Стаси и Элен Твенти – Невеста для космического генерала (страница 4)
Затем меня облачили в ночную сорочку — разумеется, шелковую и целомудренную, до самого пола.
— Что-нибудь еще, домина? — спросила Марта, убирая мои вещи.
— Да. Оставь меня в покое, — я подумала и уже мягче добавила. — Пожалуйста.
Когда дверь за ней закрылась, я наконец-то смогла выдохнуть. Я упала на гигантскую кровать, застеленную бельем с золотой вышивкой по краям, и уставилась в расписной потолок.
Тишина в доме была оглушительной. Ни басов музыки, ни пьяных криков, ни охранных сирен. Только стук моего собственного сердца.
Встреча прошла совсем не так, как я прокручивала то в голове сотни раз. Я представляла страсть, скандал, может быть, даже драку, которая закончится в постели. Но я вновь увидела ледяную стену, за которой прятался живой человек. И этот человек принадлежал другой.
Да, я знала про невесту и раньше. Договорные браки в первом секторе — норма. Но увидеть ее вживую, увидеть, как она касается его, как он открывает перед ней дверь автомобиля, притворяясь истинным джентльменом... Это было больно. Неожиданно больно.
Я перевернулась на бок, обнимая подушку. Кого я обманываю? Я, Сайра, которая всегда брала то, что хотела, которая смеялась над романтикой, попала в самую банальную ловушку. Этот год я не просто вспоминала секс. Я вспоминала Тирена. Его редкие улыбки, его надежность, то, как он смотрел на меня — словно видел не преступницу, а равную себе.
Мое стальное сердце, которое я считала непробиваемым, дало трещину. Я стояла на краю пропасти. Если я сейчас снова начну эту игру — эти взгляды, намеки, случайные прикосновения — я сорвусь. Я влюблюсь в него окончательно и бесповоротно.
А что потом? Миссия закончится. Император пожмет мне руку (или нет) и отправит обратно на Ши. А Тирен останется здесь. В своем белом дворце, со своей фарфоровой Авророй и генеральскими погонами. Он — свет, я — тьма. Мы можем пересечься на миг, создав затмение, но мы не можем быть вместе.
Если я продолжу его провоцировать, если затащу его в постель, я лишь сделаю расставание невыносимым. Я уничтожу сама себя.
— Нет, — прошептала я в темноту. — Хватит.
Я резко села на кровати, отбрасывая волосы с лица.
Я не буду страдать, не буду той дурой, которая плачет в подушку из-за мужика. Я закроюсь, надену свою броню обратно и затяну ремни потуже.
Никакого флирта. Никаких провокаций. Никаких двусмысленных намеков. С завтрашнего утра генерал Тирен для меня — просто напарник. Коллега. Инструмент для выполнения задания. Я стану профессионалом. Мы поймаем этого ублюдка, который угрожает императору, и я улечу домой, сохранив свое сердце — пусть и немного поцарапанное, но целое.
Это будет самая сложная роль в моей жизни, но я обязана сыграть ее идеально. Ведь себя я люблю больше, чем кого-либо еще.
_______
Ну что, наши дорогие, прошел целый год с последней встречи Тирена и Сайры, а искры между ними так и не потухли. Но в этот раз Сайра решила отойти от роли соблазнительницы, потому что испугалась по-настоящему влюбиться.
Как думаете, правильно ли поступает Сайра? И неужели Тирен смирится с таким положением дел?
Глава 5. Утренний яд
Привычка вставать до рассвета въелась в меня еще со времен академии. В этом доме, где каждый звук тонул в мягких коврах, а тишина звенела в ушах, утро было единственным временем, когда я чувствовал себя по-настоящему спокойно.
Я спустился на кухню, застегивая запонки на манжетах рубашки. Марта, словно безмолвная тень, уже была там. Едва я сел за длинный кухонный остров, передо мной возникла дымящаяся чашка черного кофе — крепкого, без сахара и сливок, как я люблю.
— Спасибо, Марта, — кивнул я, активируя голографическую панель новостей над столом.
Я сделал первый глоток, наслаждаясь горечью напитка и предвкушая хотя бы полчаса тишины перед тем, как начнется этот безумный день. Сайра спала наверху, и мысль об этом одновременно тревожила и будоражила кровь, но я заставил себя сосредоточиться на сводках с границ.
Идиллию разорвал резкий звук открываемой двери.
Я не успел даже обернуться, как в кухню ураганом ворвалась Аврора. Она была безупречна даже в такую рань: идеальная укладка, светлое платье, золотые украшения, ни следа сна на лице. Только глаза метали молнии.
— Ты издеваешься надо мной? — прошипела она вместо приветствия, швыряя сумочку на соседний стул.
Марта тут же испарилась, проявив чудеса тактичности. Я медленно поставил чашку на блюдце.
— Доброе утро, Аврора. И тебе рад тебя видеть.
— Не смей паясничать! — взвизгнула она. — Ты притащил в свой дом эту… эту девку! Оборванку из четвертого сектора! Преступницу!
Я устало потер переносицу.
— Это приказ императора, Аврора. Ты была на ужине и все слышала. Мы работаем вместе.
— Работать — это одно! — ее голос сорвался на визг. — А селить ее у себя, в родовом поместье Синтари — это плевок в лицо мне и моей семье! Ты хоть понимаешь, кто она? Она грязь под нашими ногами, Тирен! Ей место в тюремной камере или в дешевом борделе на ее планете, а не в доме генерала!
— Это не твое дело, — холодно отрезал я, не повышая голоса. — Кого я селю в своем доме и с кем работаю — решать мне. И давай не будем устраивать сцен ревности. Ты сама встречаешься с кем хочешь, и я никогда не задавал тебе вопросов о твоих «уроках верховой езды» с молодым графом Элтоном.
Аврора вспыхнула, ее фарфоровые щеки покрылись красными пятнами, но она быстро взяла себя в руки.
— Мы договаривались! — процедила она, подойдя ко мне вплотную. — Мы заключили соглашение: никаких скандалов. Мы можем развлекаться на стороне, но тайно! А даже дышать одним воздухом с этой вульгарной девицей — это позор!
Она оперлась руками о столешницу, наклоняясь ко мне. От нее пахло дорогими цветами, но этот запах сейчас вызывал лишь раздражение.
— Ты думаешь, я слепая? — прошептала она ядовито. — Я видела, как ты на нее смотрел вчера за ужином. Как пожирал ее глазами! Ты смотрел на нее так, словно хотел разложить прямо на столе перед императором! Это унизительно для нас обоих.
— Прекрати, — предупредил я, чувствуя, как внутри начинает закипать гнев.
— Что прекратить? Говорить правду? Эта шлюха из трущоб…
Звук удара ладони о мраморную столешницу заставил ее заткнуться. Я медленно поднялся со стула, возвышаясь над ней.
— Не смей, — произнес я тихо, но так, что Аврора отшатнулась. — Не смей называть ее так. Никогда.
— Ты защищаешь ее? — ахнула она, и в ее глазах промелькнул страх, смешанный с недоверием.
— Я требую уважения к моей напарнице и гостье моего дома. Сайра добилась в этой жизни большего, чем половина твоих напомаженных подруг, которые палец о палец не ударили. И я не буду советоваться с тобой по поводу своих личных дел или своего круга общения.
Аврора выпрямилась, натягивая обратно маску ледяного высокомерия. Она поняла, что истерикой меня не взять, и достала свой главный козырь.
— Хорошо, — она сузила глаза. — Играй в благородство. Защищай свою уличную кошку. Но запомни: если о твоей связи с ней станет известно… Если хоть одна живая душа в высшем свете узнает, что ты спишь с преступницей из четвертого сектора…
Она сделала паузу, давая словам повиснуть в воздухе.
— Моя семья разорвет помолвку. И мы уничтожим твою репутацию быстрее, чем ты успеешь сказать «Ваше Императорское Величество». Ты станешь изгоем, генерал. Подумай об этом, когда в следующий раз решишь поиграть в спасителя.
Она резко развернулась, цокая каблуками, и вылетела из кухни, оставив после себя шлейф приторных духов и испорченное утро.
Я снова опустился на стул и сделал глоток кофе. Он остыл и стал еще более горьким, но именно это мне сейчас и было нужно, ведь во время разговора с Авророй перед моими глазами стоял лишь образ Сайры.
Глава 6. Игры патрициев
Я проснулась с непривычным ощущением легкости. Солнце, пробивавшееся сквозь плотные шторы, рисовало на ковре теплые золотистые полосы. Никакого гула басов, никакой стрельбы за окном, никаких пьяных разборок охраны. Впервые за вечность я выспалась так, словно мне снова было десять лет.
Я потянулась, сладко зевнув, и улыбка сама собой коснулась губ. Но уже через секунду реальность обрушилась на меня ледяным душем.
Я не дома. Я в логове врага. Ну, или союзника, что в данном случае было почти одно и то же. Белые стены, тишина, Тирен… Настроение, еще минуту назад парившее где-то под потолком, с грохотом рухнуло вниз.
Едва я спустила ноги с кровати, как дверь распахнулась. Марта ворвалась в комнату с энтузиазмом тюремного надзирателя, принесшего баланду.
— Доброе утро, домина! — провозгласила она, распахивая шторы. — Уже почти обед. Генерал просил не будить вас, но время не ждет.
— Марта, — простонала я, закрываясь подушкой. — У тебя есть кнопка выключения? Или хотя бы регулятор громкости?
Она проигнорировала мой вопрос, уже вовсю копаясь в гардеробной.
Последующий час превратился в пытку. Меня снова мыли, душили цветочными водами и, наконец, облачили в наряд.
— Это что, шутка? — я скептически оглядела себя в зеркале.
Платье было кремовым, невесомым, с глубоким вырезом и длинными рукавами, которые при каждом движении взлетали, как крылья. Ткань струилась по телу, подчеркивая фигуру. Марта закрепила на моих плечах золотые фибулы, а на запястья надела широкие браслеты. Волосы она собрала в сложную высокую прическу, перевитую золотыми нитями.