Станислав Яхин – ИСПЫТАНИЕ СУДЬБОЙ (страница 3)

– Да охолонь ты! Посиди пока, неугомонная. Хватит мне всего, да и пойду я сейчас. – проговорил Ярослав, запивая еду морсом. А девушка опять присела, подперев руками подбородок и любуясь гостем, потом неожиданно покраснела и с придыханием спросила: – Ты, любый мой, вечером зайдёшь, … на огонёк?

– Зайду. – немного подумав, ответил наш герой и погладил девушку по плечу, та опустила голову на его ладонь, а потом прильнула к нему, крепко поцеловав и отпрянув, что ‘’странник’’ не успел её поймать. А краса-девица уже упорхнула на кухню, выглянув оттуда и смеясь, блеснув в темноте своими жемчужными зубками. Ярослав с неохотой встал из-за стола, сгрёб крошки хлеба и кинул в рот, после чего ещё раз попил морсу и пошёл на выход, мигнув на прощанье прячущейся за углом девушке. Та, вспыхнув, схватилась за щёки и от накатившего томления сползла по стенке, всё ещё до конца не веря, что Он вернулся, вернулся к ней и только к ней.

Проходя мимо детинца Ярослав поздоровался с оставшимися дружинниками, которые тренировались бою на мечах, разбившись на пары. И этих пар было… всего две. Четыре человека, четыре бойца?!… Вы представляете – че-ты-ре, ну ещё на воротах по два, всего восемь. Восемь воев … против сотен степняков!! Только сейчас наш герой осознал всю тщетность подготовки городка для отражения атаки или осады. Даже если взять за основу, что Степь не умеет осаживать города, да она просто числом задавит и не поморщится. Настроение резко ухудшилось, на душе ‘’заскребли кошки’’, такими огромными когтями. И с потяжелевшим сердцем он направился к терему воеводы, уже не зная, что сказать и чем помочь. Да, в такой ситуации ни одно войско не оказывалось, а здесь гражданские. Гражданские!? Простые пахари, бабы, дети и старики. Ярослав схватился за голову и поднялся в зал совещаний с одним вопросом: ‘’Что делать?’’

В помещении проходило очередное совещание, и собрались все, кто имел хоть какой-то вес в народе. Они повернули головы на стук в дверь, а после на входящего ‘’странника’’. Он поклонился, хмуро посмотрел на совещавшихся и, не спрашивая дозволения, уселся на лавку с краю большого стола.

– Эк, сам герой пожаловал. Ну что, отдохнул, бродяга? – проскрипел голос из зала. Главный волхв опять по привычке ‘’запрятался’’ в тень и, как паук, плёл свои ‘’сети’’. Присмотревшись к нему, ‘’бродяга’’ удивился точному сравнению с пауком. Любомир сидел в нише на кресле, на голове шапка, как будёновка, только спереди не застёгивалась. В этот раз одежда тёмная с вышитыми золотистыми рунами по всему одеянию и, если не вглядываться, то напоминала узоры, как на пауке.

– Вот ведь бес попутал, – про себя подумал о сравнении Ярослав и потянулся перекреститься, но вовремя остановился. – А-а, это вы отче? Опять сидите, интриги плетёте?

– Ты чего там бормочешь, неслух? А? Какой я тебе отец? – и волхв, грозно рыкнув (откуда только сила появилась?), пристукнул посохом, стоявшим рядом с ним, что ему пришлось даже потянуться за деревянным символом власти колодунов.

– Ой, пардоньте, то бишь звиняйте, ваше высокое волхвачество. Запамятовал где нахожусь. Уж больно ваше тёмное одеяние подействовало на мою слабую психику, ещё до конца не окрепшую. – за столом засмеялись, разряжая обстановку, многие расслабились, в душе благодаря ‘’шута’’.

– Ты что это, неслух, мухоморов объелся? Так их сейчас нет в лесу. Аль какая бабка поднесла? И чем тебе моя одежда не пришлась по душе?

– Уж дюже мрачноватая, ваше высокопреосвященство. Просто ‘’коробит’’ мою молодую, неокрепшую душу.

– Ах ты, шут гороховый, Добрыни нет, решил на мне отыграться? – распалялся ведун.

– Ну что вы, ваше…

– Всё! Остынь, я сказал! – резко прервал разошедшегося Ярослава Любомир. – Ты чего сюда явился в таком настроении? – уже миролюбиво и, удобнее устраиваясь в кресле, задал он вопрос. ‘’Шут’’ поклонился, чем вызвал опять улыбки совета.

– Не извольте беспокоиться, ваша милость. Да молчу я уже. – под грозным взглядом ‘’его милости’’. – Вот не пойму я вас? То говори, то молчи, вы уж определитесь.

– О, бог мой, Перун, дай терпения выдержать этого… И как тебя Добрыня выносил? Уже давно бы язык выдернул

– Ну что за богохульские речи вы ведёте? А ещё занимаете такое почётное звание и боретесь за свободу и права человека…

– Да замолчишь ты наконец, балабол?! Ведь доведёшь до греха… – и волхв потряс посохом, собираясь, как Иван Грозный, ‘’звездануть’’ по голове неугомонного. Ярослав даже голову втянул в плечи, представив себе картину ‘’Любомир убивает своего… шута’’.

– От точно. Может Грозный не сына убил, а шута? Ну, довёл его до кондиции, пар же надо было как-то спустить? – промелькнуло в мыслях нашего героя. И пока господа-заседающие веселились, а волхв метал молнии, ‘’балабол’’ посерьёзнел и уже грустно продолжил. – А если по делу? Так вот, получите. Я прошёл по двору. И что я увидел? Четверо воев на охране ворот, четверо у детинца ‘’развлекаются’’ на мечах. Восемь человек, даже если это хорошо обученные воины. С кем отбиваться от ворога, господа? – с безнадёжным настроением ‘’прокаркал’’ Ярослав и с ужасом схватился за волосы на голове, чуть не вырывая их.

– Ты мне панику тут не гони! – осадил ‘’героя’’ главный волхв. – Без тебя знаем, что у нас творится. Чем мы тут, думаешь, занимались все эти дни, пока вы прогуливались по лесу? А? Вот то-то и оно. Знаем, что воев мало, дай бог десяток наберётся.

– С десятком мы вышли против полусотни степняков. Полусотни! И проиграли. А здесь – сотни. А может и все тысячи? – с отчаянием перебил ведуна Ярослав.

– Не перебивай, неслух! Без тебя тошно. Явился тут во всей красе, панику наводит. Молчи! Есть ещё у нас силы и есть народ. Есть. Да, простой народ, но он встанет на стены и будет защищать свой кров и детей. А детей мы спасём, не волнуйся.

– Как? Когда нас окружат и не дадут никому выйти?

– Не хотел я говорить, а придётся. У нас есть ход. Он прорыт и выходит к реке, поближе к лесу, пришлось потрудиться мужикам. Так что, в случае беды мы уведём баб и детей в лес, там и схоронимся. В чаще есть где спрятаться, да и еда заготовлена. – совет одобрительно загудел, да и Ярослав расслабился. – А по людским ресурсам тебе лучше расскажет Мстислав.

Тот поднялся, но вспомнив, что он теперь воевода, сел.

– В общем так. Мужики из ближних селений подойдут по тревоге, боеспособные бабы тоже подтянутся, остальные разойдутся по лесам и там схоронятся, пока беда не минует. Да, мало нас, но что есть. Поэтому надо разработать план, как будем останавливать ворога и бить. – он закончил речь, и на какое-то время зависла тишина. ‘’Странник’’ поёрзал, поёрзал, посмотрел на совет, да опять утихомирился.

– Да говори уже, не тяни. Вижу, что елозишь по скамье, как вша по телу. Только что не кусаешься. – проворчал волхв под смех совета, обращая внимание на ‘’шута’’.

Тот поднялся, уже энергично, чуть не подпрыгнув, глаза засветились от переполнивших его эмоций, мысли зашевелились, заработали, заскрипели так, что если бы находящиеся здесь прислушались, то услышали, как крутится колесо в мозгу, а мысли заскакивают в него и выскакивают, увеличивая темп движения его. Ярослав ‘’забегал’’ вокруг стола, размахивая руками, которые помогали ему рассуждать и мыслить.

– По опыту ведения боевых действий против всадников, в нашем случае – степняков, надо действовать на опережение. А именно: создать на всём продвижении врага скрытные вышки – гора, высокое дерево. Главное, чтобы видно было с соседних вышек опознавательные знаки, например – разведённый огонь ночью, а днём – дым. Придумать, как подавать сигналы, и что они будут означать. Допустим: дым прерывистый – это врага видно издалека, дым постоянный – мимо проходит. Тем самым мы сможем отследить передвижение противника, и он не застанет нас врасплох. В нашем случае, за неимением подготовленных воев, это главное. Предупреждён – вооружён. – Ярослав поднял кверху палец, а господа заседающие одобрительно загудели, словно улей, да и волхв как-то странно посмотрел на него. – Где взять народ для этого? Я не знаю. Это ваша забота. Я пока привожу примеры. Но вот на вышках надо человека два, чтобы не менять их, а они, в качестве страховки, меняли друг друга, чтобы не проспать и не проморгать сигнал, подающий с соседних вышек. Это значит, выслать заранее людей на места, подготовить ‘’вышку’’ и припасы для огня, сырые шкуры, чтобы притушить пламя и создать днём дым, что-то горючее для плотного и чёрного дыма. – в зале зашушукались, начиная думать и рассуждать. – Погодите пока скрипеть мозгами, я только начал. – некоторые хмыкнули на слова неугомонного ‘’мальца’’. – Далее. Я уйду на несколько дней вперёд к предполагаемому передвижению противника и, как только увижу, подам знак, а его уже будут передавать по цепочке. Но перед этим мне нужны люди, точнее вои, владеющие луком. Понимаю, что они нужны здесь, но, опережая возмущения некоторых, обещаю, что они вернутся, как только представится возможность на лошадях. Надо начать уничтожать врага на подступах, чем я и займусь. Эх, мне бы человек сорок стрелков, я бы уполовинил войско врага дней за пять. Но чего нет, того нет. Далее, желательно на дороге выкопать ямы и прикрыть их ветками, засыпав землёй. Так хоть какая-то часть всадников провалится, а лучники выполнят свою миссию по отстрелу противника, тем самым замедляя его продвижение и давая больше времени городку на подготовку, ну и истребляя его хоть понемногу, но верно. Может одумается и повернёт обратно? Но это навряд-ли. На помню я что-то, чтобы Степь назад поворачивала, только когда побеждали.