Стас Чудинов – Дом ветвей (страница 8)

Если честно, про «Властелина колец» он мало, что слышал. Хотя в детстве, когда он сам еще под стол ходил, не говоря уж об Алине, они вроде как смотрели фильм. Знал только, что там очень много страниц, и что книга вроде как не совсем детская.

–Ты же мне сам ее принес.

Марат пожал плечами, насколько это вообще можно было сделать лежа.

–Да я просто каких то книжек в разделе со сказками насобирал, вот и всё, – сказал он, – я же не особо в этих властелинах твоих чего понимаю.

Его взгляд сам собой упал на ее искалеченные ноги. За все эти годы Марат так и не привык. Настолько несправедливым ему казалось все это. Отец ходит, а Алина нет.

На кухне заорали громче обычного. Марат тяжело вздохнул:

–Давно они там?

Он почувствовал, как Алина отстранилась от него.

–С утра. Как ты ушёй, почти сразу они пришьи.

Он поджал губы, вдруг почувствовав острый укол вины.

–Извини, что пришлось уйти. Хочешь, погуляем? Если да, то полезай в коляску.

–Не хочу.

–Ладно.

–Ты видей что трещины двигаются? Они мне показываи сказки.

Он ожидал рано или поздно услышать об этом, от того даже не удивился. Значит тогда, в детстве, не привиделось. Да и не могло такое привидится. Трещины оживали и, изгибаясь и перетекая одна в другую, образовывали фигуры; а эти фигуры, в свою очередь, разыгрывали действо – немое, но почему-то всегда понятное без слов. Он начал видеть эти представления лет с восьми, а в двенадцать перестал – и со временем решил, что подобные спектакли были лишь плодом его детского воображения. Хотя на самом деле всегда знал, что это не так.

–Да, – ответил Марат, – видел. Наслаждайся, пока можешь: такие сказки только для маленьких крутят. Большим их не показывают.

15

В городской библиотеке было тихо и прохладно, несмотря на то, что за ее дверьми стояла теплая солнечная погода. Мягкий ковер поглощал звуки их шагов. Лия не была здесь уже лет пять: маленькой бегала за книжками с цветными картинками, а потом на смену библиотеке пришли современные маркетплейсы, и походы сюда остались в прошлом. За эти пять лет ничего здесь не изменилось, только словно бы еще чуть-чуть состарилось, хотя и без того было уже очень старое. И, проходя мимо большого, во весь рост, зеркала в коридоре, Лия почему-то ожидала увидеть в отражении десятилетнюю девчонку с дурацкими косичками и в массивных очках с толстыми стеклами. Но вместо этого в зеркале была нынешняя Лия. А еще Марат с Ваней.

Рабочий коллектив тоже, судя по всему, остался прежним. На абонементе, склонив голову над какой то потрепанной книженцией, сидела Галина Семеновна. Заслышав шаги посетителей, она подняла на них бледное лицо с острым орлиным носом. Лие стало интересно, узнает ли ее «тетя Галя», но та, судя по всему, не узнавала. Похоже, слишком уж сильно Лия изменилась за эти пять лет.

–Здравствуйте, – бодро поздоровался Марат, как обычно, беря на себя роль вожака, – мы – юные краеведы. Меня вы, наверное, помните, я заходил несколько дней назад. Мы бы хотели посмотреть книги по истории родного края.

–Конечно, помню, помню, – прокряхтела умиленная Галина Семеновна, тяжело поднимаясь со стула, – очень похвально, ребята, что у вас есть такое увлечение! Сейчас ведь мало кто из молодежи интересуется чем-то подобным. Пойдемте за мной.

Далее следовала довольно пространная лекция про то, что «молодежь живет в своих этих компьютерах» и иже с ним. Лия особо не слушала, а просто шагала вслед за всеми по темным коридорам вдоль книжных стеллажей, что пахли старой бумагой, пылью и немного сыростью, и вспоминала старую присказку о мальчике, который однажды заблудился среди этих стеллажей, что внезапно для него превратились в подобие лабиринта, и пропал без вести. Для того чтобы повторить его незавидную судьбу, согласно легенде, нужно было попасть под определенное положение луны и звезд – в общем, оказаться не в том месте и не в то время. Но по спине Лии все равно пробежал легкий холодок.

–Сегодня же воскресенье, я одна здесь сижу. Хорошо хоть вы вот пришли, а то совсем тоска зеленая, – подытожила свою речь Галина Семеновна, подводя их ряду книжных полок, обрамленных старой пожелтевшей карточкой с надписью «К – Краеведение», – вот, смотрите на здоровье. Свет в дальнем углу включается.

И, дав подобное напутствие, Галина Семеновна ушла обратно читать свою книгу и меланхолично смотреть в окно. Ваня щелкнул выключателем, но включилось только несколько лампочек вокруг них – остальные, видимо, зажигались отдельно. Темнота за тем островком света, на котором они оказались, теперь словно бы сгущалась еще сильнее. Лие вдруг показалось, что за пределами этого участочка желтого света больше ничего и не существует – только холодный безбрежный океан Космоса.

–Ну что, приступим, – предложила она, но никто не приступил. Все трое стояли в задумчивости и глядели в темноту, и думали, наверное, об одном и том же. Потом Марат всё же подошел к первой полке и принялся просматривать корешки, извлекая особо приглянувшиеся тома на свет. Его примеру последовали и остальные.

Когда то, в советские еще годы, Старотопольская районная библиотека была гордостью всего города и его окрестностей – это была одна из самых больших библиотек на всём Урале, а количество ежемесячных читателей составляло, наверное, треть всего нынешнего населения. Со временем, статус самой читающей страны в мире канул в лету, а потом еще и развивающиеся сети книжных магазинов (в том числе и электронных), окончательно лишили местную библиотеку прежнего гордого статуса. Теперь она походила, скорее, на труп мертвого гигантского динозавра, по внешнему виду которого можно было определить все его было величие, но который, при этом, все же оставался мертвым, причем окончательно и бесповоротно. Этим библиотека отчасти напоминала страну, из которой вышла, и после развала которой оказалась никому, по большей части, не нужна. Тысячи забытых томов теперь гнили в темноте на своих книжных полках, и может быть, лишь изредка какой-нибудь ностальгирующий дед приходил, чтобы выписать себе какую-нибудь «Повесть о настоящем человеке» и вдоволь поностальгировать.

Лия настолько увлеклась медитативным процессом поиска, что, когда над ухом раздался незнакомый голос, она чуть не отдала богу душу прямо за этим занятием.

–Эй, – тихо позвал кто-то, – может, вам помочь? Я здесь все знаю.

Все еще млея от пережитого ужаса, Лия обернулась на голос. Перед ней стоял невысокий мальчик лет четырнадцати, в клетчатой рубашке и твидовых брюках. На конопатом носу висели тонкие очечки. Поверх рубашки была накинута шерстяная жилетка. Паренек, судя по всему, просто фанател от разных геометрических фигур, потому что узор на жилетке был ромбовидный, а из ее кармашка торчал носовой платок, покрытый странным узором из множества больших и маленьких окружностей.

–Нет, спасибо, друг. Мы сами. Если что, позовем Галину Семеновну, – отозвался Марат и вернулся к какой-то книженции с названием «Быт и культура коренных народов Урала в XVI – XVIII вв.».

–Но спасибо, что предложил, – добавил Ваня, тоже не удостоив мальчика особым вниманием.

А вот Лия всё сразу про него поняла. Поэтому почти не удивилась, когда он сказал:

–Галина Семеновна хорошая, но она уже старая и многое забывает. А я тут уже сорок лет живу и за это время каждый уголок выучил. И все книжки – от корки до корки.

Марат с Ваней так и замерли, подняли на мальчика удивленные взгляды.

–Сколько – сколько? – тихо переспросил Ваня.

–Сорок лет, – как ни в чем ни бывало, повторил паренек, – меня Николай зовут.

И, обстоятельно вытерев руку о штанину, он протянул ладонь ребятам в знак знакомства. Те пожали ее так, словно она была наэлектризована.

–Так чего вы ищите?

–А ты типа это… дух, да? – наконец, спросил Марат, всё так же глядя на Колю огромными, по пять копеек, глазами.

–Типа того. Но я бы не хотел об этом, для меня это больная тема. Хорошо?

–Ну… ну ладно. Слушай, Коль, раз уж на то пошло…

И Марат, по своему обыкновению, выдал ему всё как на духу. И про Древо Желаний, и про встречу с Картографом, и про том, зачем они теперь рылись тут в этих богом забытых книгах. На «богом забытых» Коля резонно возразил:

–Ну, может, богом и забытые, но мною точно нет. Я думаю, что вам наверняка подойдет вот этот экземпляр. Посторонись.

Он протиснулся мимо Вани, который продолжал стоять как вкопанный. Немного пошерудил на нижней полки и вытащил оттуда толстый манунскрипт в черном переплете. Передал его Лие – ее он, судя по всему, определил за главную в их компании – уж неизвестно отчего. На обложке белыми буквами значилось: «Край милый нас зовет к себе». Судя по всему, это и было название. Автором являлся некий В.В. Трифонов, «председатель союза писателей-краеведов Урала». Лия немного полистала книгу и вскоре убедилась, что ничего лучше они точно уже не найдут. Автор явно проделал грандиозную работу: увесистый том содержал в себе буквально всю возможную информацию, которую можно было накопить о таком небольшом городе. Единственным недостатком был год издания – аж 1993 год. С тех пор многое могло измениться.

–Это самое новое, что есть, – словно прочитав ее мысли, сказал Коля и с тяжелым вздохом добавил, – сейчас уже никто такого не пишет и не издает.