Стаси и Элен Твенти – Сделка с некроманткой. Отвергнутая невеста (страница 13)

Амара судорожно выдохнула. Краски возвращались медленно, но по крайней мере туман перед глазами начал рассеиваться. Она все еще чувствовала себя пустой чашей, которую наполнили лишь на донце, но этого хватило, чтобы осознать — в ее личной крепости слишком много захватчиков.

В углу комнаты Адриан Рейн застыл черным изваянием. Он не произносил ни слова, но его взгляд… Амаре стало не по себе. Ревизор смотрел на нее не как на объект проверки и не как на строптивого декана. В его глазах читалась странная, тяжелая сосредоточенность. Так смотрят на редкую хрупкую вазу, которая дала трещину и вот-вот рассыплется в пыль. Под этим взглядом Амара инстинктивно захотела подтянуть одеяло до самого подбородка.

Данте Веспер тем временем вовсю обживал пространство. Он уже успел бесцеремонно распахнуть шкаф и теперь с искренним ужасом рассматривал его содержимое.

— Милая Амара, это же преступление против эстетики, — он подцепил двумя пальцами рукав ее строгой черной блузки. — Пять оттенков сажи и ни одного флакона приличных духов на полке? И как ты собираешься властвовать над умами, не имея даже базового набора для контуринга лица?

Дариан, стоявший у изголовья кровати, выглядел так, будто сейчас извергнет из себя ураган. Его пальцы нервно барабанили по спинке кровати, а взгляд метался между вальяжным некромантом и подозрительно тихим ревизором.

— Веспер, если ты сейчас же не закроешь шкаф, я сдую тебя в окно вместе с твоими рассуждениями о помаде, — процедил Дариан.

— Ой, какие мы грозные, — Данте обернулся и, к всеобщему удивлению, присел на корточки перед Мраком.

Фамильяр, который еще минуту назад был готов отгрызть незваному гостю ногу, вдруг замер. Данте протянул руку — его пальцы были унизаны кольцами с темными камнями — и начал чесать Мрака за ухом. Теневой зверь издал звук, подозрительно похожий на довольное урчание, и его морда начала буквально таять под пальцами магистра некромантии.

— Предатель, — слабо пробормотала Амара, глядя на своего фамильяра.

— У него просто отличный вкус на некро-вибрации, — отозвался Данте, не оборачиваясь. — Мы с ним на одной волне, правда, зубастик?

Присутствие этой толпы в тесной комнате душило Амару сильнее, чем магическое истощение. Раздражение внутри нее копилось, как электрический заряд перед грозой. Ей хотелось тишины и отсутствия чьих-либо глаз.

В этот момент в приоткрытое окно что-то влетело. Письмо. Оно зависло в воздухе, медленно покачиваясь. Это был конверт из плотной, почти бархатистой черной бумаги. На сургучной печати красовалось изящное, детально прорисованное анатомическое сердце — со всеми артериями и клапанами, выполненное с пугающей точностью.

Дариан мгновенно оказался рядом, перехватывая письмо в воздухе.

— Погоди, Амара, это может быть опасно. От кого оно?

Амара рывком села на кровати, преодолевая сопротивление собственного тела, которое все еще казалось чужим и ватным. Злость — самое надежное топливо некромантов — наконец-то нашла выход.

— Дай его мне, — она выхватила конверт из рук Дариана прежде, чем тот успел рассмотреть печать. — Это моя личная почта. И на сегодня лимит посещений исчерпан. Вон. Из. Моей. Комнаты. Все.

— Амара, послушай, ты едва держишься, — Дариан попытался коснуться ее плеча, но она дернулась, уклоняясь. — Тебе нужно…

— Я сказала: все вон! — голос некромантки обрел ту режущую сталь, от которой у первокурсников обычно подгибались колени. — Данте, забери свои советы по макияжу и проваливай в свои апартаменты. Адриан, ваша инспекция официально завершена, отчет напишете в коридоре. Лиана, спасибо, ты чудо, закрой дверь с той стороны. Живо!

Данте, хмыкнув, грациозно поднялся, напоследок щелкнув Мрака по носу, и направился к выходу с видом человека, который просто решил сменить одну сцену на другую. Адриан Рейн задержал взгляд на Амаре еще на секунду — тяжелую, давящую секунду — но промолчал и вышел следом, чеканя шаг. Лиана, виновато шмыгнув носом, засеменила за ними.

В комнате остался только Дариан. Он замер у кровати, сложив руки на груди, и в его взгляде читалось упрямое намерение никуда не уходить.

— Тебя это тоже касается, — Амара перевела на него немигающий взор. — Вон!

— Я остаюсь, — отрезал он, и его голос больше не был солнечным. — Ты истощена, Амара. Кто-то должен следить, чтобы ты не сползла на пол, когда решишь, что ты снова всесильна. Я твой жених, в конце концов, и я не оставлю тебя одну с этим… подозрительным письмом.

Амара медленно выдохнула через нос. Воздух в комнате ощутимо похолодел, а тени по углам начали удлиняться, повинуясь ее раздражению.

— Дариан, если ты сейчас же не выйдешь сам, я попрошу Мрака тебя выставить. И поверь, он сейчас в таком настроении, что сделает это с большим удовольствием. Мне не нужна нянька. Мне нужно одиночество. Уходи.

— Амара…

— Уходи! — она указала пальцем на дверь, и на кончике ее ногтя на мгновение вспыхнула искра сырой тьмы.

Дариан стиснул челюсти. В его глазах промелькнула обида, смешанная с тревогой, но он понял — сейчас она не шутит. Один неверный жест, и их ссора перерастет в нечто куда более деструктивное. Он медленно развернулся и, не оборачиваясь, вышел, закрыв дверь чуть громче, чем следовало.

Щелкнул замок. Тишина навалилась на плечи приятным грузом. Амара вскрыла конверт серебряным ножом для бумаги. Внутри лежал лист тонкого пергамента, пахнущий ледяной хвоей и чем-то металлическим.

«Дорогая Амара,

Прошу простить мне эту вольность, но я не мог оставить без внимания ваш триумф в Авангарде. То, как вы удержали жизнь в теле юного Валленберга, было… поэтично. Истинное мастерство всегда вызывает у меня трепет, а ваше — граничит с божественным вдохновением.

Вы, вероятно, чувствуете себя сейчас разбитой и окруженной посредственностями. Я вижу, как они тянут к вам свои руки, пытаясь погреться в лучах вашей силы, не понимая ее природы. Но вы и я — мы из другой материи. Мы не просто управляем смертью, мы диктуем ей условия.

Я искренне желаю вам победы в этом фарсе, который в Академии называют «Турниром деканов». Было бы досадным недоразумением, если бы такая власть досталась кому-то менее достойному. Впрочем, я пишу вам, потому что верю в потенциал, который превосходит любые титулы и кресла в совете.

Представьте, чего бы мы могли достичь вместе. Наш союз стал бы самым совершенным сплетением магии в истории этого мира.

Подумайте об этом, Амара. Мир принадлежит тем, кто не боится смотреть в бездну. И я уверен, что в этой бездне мы бы увидели друг друга.

Ваш неизменно, Харви».

Амара медленно опустила письмо на колени. Ее пальцы слегка подрагивали — и на этот раз не от слабости. Она смотрела на анатомическое сердце на конверте и чувствовала, как где-то глубоко внутри, за барьерами сарказма и усталости, шевельнулось неприятное предчувствие.

Харви Кассиан не просто предлагал сотрудничество. Он предлагал ей трон на вершине пепелища. И самое пугающее было в том, что он, кажется, действительно понимал ее лучше, чем те, кто только что стоял в этой комнате.

Амара покосилась на запертую дверь, за которой наверняка дежурит эта троица раздражающих ее мужчин, достала пергамент и начала писать ответ.

Глава 16. Игры разума и сердца

— Амара, любимая, открой, пожалуйста, дверь.

Голос Дариана звучал приглушенно из-за толстой дубовой панели, вкрадчиво и мягко, но в этой мягкости слышалась натянутая, вибрирующая струна тревоги. Он явно сдерживался, чтобы не разнести преграду магией воздуха.

Амара не ответила сразу. Ее сердце колотилось где-то в горле, заглушая шум ветра за окном. Пальцы, перепачканные черными чернилами, лихорадочно сворачивали пергамент. Воск на печати еще не успел остыть, но времени ждать не было.

— Мне нужна еще минутка одиночества, пожалуйста! — крикнула она, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Минутка истекла, Торн! — раздался другой голос, грубый и нетерпеливый. Кайр. — Да что вы с ней возитесь? Давайте выломаем дверь, и все!

— Не смей, Вест! — рыкнул Дариан. — Если ты тронешь дверь, я…

Амара не слушала их перепалку. Она торопливо шептала заклинание, формируя из бедных остатков своей магии маленького вестника. Призрачный ворон соткался из мрака на подоконнике, нетерпеливо перебирая лапками.

Она сунула свернутое письмо в его призрачный клюв.

— Лети, — прошептала она одними губами, глядя в пустые глазницы птицы. — Найди его. Передай лично в руки.

Ворон беззвучно сорвался с подоконника и растворился в темноте ночи, мгновенно сливаясь с тенями. Улика исчезла.

В ту же секунду замок двери жалобно скрипнул, щелкнул под напором чьей-то магии, и створка распахнулась, с грохотом ударившись о стену. В маленькую комнату, теснясь в узком проходе, ввалилась целая делегация. Пространство мгновенно сжалось.

Первым влетел Кайр, на ладони которого уже плясал готовый к бою огненный шар, освещая углы тревожным оранжевым светом. Следом шагнула Лея, чьи цепкие глаза мгновенно просканировали помещение на предмет угроз. Дариан ворвался третьим, взъерошенный и безумно встревоженный.

Замыкал шествие Данте Веспер. Некромант вошел с грацией скучающего аристократа, поправляя идеально сидящий манжет, словно зашел не на место потенциального преступления, а в бальный зал.

Амара быстро оглядела вошедших. Адриана и Лианы не было. Видимо, ревизор все-таки проявил остатки педагогической ответственности и сопроводил студентку на занятия. Хоть за это спасибо.