Станислав Минин – Камень. Книга 15 (страница 17)

Салон «Газели» был просторнее, вместительнее и практичнее, но менее уютным, самый настоящий офис на колесах, а не маленький кабинет, как в «Соболе». Как раз то, что было необходимо дворцовым. И подполковник Михеев, двигая и трансформируя кресла со столиками, включая подсветку и телевизор, все чаще и чаще поглядывал в мою сторону с плохо скрываемым волнением. Когда дело коснулось обсуждения чисто практических вещей, как то: лошадиных сил, выдаваемых силовыми установками «Соболя» и «Газели», емкости топливных баков, возможности установки брони, спецоборудования и другого прочего, — я вновь вернулся к «Соболю», в котором уже успели расположиться Прохор, Ванюша и матушка Наталья.

— Царевич, — колдун полулежал на откинутом кресле, — шушлайка — огонь! Надо брать не глядя! Наташенька, — он повернулся к супруге, сидящей в соседнем кресле, — возьмем себе такую же? Будем летом за город с малыми на пикники кататься!

— Так дорого же, наверное, Ванечка… — засмущалась она. — Но с точки зрения безопасности для мальчишек эта машина явно лучше, чем «Нива» и «Волга».

— К гадалке не ходи! — протянул колдун и дернулся. — Царевич, так тут еще и массаж есть!

— И телевизор с электроприводом дверей, и отличная акустическая система, — хмыкнул я. — Приставку поставите, и малые вообще из машины выходить не захотят. Прохор, — посмотрел я на воспитателя, сидевшего на втором ряду сидений, — а тебе как шушлайка?

— Согласен с Ваней: шушлайка — огонь! К приобретению однозначно советую. Но со старшими Романовыми разбираться будешь сам.

— Это уж как водится…

Примерно через час из салона выезжали три автомобиля: «Нива», «Соболь» и «Газель». И ничего, что все три экземпляра являлись выставочными — склад с товарными автомобилями и само производство находились на окраине Москвы, — с Егором Васильевичем мы расстались вполне довольными друг другом: я купил «Соболь» с «Газелью» в качестве опытных образцов на покататься и понять, что нам с дворцовыми хотелось бы в машинах изменить, и обещал Бубнову разместить заказ как минимум еще на два «Соболя»: один для себя, возможно, с другим цветом салона и гербами Романовых для большей солидности, и еще один для Кузьминых, которые тоже пока с цветом салона не определились. В договоренность также вошел заказ минимум на три «Газели» для дворцовых, но тут я всецело полагался на подполковника Михеева и его бойцов. «Нивка» для счастливого Прохора шла бонусом, и довольный моим подарком воспитатель, не дожидаясь нас, умчался на ближайшую заправку и обещался быть дома позже.

Тоже довольный Владимир Иванович со мной ехать не пожелал, а залез с парой своих бойцов в салон «Газели». Ко мне же присоединились Кузьмины, и мы прямо на ходу передвинули по полозьям передние кресла, повернули их и уселись лицом друг к другу. Первые километры ехали молча и не включая аудиосистему, прислушиваясь к своим ощущениям, и остались довольны: «Соболь» на пневмоподвеске шел очень мягко, проглатывая все неровности дорожного полотна, а шумоизоляция салона была выше всех и всяческих похвал! Кресла тоже отличались удобством и функциональностью, включая такие опции, как вентиляция и режим массажа.

— Да, царевич, — улыбнулся мне Ванюша, — умеешь ты в жизни устроиться! Будешь теперь по дороге в свой универ в машине досыпать! И когда с учебы возвращаешься, тоже можно полчасика соснуть! Чтоб я так жил!

Я отмахнулся.

— У вас скоро тоже подобный автомобиль будет. Возьмете водителя из канцелярских пенсионеров и тоже дремать сможете, пока до своей загородной виллы добираться будете. У вас, кстати, загородная недвижимость есть? — Я посмотрел на Наталью.

Она засмущалась под моим взглядом.

— Своей нет, Алексей. Мы снимали домики на лето, чтобы сыновья на свежем воздухе бывали.

— Непорядок, Наталья. — И перевел взгляд на ее супруга. — Иван Олегович, что скажете в свое оправдание?

— Вопрос решается, — и бровью не повел он. — Мы с Петровичем уже решили, что покупать или строиться будем рядом с Борисычем.

— С Пафнутьевым? А у него где дача?

— За Жуковкой, километрах в десяти от поместья Романовых.

— Знакомые места…

— А еще крайне пафосные и очень дорогие, — хмыкнул Ванюша. — Но Борисыч обещал посодействовать и поспособствовать. Но если решение вопроса затянется, ты же, царевич, пустишь нас пожить на лето в твою усадьбу, доставшуюся от Гагариных?

Наблюдая с улыбкой, как Ваня за свою наглость получает локтем от супруги, я кивнул.

— Усадьба в полном вашем распоряжении! Но, боюсь, ничего у нас не выйдет, потому что у государыни будут на вас другие планы, раз она Алексию в мае собирается к себе в Жуковку переселять. Но, я уверен, для малых Жуковка является вариантом даже лучше, чем мое поместье, а вот для вас двоих…

Если Наталья напряглась, то вот Ванюша легкомысленно отмахнулся.

— Видали мы лилипутов и покрупнее! Если не ошибаюсь, царевич, в подобных случаях ты выражаешься именно так?..

«Соболь» произвел на обитателей особняка неизгладимое впечатление: мои братья, Коля и Саша, разместившись в салоне, тут же принялись играться с настройками кресел и их положением. Вскоре к ним присоединились и наш смоленский Рембрандт с младшим братом. Не отставали от мальчишек и Алексия, Елизавета Петровна Пафнутьева с четой Петровых-Врачинских. Даже Пал Палыч Бородин проявил интерес к «роскошному микроавтобусу», но при этом заявил, что ему в его возрасте «Волга» — самое оно. Наигравшись с настройками салона, все упомянутые лица, кроме Бородина, пожелали прокатиться на «Соболе», а я, сопровождаемый брюзжанием Пал Палыча, был вынужден отправиться в большой кабинет: подготовки к экзаменам никто не отменял.

Обед с подачи все того же Бородина мне принесли тоже в кабинет, чтоб, значит, не отвлекался от учебы, а первый полноценный перерыв случился только в шестом часу вечера — заглянувший на огонек Прохор отчитался о тест-драйве роторной «Нивки».

— Натуральная же «догонялка», Лешка! — делился впечатлениями воспитатель. — С виду обычная «Нива», а подрывает только в путь!.. — Он причмокнул. — Но топливо жрет, зараза! На педальку газа нажал, и сразу слышишь, как рубль за рубликом из выхлопной трубы на асфальт со звоном сыплются! Но удовольствие ни с чем не сравнимое! Меня, кстати, за превышение два раза тормознули, да еще и тачка без номеров, так в первый раз даже канцелярскую ксиву доставать не пришлось — полицейские просто попросили капот открыть и показать двигатель! И что ты думаешь, сынка? Старший экипажа стал меня умолять дать ему прокатиться! — Прохор хохотнул. — Пришлось пойти навстречу коллеге! А вот следующий экипаж оказался не таким любезным. Хамить мне буквально сразу начали и намекать на лишение прав, если я не окажу им добровольную финансовую помощь. А я, сынка, всего-то и превысил допустимую скорость на семьдесят три километра! Так эти твари временный знак «сорок» там специально и повесили, чтобы лохов разводить. Короче, не удержался и наказал оборотней.

Воспитатель скромно замолчал, чем, естественно, вызвал мое любопытство.

— Папка, они хоть живы?

— Да что им будет-то, тварям продажным? Настучал слегка по организмам, отобрал у них спецсредства, в простонародье именуемые наручниками, сковал руки оборотням за спиной и сунул обоих в багажник их служебной «Весты».

— А стволы?

— Забрал, конечно! Вдруг эти долбодятлы, очухавшись, вздумали бы палить, чтобы от браслетов освободиться? А если бы кого задели или друг друга поубивали? Нам таких приключений не надо!

— И где стволы?

— Так в «Нивке» в пакете эти два стечкина валяются. — Прохор пожал плечами. — Неужели ты думаешь, что я мог табельное оружие, хоть и чужое, без присмотра оставить? Но ты не переживай, сынка, я в канцелярскую дежурку позвонил, обо всех своих приключениях в подробностях доложил. Мне обещали информацию уже в полицейскую дежурку передать, а также прислать кого-нибудь, чтобы стволы у меня забрать.

Вспомнив один бессмертный фильм, я протянул:

— Ну вы, блин, даете!

До самого ужина я добросовестно грыз гранит науки и даже сумел выдержать промежуточный экзамен по пройденному материалу, устроенный мне Бородиным. После ужина была прогулка, следом общие посиделки в гостиной, а в десятом часу вечера в особняк пожаловал мой отец. Примерно через полчаса Прохор, Ванюша, Виталий Борисович Пафнутьев, Владимир Иванович Михеев, родитель и я с братьями переместились в бильярдную, где состоялось очередное совещание, посвященное текущей оперативной обстановке.

— Обсуждение ваших ночных приключений мы отложим на потом. — Отец достал из шкафа бутылку армянского коньяка и принялся разглядывать этикетку. — А сейчас, Ваня, ты мне доложишь о своих мыслях по поводу недавнего авиационного происшествия.

В следующие десять минут Кузьмин повторил то, что я слышал от него не далее как вчера вечером.

— Замечательно! — криво улыбнулся родитель, когда Ванюша закончил. — Не успели мы с одним анонимным противником разобраться, у нас появился еще один, не менее опасный и такой же трудноустанавливаемый! И ты, Ваня, правильно отметил, что ни установка, ни ликвидация этих четверых злодеев, засветившихся при нападении на борт, фактически ничего не изменит! Что делать будем, господа?

Как говорится, а в ответ — тишина…