другие, и это принесёт пользу.

Я не сдержала улыбки. Кажется, я не только стала чуть ближе к своей цели, но и нашла общий язык с Лян Фенгом.

5. Серебряная река

Я стояла у раскрытого окна, всматриваясь в сад. Прошло три дня. Три долгих дня с того разговора, а от Лян Фенга – ни слова. Я с теплотой вспоминала нашу последнюю встречу, его обещание показать мне плотину, ту искру, которая, как мне показалось, зажглась между нами. Тем томительнее было ожидание.

Уже на следующий день после того разговора он должен был спросить разрешения у моего отца уехать с ним. Но Джейи сказала в тот день, что Лян Фенг покинул поместье рано утром. И до сих пор от него не было никаких вестей. Значило ли это, что он… уехал без меня?

Что, если он передумал? Что, если всё это – лишь пустые слова, а я слишком много жду от него? Все же этот мир живет по иным непривычным для меня правилам. Дочь наложницы должна интересоваться вышивкой и танцами, а данное ей обещание может ничего не стоить. Многим людям вообще свойственно лгать и забывать о своих словах.

Отвернулась от окна и опустилась на подушку. Может быть, Лян Фенг решил, что прогулка к плотине – минутный каприз, не стоящий его времени? Ведь он очень удивился интересу Вень Лю к его проекту, а значит прежде ее не интересовали такие вещи.

Эти три дня стали для меня пыткой. Никто из дома Вень не навещал меня, и это лишь усиливало ощущение одиночества. Все будто напоминали, что Вень Лю – в этом доме никто, и можно забыть о ней, как только она перестанет быть полезной. Даже сестрички старались держаться в отдалении и не строили пакостей.

Джейи предлагала занять время ожидания вышивкой или живописью, но я совсем не умела рисовать, а рукоделие не было интересно. Без какого-либо занятия время тянулось ещё медленнее, а тревога и обида росли.

Но когда на четвертый день, ближе к полудню, я услышала шаги за дверью, сердце на миг сжалось. Я не осмеливалась поверить, но когда дверь открылась, и на пороге появился Лян Фенг, я испытала массу разных эмоций. Сначала радость, смешанная с удивлением, а потом снова тревога и злость – почему он так долго не появлялся? Затем смятение, ведь он пришел не один, за его спиной стоял Цзан Чен. Наверное, его появление сдержало меня от того, чтобы забыть о правилах и высказать Лян Фенгу всё, что я надумала о нём за прошедшие дни.